18+
  1. СМИ «обнулили» новое расследование Навального

СМИ «обнулили» новое расследование Навального

СМИ «обнулили» новое расследование Навального
Глава Фонда борьбы с коррупцией (ФБК) Алексей Навальный, перед и после выборов президента РФ ушедший было в тень, снова появился в медиапространстве. Правда, его очередное расследование, на этот раз связанное с имуществом матери спикера Госдумы Вячеслава Володина, не вызвало никакого интереса у крупных СМИ.

На что оппозиционер взял, да и обиделся.

Выпустив свое новое расследование о состоянии и имуществе матери Вячеслава Володина, Алексей Навальный решил внимательно посмотреть, что о расследовании ФБК пишут в прессе. Ну и посмотрел.

СМИ «обнулили» новое расследование Навального

Алексей Навальный:

Можно было бы предположить, что редакциям и «журналистам» этих СМИ факт обнаружения элитной квартиры у 82-летней мамы высшего госчиновника не показался достойным упоминания. Но если посмотреть те же «Ведомости» по поиску «Володин», то обнаруживаются такие важнейшие новости как:

— Володин исключил возможность военного столкновения России и США в Сирии

— Володин видит в словах Трампа возможность признания Крыма частью России

и даже

— Володин усомнился в желании депутатов отдыхать в недружественных России странах

Удивительно как Кудрявцеву удалось превратить лучшую газету страны, определяющую передовые стандарты журналистики, в сборище трусливых мурзилоидов буквально за два года.

Обнаружить, кто же на самом деле является начальником избирательного штаба Собчак у них не получилось.

Сейчас вот, про квартиру они не пишут, зато есть анализ слов Володина, анализирующего слова Трампа.

И ведь даже без расстрелов обошлось. Никто с пистолетом у виска не стоит. Не сомневаюсь, что и указаний о цензуре на летучках никто не даёт.

«Они сами всё поняли».

Умные же люди. Схватывают на лету. По мимике считывают.

PS

Обычно после подобных заявлений мне приходит пара писем: зря ты, Алексей, нас ругаешь. Лучше пойми нас, мы и полезное тоже делаем. Мы хорошие.

Сразу отвечаю: нет, вы нехорошие. Мне вас не жалко.

У Навального, разумеется, всегда есть увесистая группа поддержки.

СМИ «обнулили» новое расследование Навального

Елена Витюк:

ну, Коммерсант даже не удивил, а на Ведомости и особенно РБК надежда таки оставалась. Но увы — все парализованы

Кирилл Шулика:

Вообще сейчас часто рассказывают, что СМИ тяжело, они банкротятся и прочее. Да не жалко совсем, если честно. И никаких подписок на такого рода СМИ — деловые или общественно-политические, неважно. Проблема не в том, что не писали о квартире мамы Володина, об этом все равно узнали все, кому надо. Если бы написали, мои бы выводы не изменились. Проблема в низком качестве журналистики, если она там вообще присутствует. Собственно, там выбор — либо двойные сплошные, либо журналистика. Они свой выбор сделали.

Алексей Петровский:

Тот самый случай, когда тебя уберизируют заживо.

Какой-то оппозиционный политик и блоггер, подлец и провокатор, напрямую строит коммуникацию с потребителем — и посредник в виде прессы получает все более растущий шышъ.

А вот ответные выпады.

СМИ «обнулили» новое расследование Навального

СМИ «обнулили» новое расследование Навального

Максим Кац:

Навальный пишет правильные слова о журналистах. Но с другой стороны я у него тоже был мэрской мурзилкой и жуликом, хотя никогда с властью не работал и ни на какие компромиссы не ходил. Назван так был из соображений политической целесообразности

Ксения Болецкая:

С разрешения Elena Mukhametshina выношу из-под замка ее пост про Навального.

Лена терпеливо и по делу объясняет почему Ведомости не будут стремительно списывать под копирку расследования ФБК. Не потому что цензура, а потому что мы привыкли проверять информацию и брать комментарии сторон. Навальному, великому поклоннику демократии и независимых медиа, пора бы это выучить.

Elena Mukhametshina: «Хочется, конечно, прояснить ситуацию с тем, как себя ведет один из горячо любимых моих спикеров. В газете «Ведомости» есть Догма. Поэтому мы должны проверять всю информацию, от кого бы она не исходила. В частности, что касается расследований — мы должны запрашивать тот же набор документов, который упоминается в том или ином расследовании (расследований Навального это тоже касается, мы должны их перепроверять, несмотря на то, что никто в России лучше, чаще и громче расследований не проводит). В истории про Володина была ссылка на выписку из Росреестра, которую мы вчера запросили, но которую нам пока не прислали. Но еще мы можем писать про официальные заявления в правоохранительные органы от организаций по поводу проверки фактов коррупции. Вчера сразу же после выхода расследования я запросила такое заявление у пресс-секретаря Навального Киры Ярмыш и связалась с Ваней Ждановым из ФБК. Заявление мне прислали сегодня в 15 часов 18 минут. После этого я сразу начала писать текст. О том, что я жду это заявление, и о том, что мы собираемся писать текст, Кира знала. Она, в принципе, знает прекрасно все, что я здесь описала. Подобная ситуация (как вот с этим гм постом Навального) повторяется уже не в первый раз, и уверена, что будет повторяться и дальше. Но тут уж ничего не поделаешь. А расследование Навального очень забавное, если кто-то не видел, обязательно посмотрите. Ссылка на заметку в первом комментарии, надеюсь, Алексей Анатольевич обязательно ее расшарит, чтобы как можно больше людей прочли

Ольга Чуракова:

Очень терпеливая Лена объясняет про ситуацию с Навальным и его наездом на нас

если у кого-то были иллюзии, то давно известное повторю: методы и риторика этого человека ничем не от отчаются от многих таких же людей во власти

Ну и настоящий шлягер дискуссии.

Татьяна Лысова:

Ладно, хватит быть сдержанной.

Алексей Навальный — просто ган***!

Алексей Петренко:

Когда лайки информативнее текста. Эмоции мадам Лысовой понять можно. Тут , понимаешь, в качестве завотдела политических новостей интерфакса поднял стандарты профессии на небывалую высоту, а неизвестно кто смеет попрекать.

Но лайки ! В них многолетняя боль и страдания «лучших людей профессии», особенно непереносимая от осознания, что Навальный прав

Александр Рыклин:

И чтобы уже закончить с Навальным и интеллигенцией…

Такая непосредственная и очаровательно-наивная реакция г-жи Лысовой на демарш Навального в отношении отечественной прессы требует, конечно, определенного обоснования… Следом, по-моему, надо было выкрикнуть: «Ты, Навальный, наверное, думаешь, что, раз ты все время сидишь в тюрьме, это дает тебе право называть вещи своими именами, тыкать палкой в нашу кучу…. ну, хорошо, хорошо — в наш муравейник?! (Ох, погубит меня политкорректность)…Как будто мы ничем не жертвовали, чтобы создать иллюзию наличия в России независимой прессы?! Мы перестали обедать у Новикова, мы пересели с мерсов на унылые инфинити, мы больше не отдыхаем в Майами и на Лазурном берегу, мы..и т.д.. И все эти жертвы ради того, чтобы ты мог спокойно сидеть в тюрьме! А вот твоя благодарность! И кто ты после этого»!?

Ну и далее по первоисточнику…

Появилось несколько больших текстов, поддерживающих ту или иную сторону спора.

Юрий Сапрыкин:

Несколько мыслей про Навального и «Ведомости»:

1) Навальный сегодня — это прежде всего медиа. Помимо собственно политики, где коридор возможностей предельно сжат, он занимается ровно тем же, чем «Ведомости», «Медуза» или «Коммерсант» — рассказывает, где и что происходит. Даёт людям узнать то, чего они не знают. Объясняет происходящее и выстраивает из этого более менее непротиворечивую картину мира.

2) Медиа того типа, к которому принадлежит Навальный, борются сейчас прежде всего за внимание и доверие. Это конечный ресурс, который между ними тем или иным образом распределяется. За любым критическим высказыванием одного представителя этой экосистемы по отношению к другим — «кто не пишет новость про квартиру Володина, тот мурзилка», «Медуза совсем скурвилась», «как можно брать за колонки деньги с подписчиков» и т д — скрывается ещё и прямой экономический смысл: не нужно тратить внимание и доверие на других. Не читайте их, читайте меня.

3) Говоря это, Навальный (уже не впервые) идёт ещё дальше. Медиа, основанные на иных принципах, чем мое собственное, не нужны вообще (вместе с их принципами). Не нужен фактчек. Не нужны подтверждения из второго-третьего источника. Не нужны экспертные мнения, комментарии, вообще профессиональные стандарты. Собственно журналисты, как мы услышали сегодня, не нужны тоже. Нужно просто, доступно и по возможности весело доносить информацию (в идеале, совпадающую с повесткой Навального) до населения. Все остальное — интеллигентское соплежуйство или мурзилочья продажность. В прекрасной России будущего этому нет места.

4) Личное мужество Навального и несомненная общественная польза от того, что он делает, часто не позволяют сказать, что в иных вопросах он может быть не прав. Я, по крайней мере, не чувствую за собой морального права. И тем не менее: этот последовательный курс на упрощение и игра на понижение — не то, что может сделать Россию будущего прекрасной.

Илья Пономарёв:

Не добавить, не отнять. Монополии — это плохо, и с попытками монополизаций, даже во имя «прекрасных Россий будущего», надо бороться…

Александр Амзин:

Я в целом поддерживаю Навального (его лицо даже какое-то время висело у меня в спальне — так случилось); я ходил на многие митинги.

Мое «в целом» заканчивается там, где он делит СМИ на «за меня» и «за Кремль». Функция СМИ заключается не в том, чтобы поддерживать ту или иную сторону, а в том, чтобы ответственно сообщать факты.

К сожалению, государственные СМИ свою задачу не выполняют, но это не повод полагать, что остальные работают по тем же лекалам.<…>

Если коротко, за всё, что пишет издание, оно несет ответственность. Нельзя написать «так написал Навальный в блоге» и переложить на него ответственность.

Статья 57 закона о СМИ («Освобождение от ответственности») гласит, что есть несколько ситуаций, когда можно цитировать источник, не проверяя.

Если вы ссылаетесь на информационное агентство. Российское право говорит — если об этом написал ТАСС, он несет ответственность, а вы должны сослаться. Если бы Алексей Анатольевич зарегистрировал свое информационное агентство, то «Ведомостям» не пришлось бы проверять сам факт наличия заявления ФБК и запрашивать по второму разу выписку в Росреестре. Звучит смешно, правда?

Если сведения получены в ответе на запрос информации или в материалах пресс-служб. Поэтому журналистка практически продублировала расследование. И именно поэтому «Ведомости» могут написать о Володине, если получили ответ на запрос (вы наверняка видели фразы вроде — «документ есть в распоряжении “Ведомостей”» — и удивлялись, зачем вам это знать; вот затем).

Это чем-то схоже с игрой в карты — вам надо собрать нужные, и вы знаете, что они где-то в колоде. Но сыграть вы сможете только когда у вас на руках комбинация.

Также журналист освобождается от ответственности, если цитирует материалы с сайтов органов власти (это другие нормы). Поэтому так важно анализировать тексты выступлений Путина на сайте Кремля и тексты на сайте правительства — если там допущена промашка, отказаться от своих слов у чиновников не получится. Это, очевидно, тоже не наш случай, но объясняет, почему государственные и окологосударственные публикации не проверяются с такой тщательностью.<…>

СМИ не должны быть личной армией ни одного политика, и в Прекрасной России Будущего они ею тоже не станут.

В Прекрасной России Будущего мы будем учить читать газеты еще в школе, как это делают, например, в Германии. А читателей мы попросим отмечать статьи, где не содержится мнение двух сторон, как пристрастные.

Еще я думаю, что мы подрастеряли спрос на по-настоящему беспристрастные медиа. Судя по комментариям у Навального, людям требуется от медиа подтверждение собственных мыслей и убеждений, а не какая-то там объективность.

Это, на самом деле, и есть причина, по которой я написал этот текст. Такое отношение к журналистике смертельно опасно и для нее, и для общества и для, прости господи, Прекрасной России Будущего.

Александр Морозов:

Все бы это было верно, если бы в «Ведомостях» не было бы заголовков «СМИ узнали, что…» (эти заголовки есть и в РБК). Читатель видит, что «Ведомости» просто пересказывают один источник (например, «Коммерсантъ» или «Интерфакс», неважно). На это можно справедливо возразить: в данном случае «Ведомости» цитируют институциональное агентство, поэтому тут допустимо быстро ставить, ничего не проверяя. Но дело в том, что «Ведомости» (и другие издания) равным образом строят свои новостные сообщения на Трансперенси, или Общественной палате, или РСПП. Это — не медиа, а «общественные организации». Встает вопрос: даже если вы считаете, что «Навальный-live» не медиа, то ФБК — это несомненно «общественная организация» и вряд ли кто-то в этом сомневается. Больше того, существует очевидная презумпция: у ФБК очень высокая репутация, никто из фигурантов не смог опровергнуть информацию ФБК, все эти дачи, шубы, яхты и т.д. — все это существует.

Это означает, что мы — читатели — вправе ожидать, что медиа воспринимают информацию ФБК ровно также, как информацию любой другой институции — медиа или НКО. Ссылки на «ФБК» совершенно достаточно для первого новостного ровно так же, как ссылки на «Интерфакс» или «Совет по правам человека при президенте РФ». А уж дальше там редакция может как хочет «развивать сюжет»: проводить собственное расследование или не проводить, затребовать документы о фигурантах или нет.

Валерий Аджиев:

1. В целом, это печальная ситуация, когда разругались чуть ли не единственный реальный оппозиционный политик и едва ли не вся прямо не встроенная в систему госпропаганды журналистская корпорация. Избежать этого конфликта было невозможно, он возник (не в первый и не в последний раз) объективно. Но вот конвертировать его в столь острую фазу обеим сторонам не стоило. В обозримом будущем деться друг от друга этим обеим сторонам некуда, стратегически у них нет выбора кроме как так или иначе сотрудничать (если, конечно, обе стороны намерены – или будут способны – или им будет позволено – и дальше функционировать в установившейся парадигме). Кажется, однако, что налицо полное пренебрежение «Big Picture». Что странно.

2. Почему конфликт не мог не возникнуть, и будет воспризводиться и дальше? Ответ прост: Навальный (как политик, как «медиа», как человек – эта самая «гибридность» в нем воплощена просто идеально) функционирует вне (вопреки) системе (даже если она его по каким-то причинам «терпит»). «Ведомости» (и некоторые иные «традиционные» медиа структуры) в систему встроены (даже если она им не слишком дружественна). Они вынуждены играть по ее правилам (которые к тому же все время ужесточаются). Апелляция к необходимости «фактчекинга» — одновременно и содержательна, и лукава. Как пишет (правильно, хотя и в несколько в patronising стиле) в своей статье на Medium Alexander Amzin​: “Функция СМИ заключается не в том, чтобы поддерживать ту или иную сторону, а в том, чтобы ответственно сообщать факты.» Есть, однако, нюансы.

3. Глядя со своей колокольни (на которой вместе с ним находятся много людей-читателей, объективно заинтересованных в оперативном получении информации, которая на данный момент эксклюзивна), Навальный прав в своих претензиях (что помешало оперативно, а не с запозданием и только после возникшего скандала, дать простую информацию о самом факте выхода его расследования? Это не означает автоматической трансляции его безупречности. Тем более, что прецедентов в прошлом было немало, в том числе и в этом издании. А репутация Навального в смысле достоверности фактов, несмотря на имевшие место проколы, будет получше, чем у подавляющего большинства ньюсмейкеров и других СМИ). Но правы (глядя со своей колокольни) и сотрудники «традиционных» медиа типа «Ведомостей». Опять цитируя Амзина: «за всё, что пишет издание, оно несет ответственность. Нельзя написать «так написал Навальный в блоге» и переложить на него ответственность.» Правы, если конечно, приоритет «выживания» (этот термин можно по-разному наполнять) в рамках «системы» выше, чем несущее некие риски (рискну предположить, в данном случае небольшие) информирование читателя пусть и о важном, но в конечном итоге еще одном в длинном ряду расследований о стиле жизни крупных российских чинновников. Упомянутый материал Амзина (я на него дам в комментах ссылку), кстати, весьма дельный. Но возникает ощущение, что он, формально совершенно правильный, о «сферическом коне в вакууме».

4. Все это, повторю, могло бы обсуждаться в штатном режиме, как отражение «фичей» сложившейся системы. Примечателен, однако – особенно для такого человека со стороны, как я — накал возникшего скандала, который иначе как вселенским срачем и не назовешь. Такое впечатление, что чуть ли не вся журналисткая корпорация (а также многочисленные сочувствующие) объединились в своем неприятии даже не этой конкретной претензии Навального, а вообще всей его личности. В том числе – что интересно – в ее (личности) полической и медийной ипостасях. Конечно, Навальный сам хорош, и можно предполагать, что такой резкий наезд именно на «Ведомости» есть отражение фрустрации от недавней компании по выборам Президента России, куда его не допустили, а допустили (в качестве симуляции его функционала и выборного потенциала) Ксению Собчак. Тот факт (как-то не очень освещавшийся в «Ведомостях»), что Демьян Кудрявцев, как говорят, был фактическим руководителем штаба Собчак, наверняка определил отношение пострадавшего политика к данному СМИ с его провозглашаемыми высокими стандартами независимой журналистики.

5. И все-таки в реакции журналисткого сообщества как-то избыточно много чисто личностного. Того самого «человеческого, слишком человеческого». Не потому ли, что в российском общественном пространстве (как в никаком другом) сложилась «тусовка» (так хорошо представленная в фейсбуке), где неформальные отношения, основанные на личностных знакомствах и симпатиях-антипатиях, причем кланового толка, важнее принципиальных политико-идеологических разногласий. В этой тусовке все всех знают, и чужие здесь не очень-то ходят. Если обижены «свои», особенно «знаковые» (персоналии или даже структуры, пусть неформальные и даже больше существующие в воспоминаниях), то будет даден такой дружный отпор, что мало не покажется. Навальный принципиально и программно вне этой тусовки – при том, что его «все знают» и к тому же (что усугубляет) он как бы «один из нас», в том числе и в профессиональной медийной ипостаси. Но он ведет себя именно как политик, у которого нет «друзей» — а вот «интересы», безусловно, есть. И это не только его личные интересы. Странно, что понимание этого фундаментального факта у очень умных и информированных пишущих деятелей отсутствует. Как отсутствует и проекция своих высказываний за пределы тусовки. В ту самую реальную жизнь, где существуют читатели — избиратели.

6. Такому человеку «извне» (но который знает кое-что и касательно «изнутри»), как я, было любопытно видеть комменты под наиболее значимыми в контексте данного скандала статусами, в которых масса известных журналистов чередовала чрезвычайно резкое осуждение поведения Навального с публичными и акцентированными признаниями в любви друг к другу (типа «обнимемся»). Когда читаешь подряд поток такого рода излияний негативных чувств по отношению к единственному кредитоспособному оппозиционному политику и позитивных (чтобы не сказать – высоких) чуйств к своим замечательным во всех отношениях коллегам, то возникает некий когнитивный диссонанс, суть которого мне нелегко определить. Ясно одно: здесь нечто большее, чем просто корпоративная солидарность. Эту солидарность хочется назвать (возможно, несправедливо — как это бывает при попытке слишком размашистых обобщений) «клановой». При том, что кланов, конечно несколько, хотя они могут и пересекаться (и есть многочисленные персонажи, скажем, замечательный телеаналитик Арина Бородина, которые с неизбежностью возникнут при любом «сраче» и очень удачно поддакнут дорогим «друзьям»).

7. Стоит подчеркнуть, что само собой, хорошо это или нет, но политические взгляды не всегда находятся в центре чисто человеческих отношений. У меня самого есть близкие друзья, с которыми я радикально расхожусь в политических оценках. Ничего страшного – стараемся не слишком увлекаться политически окрашенными спорами. Это не так сложно – потому что я человек не публичный. Но когда речь идет о людях публичных, имеющих отношение к политике, и более того – пишущих о ней, формирующих общественное мнение, то здесь все не так просто. В данном случае смущает не то, что журналисты (в том числе и с разными взглядами) показывают, насколько они дружны и солидарны друг с другом. А то, что они делают это в выраженно политическом контексте. Который не есть их личное дело. И который сложнее, чем они хотели бы его представить. В итоге возникает впечатление неких игр в закрытой системе, в которой, конечно, проблем много, но жить можно. Не случайно мемом сделалось высказывание простодушной «системной» журналистки Е. Винокуровой: «Всё было так хорошо, пока не появился Навальный» (на минувшей неделе эта всегда ратующая за конструктивные отношения с властями деятельница подобным образом сокрушалась об организаторах «Марша матерей»).

8. Самое время добавить немного конкретики, чтобы стало яснее, что имею в виду. Скажем, я подписан в Телеграмме на канал О. Кашина. И иногда его просматриваю. Такое впечатление, что все свободное от написания своих замечательных (часто вполне «оппозиционных») колонок он проводит в дружеском общении с С. Минаевым, «Конаненычем», «Ортеженькой», даже с Холмогоровым. Очевидно, именно эти непримиримые к оппозиции, воплощаемой Навальным, работники пропагандистского фронта образуют для Кашина комфортную (и дружескую?) среду. Значит ли это что-то? Может и нет, но на мое восприятие его материалов это влияет. В том же фейсбуке возникали локальные скандалы вокруг некоторых знаковых персонажей. Взять, к примеру, Наталью Тимакову. Для массы известных журналистов она остается коммерсантовской «Наташкой» (судя по некоторым излияниям – «своей в доску»), предъявлять к которой претензии (принципиальные претензии) как-то некомильфо. Несмотря на ее многолетнюю деятельность на высокой должности в самом сердце информационно-пропагандистского обеспечения правящего режима. И она такая не одна. Не случайно, наверное, и то, что некоторые действительно принципиальные (в означенном смысле) журналисты, такие как С. Пархоменко, сами часто становятся мишенью для коллег из уникальных журналистких коллективов. И почаще, чем, скажем, Максим Соколов.

9. Самое время вспомнить новейший хит фейсбука — высказывание в адрес Навального Т. Лысовой, которое де-факто стало апофегеем обсуждаемого тренда. Всеми уважаемая профи (в прошлом редактор тех же «Ведомостей», по нынешним временам, даже и легендарный), наверное, она в силу своего неформального авторитета может пуститься во все тяжкие и позволить себе «все». С удовольствием процитирую ее статус: «Ладно, хватит быть сдержанной. Алексей Навальный — просто ган***!». Он вызвал чуть ли не всеобщий восторг («я тебя и так обожал, а теперь еще больше») и, очевидно, обречен стать мемом. При этом как-то остается в тени, что с некоторых пор г-жа Лысова занимает высокую должность шеф-редактора службы политической информации в агентстве «Интерфакс». Агенстве, прекрасно встроенном в Систему и подающему политику не сказать чтобы таким уж независимым от властей макаром. По факту, власти могли только мечтать о такого рода выпаде в адрес, повторяю, единственного реального оппозиционного политика (независимо от ее личного отношения к нему как человеку). Под аплодисменты обиженной оппозиционной тусовки (и это именно тот случай, когда на обиженных будут «возить воду», и это будет не Навальный). Well done! Может быть, ее даже и наградят (секретным указом, ага). Есть и еще один аспект, который делает эту историю весьма этически сомнительной. Может ли Лысова (такая бесстрашная — цитирую ее коммент под означенным статусом: «А ху** нам, красивым бабам») высказаться подобным образом в адрес того же Володина? Что-то я сомневаюсь. Навального можно мочить, не опасаясь последствий. Не со всеми сильными мира сего такое удовольствие, даже для красивых баб, позволительно. Не нужно проводить и глубокие сравнительные исследования как Интерфакс подает связанные с Володиным и Навальным новости.

Галина Тимченко:

Вот это называется «ультимативный» разбор. :-) Одинокий голос разума.

Надежда Климова:

Конфликт Алексея со СМИ возник и будет воспроизводиться, потому что делая выбор между корпоративной этикой и профессиональной, миллионы людей выбирают корпоративную, а Навальный всегда профессиональную.

Это очень ярко проявляется в ситуациях, когда Навальный обрушивается с критикой на других политиков. «Вы ничего не делаете!» — кричит он всем. «Ты оказываешь услугу Кремлю, дискредитируя оппозицию и либеральные ценности!» — заявляет он Ксении Собчак. «Ты выдвигаешь на выборах сраного единоросса!» — бросает он Дмитрию Гудкову. Претензии максимально публичны и направлены не столько на конкретных персон, сколько на их действия/бездействие.

И что-то все как-то резко обижаются, начинают призывать не ссориться, умерить амбиции и объединиться с ними по причине… да, принадлежности к одному клану.

Если мы когда-нибудь и выберемся из того дерьма, где оказались, то только за счёт людей, способных выстроить систему, в которой корпорация выталкивает из рядов худших своих членов, а не прикрывает их от жестокого-жестокого мира с его настырными и бестолковыми гражданами, клиентами, пациентами и читателями.

По-моему, Навальный лучший номинант на эту роль.

Татьяна Рыбакова:

Мне вот Навальный совсем не нравится хамоватостью, нахрапистосттю и самолюбованием. И это я не касаюсь его политических взглядов. Но сегодня «других политиков у нас для вас нет». И, скажем честно, написать новостную заметку можно было, благо и правда так делалось не раз. С другой стороны — мне как раз очень близки журналисты, которые ещё пытаются что-то сказать в существующих условиях. И если выбирать между новостью о Навальном и судьбой Форбса, я бы обошлась без новости, сосредоточившись на статье — расследование Навального и без нее посмотрят, а есть много вещей серьезнее володинской мамы, о которых тот же Навальный не напишет, а «Ведомости» — ещё могут. Но при таком выборе гондон — не Навальный, а тот, кто этот выбор предопределил.

Алексей Шаляпин:

Все так, если вычленить важное, то действительно, «оппозиционная» журналистика срослась с истеблешментом, как это везде есть и выход из этого состояния воспринимается во всем мире как ненормальность. Валерий верно отметил проблему нашей российской особенности этого состояния — отсутствие идейной принципиальности. Но когда нет идеологий с обеих сторон, какая может быть идеологическая определённость?

Важнее другое, что не замечено в тексте — Навальный токсичен для истеблешмента, любая публичная связь с ним «зашквар». Это всеобщее ощущение. Как сказал мне приятель о снятии Ворсина с выборов мэра Хабаровска «А чего он хотел связавшись с Навальным». Именно распространившееся за последний год ощущение токсичности в рамках системы делает невозможным появление лонгрида на основе расследования ФБК в любом системном СМИ в первую очередь, а уже потом пойдут любые другие объяснения.

Сейчас выпасть же из системы боязно — кто не признает окупации и рейхсмарок может идти только в партизаны, а те сами кого хочешь расстреляют, не говоря что всем в лесу не поместиться и прокорма там нет на всех. Про то, что и сами партизаны воюют меж собой не хуже, чем в Западной Украине националисты, поляки и коммунисты, можно даже не говорить. Так что ждите, Познер и Доренко вас будут учить жить и в светлой России будущего, если печень не посадят раньше.

Михаил Макогон:

Самый смех последней истории Навальный против Ведомостей даже не в том, что Кудрявцев руководил избирательным штабом Ксении Собчак.

Смех в том, что можно врать, быть не такой и ждать трамвая, когда речь идет о какой-то тайне.

Но оперативное ежедневное руководство Кудрявцевым штаба Собчак всю дорогу было таким же секретом (спойлер алерт!), как что Брюс Уиллис погиб в первые две минуты «Шестого чувства».

Т.е., вот это не тот случай, когда хотя бы техничка в редакции с почасовой оплатой может сослаться на добросовестное заблуждение.

Каждый сотрудник вот этого репутационного фактчекерского СМИ знал, что собственник рулит кампанией кандидата в президенты и юзает издание как агитационную листовку.

Каждый знал, каждый за рюмкой чая говорил друзьям, что думает об этом и каждый публично строил святую невинность.

Важно: не «догадывался», а знал.

Каждого в большей степени характеризует даже не спасение копеечного оклада молчанием. Каждого характеризует, что и сейчас, перед лицом фактов, когда публика точно знает, что они врут — продолжать врать.

Олег Пшеничный:

После пяти инаугураций, после Крыма, после Сирии, после 10 000 погибших украинцев, после пыток, политзаключённых, и украденных у страны триллионов, и всего вот этого, они перетекают с работы на работу из «Первого канала» в «Ведомости», из «Ведомостей» в «Интерфакс», РИА-Новости и так далее, а потом со строгим видом пытаются объяснить Навальному, что такое честная журналистика, проверенные факты и порядочное поведение профессионала.

Михаил Пожарский:

Самое смешное в очередном скандале Навального с российскими «деловыми» СМИ — это попытки журналистов оправдаться, представив все, как конфликт «блогеров с серьезными журналистами, у которых стандарты работы». Да, действительно, некоторый конфликт новые медиа со старыми существует — например, в США. Это проблемы белых людей. Но в России же все гораздо банальнее — здесь никаких «старых медиа» просто нет. Были да сплыли. Российские «деловые СМИ» не публикуют новости про расследования вокруг Володина вовсе не потому, что у них стандарты проверки информации. Для таких случаев есть множество стандартных оговорок: «по словам Навального», «источник не подтвержден» и т.д. Не публикуют они потому, что в каждом крупном серьезном издании ныне принято согласовывать редакционную политику с АП. А в некоторых местах попросту сидят люди, назначенные смотреть, чтобы все вели себя хорошо — погуглите, например, послужной список Владимира Желонкина, который ныне возглавляет «Коммерсант». У работников «Ведомостей» и «Коммерсанта», конечно, больше пространства для маневра, чем у сотрудников ОРТ — им позволено ругать за правый уклонизм какого-нибудь Милонова и т.д. Но опубликовать что-то действительно важное и острое им никогда не дадут.

Понятно, конечно, почему люди продолжают работать в таких условиях (им больше особо негде). И, конечно, не они виноваты в такой деградации российских СМИ. Но изображать, при этом, из себя «независимых журналистов», будто нынче начало 2000-ых — это чистой воды аутотренинг. Нет, все сегодня сотрудники газеты «Правда» — будь то НТВ или «Коммерсант». Можно работать в газете «Правда», не занимаясь напрямую всякими пакостями, но работать в газете «Правда», делая вид, будто ты сотрудник «Нью-Йорк Таймс» — нельзя.

Оксана Баулина:

а давайте вот эту же самую метрику возведенного в абсолют факт-чекинга вы начнете приставлять не только к Навальному, но и, например, хотя бы к Володину?

или, если не очень зассыте, к Пескову?

а если уж совсем смелые, то к Путину?

что? нет?!

ну лан!

Глеб Павловский:

Навальный — реальная оппозиция (хотя называя его «единственным реальным», мы делаем ему оч.плохую услугу, уже заметно сказывающуюся надменностью его публичных манер — дальше мб только хуже; все это мы проходили с БНЕ ) Тут еще неявно участвуют ряд бессознательных мотивов, выступая как презумпции. Среди них а)уверенность СМИ, что эти они «назначают в оппозицию» , а в сущности — только они ею и являются (это хвост еще от 90х годов) . б) ресентимент самого Навального, который, <провалив> в финале свою президентскую кампанию (такую великолепную на старте 2016-17!) ушел от публичного

разбора, и оттого нуждается во внешних виновниках в) #СистемаРФприветствует и поощряет <споры> о «встроенности» в себя из-за их полезности — встроены все. И лучше избегать пустопорожних фарисейских пересудов о чьей-то «встроенности» и написания нелюбимых фамилий с маленькой буквы -нет ничего более старорусского, пошлого и пустого, вот уже лет полтораста разрушающего любые наши дебаты

Даниил Кен:

Журналисты и редакторы «деловых» СМИ (Юрий Сапрыкин и многие-многие другие) сейчас оправдывают то, что не опубликовали информацию о маме Володина тем, что проводят фактчекинг, берут комментарии, следуют высоким стандартам журналистики и т.п. Всё это, конечно, чепуха полная, потому что сам факт выхода расследования и предъявленных обвинений — важное событие, о которых неподконтрольные власти политические и бизнес-издания должны писать. Не вслед за Навальным выдвигать обвинения, а рассказать о вышедшем расследовании — в чём суть, на что опирается автор. Дополнить своими знаниями, комментариями, выводами. Дополнительно — можно рассказать читателям, что делаете фактчек, запрашиваете те же выписки и прочее, что будете держать в курсе. Проверив то, что можно в открытых источниках, СМИ может делать свои запросы. Это всё совершенно очевидные вещи, что стыдно людям из Ведомостей или Коммерсанта прикидываться, что они их не понимают.

Константин Сонин:

Прямо скажем, я не совсем согласен с претензиями Алексея. Например, про «фактчекинг» — даже если статья в «Ведомостях» про коррупцию Володина, председателя Думы, просто пересказывает что сказал Навальный — это некоторый «штамп важности» на новости и фактчекинг может быть нужен (даже если в статье нет независимого подтверждения фактов).

Но это как раз мелочи, потому что ответ на основные вопросы, которые сейчас задает Навальный, предельно прост. Конечно, в каждом тексте, в котором упоминалась Ксения Собчак как кандидат в президенты, должно было быть прямо написано, что Damian Kudryavtsev, владелец газеты, является главой (сотрудником, советником) Собчак. О чем тут говорить вообще.

Не знаю, нужно ли было писать при каждом упоминани, что Собчак — это спойлер и единственная задача ее участия была в том, чтобы создать видимость участия в выборах тех, кто голосовал против. Это вопрос мнения — я написал две колонки в «Ведомости» про это и никто не сказал мне ни слова. Но неупоминание того, что владелец газеты помогает кандидату, про которого газета пишет — это профессиональный сбой.

Татьяна Долматова:

Странно, почему эти милые, утонченные люди так возмущены? Они что, на самом деле думали, что человек, который не пощадил ни Медведева, ни Шувалова, ни Володина, пощадит их нежные чувства?

Особенно умиляет, когда Ведомости пишут лучшему расследователю коррупции в России, что, может ты, Навальный, сам эту бумажку про квартиру матери Володина напечатал. Действительно. Весь ФБК, видимо, много лет только тем и занимается, что бумаги Росреестра подделывает.

Зачем вы это пишете Навальному? Вы что, совсем идиоты?

Удивительно, но он в своем посте ни разу не произнес в их адрес слов «ган****», «муд***» и т.д. Как-то обошёлся.

А «мастера пера», «интеллигентная» тусовочка, не обошлись. Таков лексикон современной «образованщины». Увы.

Марат Гельман:

почитал вокруг все стороны и так скажу, нерасторопность редакции на лицо, но все таки обвинения в самоцензуре — слишком рано пост был написан. Можно было день подождать.

Редакцию можно «понять» — испуг сковал. И Навального можно понять — все меньше рядом неиспуганных. Но в целом испуг преодолен. Главное, что конечно же Володин — вор. И люди имеют право об этом знать.

Юлия Дрокова публикует на сайте «Тайга.инфо» свой разбор ситуации:

Уже восемь лет как я не работаю в медиа, профессиональные аддикции давно отпали, но история с конфликтом Навального и «Ведомостей» задела за живое до невозможности смолчать. Точка зрения у меня на ситуацию редакторская (руки кой-чего помнят).

Дано:

16 августа в 14.37 мск опубликован текст и ролик ФБК о том, что 82-летняя мать Вячеслава Володина, всю жизнь проработавшая педагогом, владеет квартирой площадью 390 м² в пафосном жилом комплексе Москвы, а также является учредителем нескольких юрлиц, в том числе — свежезарегистрированных и имеющих большие активы.

17 августа в 15.45 мск Алексей Навальный публикует эмоциональный пост в фб, в котором констатирует, что ни «Коммерсант», ни «Ведомости», ни РБК не написали о находке ФБК ни слова. Пост содержит фразу «Удивительно как Кудрявцеву удалось превратить лучшую газету страны, определяющую передовые стандарты журналистики, в сборище трусливых мурзилоидов буквально за два года», с которой и начинается конфликт.

17 августа в 18.25 мск выходит текст на сайте «Ведомостей» (в бумажной версии заметки об этом не было) «Навальный потребовал досрочно прекратить депутатские полномочия Володина».

17 августа в 19.54 мск редактор отдела «медиа» «Ведомостей» Ксения Болецкая репостит подзамочную запись одного из двух авторов заметки в «Ведомостях» Елены Мухаметшиной. Мухаметшина объясняет, что публикация готовилась с дня накануне, новость все это время фактчекилась (в Росреестре запрашивалась выписка на ту самую квартиру и ожидали от ФБК заявление в прокуратуру, которое получили в 15.18 мск 17 августа). В интернетах возникают многочисленные дискуссии о двойных сплошных, нюансах фактчекинга и судьбах российской журналистики вообще.

Итого между первой публикацией ФБК и заметкой «Ведомостей» прошло почти 30 часов.

Найти:

Стоит ли созданная «Ведомостями» добавленная стоимость по теме мамы Володина 30-часовой работы двух корреспондентов? — возникает экс-редакторский вопрос.

Текст «Ведомостей» не менее чем наполовину представляет собой цитирование заявления ФБК в прокуратуру, содержит два живых комментария (юриста ФБК и стороннего эксперта из «Трансперенси интернешнл»), а также дежурные формулировки об отправленных запросах и неполученных вовремя ответах в Госдуму и Генпрокуратуру. В тексте нет ни то что комментария Володина или его мамы, или кого-то из окружения, а и описания деятельных попыток таковой комментарий получить. Запрос в пресс-службу Госдумы к категории деятельных попыток получить содержательный комментарий не относится, разумеется. В тексте нет никаких дополнительных сведениях о деятельности тех компаний, которыми совладеет могучая мама Володина, кроме тех, что почерпнуты из материалов ФБК.

Моя оценка трудозатрат на производство подобной заметки (включая сбор информации, собственно написание текста и редактуру) — 3−5 часов времени. Это я на правах человека, написавшего и отредактировавшего сотни текстов в «Ведомостях», заявляю. Два хороших журналиста (а в «Ведомостях» нет плохих) за сутки с лишним могут сделать качественное, глубокое, аргументированное и со всех сторон подтвержденное расследование. Если захотят. Гораздо более крутое расследование могут сделать, чем ФБК, чью работу (в данном конкретном случае) называть «расследованием» явно избыточно.

Остается непонятным, почему ФБК сутки не присылали «Ведомостям» заявление в прокуратуру (во всяком случае, мне не встретилось объяснения этому обстоятельству). Возможно, заявление только 17 августа было сделано и/или зарегистрировано в Генпрокуратуре. Но это явно не снимает вопросов к «Ведомостям»: если бы у редакции был выраженный мотив отработать тему быстро и хорошо (а это совершенно естественный мотив для новостного издания), редакция бы нашла возможность вытрясти из ФБК заявление быстрее (если заявление существовало в природе на момент начала развития событий) или выбрала бы какую-то другую точку отправной.

Мое резюме: заметка писалась необъяснимо долго, и исполнена она по принципу минимальной достаточности. Та самая догма «Ведомостей», к которой много апеллируют в последние дни, соблюдена по букве, но не по духу. Мой голос в этой истории на стороне Навального. Увы.

p. s. Я ушла из «Ведомостей» в 2010 году, проработав там 6 лет (за два подхода). Это ключевое СМИ в той части моей жизни, которая проведена в медиа, именно «Ведомости» сформировали меня как журналиста. Во многом и как человека, чего уж там (впервые я попала в «Ведомости» в 21 год, вполне себе еще пластичный возраст). За всестороннюю школу жизни я остаюсь в высшей степени благодарна «Ведомостям». И это умножает мою сегодняшнюю скорбь.

СМИ «обнулили» новое расследование Навального

Алексей Навальный:

Дальнейшая увлекательная дискуссия о «старых и новых медия», об этике, о «догме Ведомостей» и всё остальном для меня (и уверен, что для всех) будет гораздо более интересна, если каждый журналист газеты «Ведомости» даст мне ответ на один вопрос.

Он имеет для меня принципиальное значение, так как всё происходящее в «Ведомостях» я воспринимаю через контекст этого. Не было причины для вопроса — не стал бы даже наезжать на них из-за Володина.

Я его задаю постоянно, но как будто какая-то выборочная слепота/глухота наступает, когда его слышат собеседники.

Как будто невидимыми чернилами я пишу этот вопрос во всех постах — его игнорируют.

Вот и сейчас. В исходной претензии я об этом написал. В комментариях упомянул. И вижу, что вокруг суетятся журналисты и лайкают всё вокруг, комментируют, говорят что-то, а мой вопрос снова не видят.

Смотрят в стол.

Поэтому я разобью мой вопрос на части и задам прямо в этом огромном посте. Прошу всех бывших и нынешних читателей «Ведомостей» меня поддержать и предложить каждому из участников бурной дискуссии ответить на него. И дальнейшую платную подписку на «Ведомости» обусловить наличием вменяемого ответа.

Вопросы:

1. Недавно были президентские выборы. И каждый человек, имеющий хоть какое-то отношение к политике и журналистике, отлично знает, что начальником штаба одного из кандидатов — Ксении Собчак — был собственник газеты «Ведомости» Демьян Кудрявцев, а вовсе не Игорь Малашенко, как декларировалось.

У Кудрявцева был кабинет в штабе Собчак. Он занимался и деньгами, и всяким политическим мухлежом. Он работал там со множеством людей, большинство из которых ужасно болтливы.

Как же так получилось, что об этом знали решительно все, а вот у журналистов «Ведомостей» случилось коллективная слепота?

Знали все, но молчали.

2. Знаменитая «догма газеты Ведомости» — свод строгих правил и принципов журналистики — как она там в этот момент? Не горела, словно неопалимый куст? Не завывала? Не кричала на всю редакцию о конфликте интересов, о долге журналиста?

3. Когда вас поймали на том, что вы якобы «под эмбарго» держали заявление Собчак о выдвижении на выборах полтора месяца, почему вы продолжали врать?

4. Когда перед Новым Годом «Ведомости» внезапно ввели в своем постоянном голосовании «Люди года» специальную категорию «Загадка года», где решением редакции победила Ксения Собчак, не надо было там сделать маааааленькую приписочку: должны сообщить, что собственник нашей газеты, назначающий редакцию, работает начальником штаба этой «загадки года»?

Я в том же голосовании стал «Политиком года» и уверен, что если бы Волков был хозяином «Ведомостей» я бы и в голосовании не смог участвовать из-за конфликта интересов. Это правильно.

5. Я знаю точно, что некоторые журналисты «Ведомостей» были взбешены происходящим, но почему же они не были поддержаны? И кто в редакции выступил на какой стороне?

Мне кажется, что это всё очень важные вопросы, без ответа на которые с «Ведомостями» сложно дальше обсуждать журналистскую этику. Лично для меня сейчас никакой «Догмы» не существует. Вернее, она есть, конечно, но это что-то вроде 31 статьи конституции. Написано что-то очень правильное, но отношения к реальности не имеет.

Мне не нужен ответ Кудрявцева. На него мне плевать. Он не человек «Ведомостей», он пришёл из «Коммерсанта», а там враньё и политико-медийный мухлёж — это просто правило работы.

Я хотел бы, чтобы именно журналисты «Ведомостей» высказались, как так вышло. Просто, у себя в фейсбучеках написали пару слов. В идеале собрались бы в редакции, обсудили и сделали заявление. Татьяна Лысова, до сих пор сидящая с Совете Директоров «Ведомостей», тоже написала бы, как же она «не заметила» такого. И весь остальной СовДир, там много уважаемых людей.

Я жду ответа, дорогая редакция.

Оригинал материала:
http://scandaly.ru/2018/08/22/sborishhe-murziloidov/
Последние новости