18+
  1. Фамильные ценности

Фамильные ценности

Фамильные ценности
Интересы бизнесмена Максима Воробьева воистину разносторонни – от добычи рыбы до строительства. Очень хочется верить, что выросший до миллиардера Максим Воробьев добился всего благодаря личному упорству и прирожденному таланту. Но вот только как-то многовато в его деятельности невероятно удачных совпадений.

ЦитатаЧто помогает миллиардеру Максиму Воробьеву вести успешный бизнес на суше и на мореКонец цитаты

Клешни загребущие

Недавно общественности был подкинут для обсуждения довольно-таки тривиальный сюжет: главарь одной из самых кровавых в истории современной России банд, сидя в колонии строгого режима, объедается красной икрой и крабами. Конечно, далеко не секрет, что в наших не очень комфортных тюрьмах сиделец, обладающий деньгами, может позволить себе многое. Однако когда история вылезла наружу, возбудилась не только общественность, но и правоохранители с правоприменителями, в том числе Следственный комитет, Генпрокуратура.

Впрочем, не исключено: причиной возбуждения информированных силовиков мог стать не факт нарушения режима их подопечными, а осознание того, что вскоре морские деликатесы станут уделом лишь избранных. И не только на зонах. Основанием для подобного умозаключения служит промелькнувшее в СМИ сообщение о том, что в ближайшее время должен начать действовать новый порядок распределения квот на вылов краба. Половину этих квот решено продавать через аукционы и, по мнению экспертов, следствием таких перемен станет передел крабового рынка, годовой оборот которого оценивается в 120 миллиардов рублей. https://www.kommersant.ru/doc/3724104

Официально решение пустить под аукцион половину квот на краба объясняется необходимостью стимулирования конкуренции. На деле же непосредственные участники рынка считают, что оно приведет к вытеснению с рынка мелких и средних игроков, выживут только очень крупные компании.

Ловля краба, как нетрудно догадаться, предполагает серьезные вложения в основные фонды – грубо говоря в суда, дорогое оборудование и проч. После введения новых правил от таких инвестиций придется отказаться, все пойдет на участие в аукционе. Удастся ли на нем выиграть что-нибудь «середнячку» - большой вопрос.

Так, нынешним летом члены Ассоциации краболовов Севера решили построить десять судов. Цена вопроса $320 млн, договорились с выборгским судостроительным заводом о размещении заказа. И вот краболовы предупредили корабелов о возможном отказе от контракта по причине новых правил распределения квот. Деньги придется пустить на аукцион.

Понятно, что там, где есть проигравшие, должны быть и победители. Тем более на рынке добычи краба крутятся миллиарды рублей. Значит победитель объективно должен иметь мощный ресурс, в том числе административный. И в нашем случае это, похоже, подтверждается.

К примеру, по данным «Коммерсанта», начало революции на крабовом рынке положило письмо с предложениями об изменении порядка распределения квот, пришедшее год назад, как говорится в народе, «на самый-самый верх». И этому письму был дан ход. Источники сообщили, что идея принадлежала бывшему в ту пору совладельцем Русской рыбопромышленной компании (РРПК) Максиму Воробьеву.

РРПК, конечно, корпорация крупная, и последнее время уверенно идет в гору. Год назад, например, входящий в РРПК «Турниф» получил 6 из 24 лотов при распределении квот на вылов краба. Это, по оценкам экспертов, 2414.5 тонн, за которые можно выручить примерно 2,75 млрд рублей. Есть, словом, за что бороться. Основными бенефициарами РРПК в ту пору являлись Максим Воробьев и Глеб Франк – зять известного бизнесмена Геннадия Тимченко и сын бывшего министра транспорта Германа Франка. Позже Максим Воробьев покинул компанию, переключившись на свою, под названием «Русская аквакультура», однако связи с прежним бизнесом, можно полагать, сохранил.

Глеб Франк, безусловно, в силу своего происхождения и семейного положения обладает многими полезными связями. Но достаточно ли их для того, чтобы перевернуть крабовый рынок страны – один из наиболее доходных? Сомнительно.

В пользу таких сомнений говорит и то, что достаточно долгий период предшественница РРПК, компания «Русское море» под руководством Максима Воробьева, влачила довольно жалкое существование, перебиваясь экспортом норвежского лосося и продажей мороженой рыбы. Доходило до того, что ей отказывали в кредитах.

И вдруг, в 2013 году, все резко изменилось: взлетели и выручка, и чистая прибыль. Как выяснил «Форбс», секрет успеха заключался в том, что компания получила миллиардный (в рублях) контракт на поставку мороженой рыбы для российской армии. По интересному стечению обстоятельств произошло это вскоре после того, как во главе оборонного ведомства встал Сергей Шойгу.

Еще одно интересное совпадение: отец Максима Воробьева – Юрий Воробьев – ныне вице-спикер Совета Федерации (курирующий в том числе вопросы обороны и безопасности), давний, еще с красноярских времен, соратник министра обороны Шойгу.

Безусловно, эти совпадения скорее всего случайные. И хочется верить, что выросший до миллиардера Максим Воробьев добился всего сам, благодаря личному упорству и прирожденному таланту. А его судьбоносным письмом о крабах просто нашло понимание у обитателей высоких сфер, потому и решили реализовать предложенные в нем смелые и плодотворные идеи.

Команда: «Строиться!»

И еще одно интересное и, возможно, также случайное совпадение. Есть еще один Воробьев, его зовут Андрей. Он брат Максима Воробьева, соответственно сын Юрия Воробьева. И еще он - губернатор Московской области. Так уж сложилось, занял губернаторское кресло, едва его освободил Сергей Шойгу.

И практически одновременно с этим событием интересы Максима Воробьева переключились с рыбы на стройку. Причем в основном в Московской области. Он совладелец строительной компании - группы «Самолет».

По утверждениям СМИ, «Самолет» буквально ворвался на подмосковный строительный рынок год спустя после того, как Андрей Воробьев сел в губернаторское кресло. А через два года компания уже называла себя лидером этого рынка. Основания для того были: разрешения на застройку «авиаторы» получали без промедления. Им без проблем отдали под застройку 660.000 квадратных метров в Ленинском и Люберецком районах, а еще подмосковный градостроительный совет одобрил застройку двух миллионов «квадратов». Еще 90 тысяч – под проект IT City в элитном Одинцовском районе.

Весьма показательной смотрится ситуация, в ходе которой «Самолет», который стройкомпания, столкнулся с самолетами настоящими. В том самом Ленинском районе Подмосковья «Самолет» строительный начал возводить жилой комплекс. Серьезный такой – десять 17-этажных домов. Дома возвели, квартиры начали продавать, и тут разразился скандал. Оказалось, что жить в этих домах очень вредно для здоровья. Рядом аэропорт «Домодедово», и самолеты взлетают-заходят на посадку аккурат над крышами новостроек. И изменить эти схемы нельзя. По заключению экспертов Минтранса (Гос НИИ ГА), уровень шумов превышает допустимые для проживания.

Если кто думает, что строительство тут же прекратили, а тем, кто купил квартиры, вернули деньги, то он глубоко ошибается. Вместо губернатор Подмосковья Андрей Воробьев выступил с инициативой о внесении поправок в Воздушный кодекс РФ (и получил в правительстве серьезную поддержку). Суть поправок: аэропорты должны компенсировать владельцам недвижимости ограничения в ее использовании. То есть за то, что «Самолет» построил дома в зоне, где нельзя жить, ему должен заплатить аэропорт «Домодедово».

О компенсации людям, купившим квартиры, их расселении вообще речи не идет.

В этой связи показательно смотрится информация о том, что тот же «Самолет» ведет жилищное строительство на полях аэрации в Люберцах. Журналисты даже предложили название для нового района – «Диоксиновое гетто».

Но Максиму Воробьеву, это, похоже, не смущает. Вот так и побеждает сегодня отечественный бизнес – на суше, на море, и в других стихиях.

Последние новости