«Спецслужбы отняли мой бизнес, потом пытались посадить, а теперь продают ворованное государству»

Доктор философских наук, декан факультета культурологии ГАУГН Анатолий Калинкин: «Спецслужбы отняли мой бизнес, потом пытались посадить, а теперь продают ворованное государству».

«Новая газета» публикует монологи бизнесменов, чиновников, сотрудников правоохранительных органов, которые либо готовы покинуть страну ради сохранения собственной жизни, либо ожидают ареста. Завизированные тексты этих свидетельств хранятся в редакции и придаются гласности лишь только тогда, когда для этого наступает время: в случае эмиграции или посадки. Сегодня – история про особенности строительного бизнеса в Москве.

— Инкриминировать мне нечего – иначе бы я давно находился за решеткой. Я смог избежать тех провокативных ситуаций, в которые меня втягивали, но больше испытывать судьбу не хочу. У меня и так уже отняли немало: имущество, здоровье, десять лет жизни... Не желаю рисковать безопасностью и своей, и своих близких – я всерьёз думаю об отъезде из страны. Но считаю, что обязан публично рассказать о том, чему я стал непосредственным свидетелем: прежде всего о коррупции, которая захлестнула все уровни жизни в стране и растлила буквально каждую ячейку того псевдогосударства, в котором мы даже не живём, а находимся.

Публично же хочу задать вопрос тем генералам спецслужб, с которыми прямо или косвенно мне пришлось столкнуться: какие же задачи по обеспечению безопасности государства и его руководства были решены в результате грабежа нашего имущества?

Реклама на веке

Ранее я был представлен в «Новой газете» не только как учёный-культуролог, но и как бизнесмен. Это не совсем так. Всю жизнь я преподавал: в МГУ и в Государственном академическом университете гуманитарных наук, где работаю до сих пор. В бизнес же попал вынужденно – когда в 90-х рухнуло все и не было денег даже на зарплату преподавателям. Это и послужило причиной того, что я занялся бизнесом в его российском варианте: чтобы обеспечить исследовательскую и преподавательскую работу в области культурологии, возможность финансировать гранты, стипендии. Очень не хотелось что-то у кого-то выпрашивать, перед кем-то заискивать, давать откаты за выделенные гранты и т п.

В начале 90-х мне удалось быстро освоить сферу земельно-имущественных отношений и инвестиционного строительства, что позволило заработать большие деньги в этом сегменте столичного бизнеса. В 93-м году я, например, занялся созданием единой информационной системы управления имуществом Москвы – фактически провел инвентаризацию всей недвижимости столицы, каждого клочка земли. Сегодня в Москве стоят несколько крупных комплексов, которые были возведены при моём самом активном участии. Всё это были проекты, выполненные по заказам зарубежных инвесторов и частных банков. А в Санкт-Петербурге – работал над проектом по созданию агентства приватизации квартир с владельцем «Невского простора» Игорем Березовским, который связал меня с некоторыми представителями так называемой «питерской элиты». В их числе оказался на тот момент председатель Госкомимущества Сергей Беляев, который несколько позже познакомил меня с нынешним председателем Комитета Госдумы по конституционному законодательству Владимиром Плигиным (мне его, правда, представляли как адвоката мэра Собчака и других первых лиц Северной столицы).

В каком-то смысле показателем качества эффективности работы на ниве инвестиций и строительства может служить тот факт, что в 2002 году по приглашению Сергея Беляева и по согласованию с Германом Грефом я был назначен заместителем по развитию аэропорта Шереметьево.

В числе же инвестпроектов, которыми я занимался в Москве, оказались и те два, которые так резко изменили мою жизнь в худшую сторону и заставили всерьёз задуматься об отъезде из страны: торгово-офисный центр на Арбатской площади («Новая газета» писала о нем в номере от 28 марта – Ред.) и «Дом приемов ФСО» на улице Косыгина.

Интересная метаморфоза! В 90-е со мной ничего не смогли сделать ни бандиты, ни олигархи (часто те же бандиты), ни коррумпированное московское правительство, хотя, конечно, и приходилось вступать с ними в определенные отношения, а так сказать «генералы-двухтысячники» - хозяева жизни нулевых, которые отняли у меня все, разве что пока не убили. С экранов телевизоров нам часто рассказывают, как с приходом новой власти силовой захват чужой собственности сошел на нет, ставя это в заслугу путинскому режиму, но на самом деле рейдерство никуда не пропало – просто мошенников и бандитов сменили милиция и спецслужбы, которые получили де-факто «лицензию» на безнаказанное хищение того, что им не принадлежало.

Арбатская площадь

История с Арбатской площадью началась в 1994 году, когда я, будучи владельцем и генеральным директором АОЗТ «Инвестпроект» подписал с правительством Москвы инвестиционный контракт на реконструкцию зданий по адресу: Арбатская площадь д.1/2, М. Афанасьевский переулок д.4 и д.6.

Здесь, на участке площадью 0,4 га, на месте снесённых строений и был выстроен торгово-офисный центр с подземным паркингом площадью более 30 000 кв. м.

Здесь же, тогда уже не в первый раз, я столкнулся с попытками отобрать моё имущество. Расположенная на соседнем участке «дочка» «Альфа-Групп» АОЗТ «Сиракузы» с помощью столичного правительства постоянно пыталась расторгнуть наш контракт и захватить участок. Пришлось защищаться – через партнёров обратился к авторитетному предпринимателю Александру Шишкину. Сегодня Шишкин известен как экс-депутат Госдумы от «Единой России» и успешный предприниматель из «золотой сотни» Forbes, но в то время его связывали с Кемеровской ОПГ. Сам же Шишкин в разговорах со мной не гнушался фраз: «Я – бывший лидер ОПГ!» Поверить Шишкину, глядя на его жесткие методы работы, было несложно… Это был, конечно, один из самых влиятельных людей Москвы – он держал под контролем значительную часть строительного бизнеса столицы. Он же занялся моим вопросом: убедил Михаила Фридмана и Германа Хана, что следует жить как добрые соседи по закону и справедливости. Так Шишкин стал моим бизнес-партнером. Это, скажем так, была протекция – очень надежная и в то же время не дешевая. Участие же Шишкина в проекте стоило мне 20% подлежащих реконструкции площадей, то есть тысячи квадратных метров.

Как правило, работу по моим проектам в Москве Шишкин вел через двух своих партнеров: Павла Фукса (сегодня владелец девелоперской компании MosCityGroup – инвестора башен «Евразия» и «Империя» в «Москва-Сити» - прим. ред.) и ныне покойного Михаила Рудяка (бывший владелец ЗАО «Объединение «Ингеоком», реализовывал такие проекты, как ТРЦ «Охотный ряд» и «Атриум» - прим. ред.). Последний был приближенным к Юрию Лужкову человеком, имел статус советника мэра и легко разрешал любые бюрократические сложности с московским, да и не только московским, правительством. Кстати, как я слышал от него и от других «хозяев» Москвы, в то время он был единственным, кто мог защитить от Елены Батуриной. Именно Рудяк, «отрабатывая» долю Шишкина в проекте, согласовал у Лужкова распоряжение о передаче «Инвестпроекту» в 2001 году права аренды на 49 лет участка на Арбатской площади. Право аренды я выкупил за 2,5 млн долларов. Эти инвестиции, безусловно, стоили того: конечная реализация проекта дала выручку более 200 млн условных единиц…

При заключении контракта 95% реконструируемых площадей были заняты жителями и арендаторами. Требовалось за счёт собственных средств вывести арендаторов, купить жителям квартиры для переселения, заниматься исходно-разрешительной и проектной документацией. Возникла острая необходимость в соинвесторах. В управе Арбат мне порекомендовали ООО «Жилреконструкция» и его главу Алексея Казакова.

Торгово-офисный центр на Арбатской площади правительство собирается купить за 290 млн долларов.</p><p>Эти, как впоследствии выяснилось, рейдеры в то время бороздили нижние уровни московского правительства в поисках того, что плохо лежит. Формальным инвестором стала «подставная» компания Казакова ООО «Активторгстром» (АТС). Раздел долевой собственности был таким: инвестору – 65% площадей, мне – 35. По настоянию инвестора и для того, чтобы он чувствовал себя уверенно и не опасался всяческих подвохов, я взял на работу главным бухгалтером Любовь Мавровскую, по себестоимости продал 2000 метров в будущем проекте и пообещал после государственной регистрации продать 50% акций «Инвестпроекта». Другие 50%, к слову, были проданы моим партнерам (фамилии известны редакции). И вот тогда я и совершил ошибку – подписал договор купли-продажи с АТС; договор, который впоследствии станет основанием для отъема моей компании. Сумма договора была смехотворной – 190 рублей, что в миллионы раз уступало официальной рыночной стоимости акций. Мои действия подчеркивали изначальное доверие к инвестору и готовность к долгосрочному сотрудничеству.</p><p>Правда, зарегистрировать изменения в журнале акционеров (приходная запись в котором меняет собственников компании) я не мог по формальной причине – для этого надо было сделать официальную оферту моим партнерам, которые контролировали половину долей компании. Поэтому я внес в реестр блокирующую запись на продажу акций – но это, как выяснилось позже, уже ничего не изменило… Подготовка к «недружественному поглощению» состоялась. Как раз в этот момент на переговорах стал появляться некий Александр Козлов, которого Казаков представил мне как своего партнера.</p><p>«Уволили» из собственников</p><p>Обязательства по договору «Жилреконструкция» и «Активторгстром» выполняли плохо, срывали графики, переговоры с органами московского правительства. Всю работу пришлось выполнять самим. Вместе с адвокатами юридической фирмы «Юст», защищавшей мои интересы, мы вступили с Казаковым и Козловым в переговоры о расторжении договора – и выплате инвестору компенсации. «Консультировал» в этом процессе меня в частности Владимир Плигин (в то время партнер фирмы «Юст»), который, будучи человеком предельно опытным в различного рода конфликтных ситуациях, советовал выплатить инвесторам в два-три раза больше затраченного и прекратить все контакты.</p><p>При очередной выверке платежей в Москомземе за аренду участка нам сообщили: у «Инвестпроекта» - то есть у моей компании - новый генеральный директор: некто Александр Пегишев (как оказалось позже – председатель «Союза Героев России»). В налоговой, где хранились учредительные документы и производилась регистрация изменения в них, только руками развели: «Никаких документов по «Инестпроекту» не выдаем – на них судом наложен арест». А в ФКЦБ от меня потребовали подтвердить свои полномочия. То есть я был лишен всяческого доступа к документам моей собственной компании.</p><p>Уже потом я узнал, что, оперируя 190-рублевым договором купли-продажи 50% акций, Козлов и Казаков провели внеочередное собрание акционеров, на котором приняли решение о смене гендиректора и увеличении уставного капитала путем проведения допэмиссии. Ну, просто – элементарное пособие по рейдерству. Вскоре по закрытой подписке был выпущен миллион акций, и моя доля была размыта до 0,0038%. Из собственника компании я превратился в миноритария. Вернее – в микроритария…</p><p>Обратите внимание на то, из кого был сформирован рейдерами совет директоров: Людмила Данченко (менеджер ООО «Евразия-Консалтинг»), Алевтина Зайцева (секретарь-референт ООО «Евразия-Консалтинг»), Михаил Козырев* (водитель службы перевозок ООО «Эмити Лайн»), Вячеслав Прокофьев, Владимир Абидин… Только вдумайтесь – секретари, водители; и это - управляющий орган компании, у которой проект стоимостью более 200 млн долларов! И еще – запомните на будущее две последние фамилии: Прокофьев иАбидин.</p><p>Адвокаты и партнеры не помогли. ФСО – тоже</p><p>Поначалу я был уверен, что разберусь со всем этим в правовом поле. Тем более что соответствующие гарантии выдал новоизбранный депутат Госдумы Плигин, возглавивший Комитет по конституционному законодательству. Был подан (от имени моего партнера, которому я продал часть акций) иск в арбитраж о признании недействительными решений собрания акционеров, а параллельно – заявление в ОБЭП УВД ЦАО в отношении новоявленного гендиректора Пегишева по факту мошенничества.</p><p>Но производство по нашему иску было прекращено, а в возбуждении уголовного дела – отказано. А вдобавок Басманная межрайонная прокуратура в сентябре 2004 года возбудила уголовное дело против моего партнера по статье 303 УК РФ (фальсификация доказательств) – таким был ответный ход наших противников.</p><p>Я попросил помощи у ректора Московской государственной юридической академии Олега Кутафина, который пригласил к себе заведующего кафедрой адвокатуры и нотариата академии Анатолия Кучерену. Обрисовав ближайшие перспективы арбитражного процесса, Кутафин и Кучерена предложили в апелляционном суде не бороться, а решить всё в кассации. Но вскоре и Кутафин, и Кучерена резко и без объяснений прекратили со мной всяческие контакты.</p><p>Позвонил Шишкину. Назначили Козлову и Казакову встречу, на которой я сказал: «По-христиански вас прощаю, выкупайте компанию честно за 38 млн долларов (по миллиону за каждую акцию) – и проваливайте». Козлов, который пришел с «советником» вида типичного чекиста, взял время на раздумье. А вскоре со мной связался Шишкин и сказал, что они хотят встретиться с ним без меня. После встречи он позвонил мне и сообщил: «Я выхожу из дела. Забудь про этот проект и ты!» Шишкина можно упрекнуть за многое. Но чтобы он перед кем-то оробел…</p><p>Оставался еще один вариант: в то время я работал над проектом «Дом приемов ФСО», тесно сотрудничал с руководством этой спецслужбы по инвестиционно-строительным делам и знал об их проблемах, связанных с недостатком помещений недалеко от Кремля. Мною было предложено запросить у города земельный участок на Арбатской площади, тем более что юридические основания для его изъятия имелись. Директор ФСО Муров мгновенно написал письмо Лужкову. Одновременно я также отправил Лужкову письмо о захвате «Инвестпроекта» с просьбой помочь вернуть похищенное. Вопрос был быстро проработан: Лужков дал поручение Ресину об изъятии земли и передаче её ФСО, а начальнику управления экономической безопасности правительства Москвы Корсаку - разобраться с рейдерами. На большом совещании у Ресина я сообщил о захвате «Инвестпроекта», после чего вице-мэр вынес решение об изъятии участка. Начальник отдела из управления экономической безопасности Иванов при встрече со мной сказал, что жулики эти в Москве известны, и встречаться с ними надо только у следователей или в суде. На это я и рассчитывал. Но вышло иначе: через неделю и ФСО, и я получили от столичного правительства ответы о том, что нынешние «владельцы» «Инвестпроекта» ничего не нарушили, никакого захвата не осуществляли и предоставить земельный участок ФСО невозможно. Стало ясно: рейдеры – высокопоставленные (и потому неприкосновенные) представители спецслужб. Только кто они?</p><p>Группировка Суринова и Фонд ветеранов спецслужб</p><p>Пришлось отстаивать свои права и имущество в одиночку. Обратился к своему знакомому, профессионально занимающемуся защитой прав инвесторов, с просьбой составить досье на рейдеров. Получилось следующее: захват моей компании, предположительно, осуществили две или даже три группировки. Первая, интересы которой выражали «партнеры» Козлов и Казаков, была связана с небезызвестным Татевосом Суриновым и «Инвестторгбанком». Вот некоторые выдержки.</p><p><…>Татевос Суринов родился 13 июля 1960 года в Саратове, окончил сельскохозяйственный институт (…) Первоначальный капитал заработал на экспорте цветных металлов. <…> С 1992 года – владелец компании «Орел-авиа». <…> С 1995 года – президент и член совета директоров ФПГ «Российский авиационный консорциум», который в том же году на инвестиционном конкурсе купил у государства 41,4% акций «Внуковских авиалиний». <…> С 1996 года – генеральный директор «Росавиаконсорциума» (…). Контролировали предприятие помимо Суринова: Рифат Шайхутдинов, Ибрагим Алиевич Сулейманов (по данным МВД, член ОПГ, прозвище «Ибрашка») <…>В 1998-1999 гг. – и.о. гендирекора «Внуковских авиалиний» (ВАЛ). <…> К 1999 году ВАЛ оказались в предбанкротном состоянии. Суринову открыто противостоял главный правовой инспектор Ассоциации летнего состава России, председатель профкома технического комплекса ВАЛ Геннадий Борисов: он обвинял команду Суринова в невыполнении условий инвестиционного конкурса. Борисов убит у подъезда собственного дома, получил 25 ножевых ранений. <…> По состоянию на 2004 год Суринов – член совета директоров АКБ «Федеральный промышленный банк» и ЗАО «Лизинговая компания «Москоу Авиэйшн Интернэйшнл». <…>В октябре был задержан и арестован, ему было предъявлено обвинение по ст. 159 ч. 4 в рамках дела о незаконной продаже навигационного комплекса аэропорта Казани стоимостью 20 млн долларов.</p><p>Александр Козлов – первый заместитель руководителя департамента финансов Министерства по атомной энергетике, начальник управления сопровождения судебных процедур Федеральной службы по финансовому оздоровлению и банкротству, а ныне – заместитель гендиректора по финансовым вопросам в ООО «Евразия-кредит»; является членом совета директором в подконтрольном Суринову ЗАО «Объединенное авиатранспортное агентство воздушных сообщений» (ОАВС). Также членами совета директоров ОАВС являются Любовь Мавровская («мой» бухгалтер– А.К.) – один из учредителей ООО «Евразия Консалтинг», входящего в группу компаний, подконтрольных Суринову.</p><p>Но это одна, к тому же хорошо известная в Москве и в России группировка мошенников. Вторая, которая, очевидно, стала драйвером поглощения, «засветилась» на тех фамилиях, о которых говорилось выше, – Вячеслава Прокофьева и Владимира Абидина (новых членов совета директоров «Инвестпроекта»). Они оба - учредители «Межрегионального общественного фонда содействия социальной защите и поддержке ветеранов и членов их семей». Еще выдержка из досье.</p><p>«Межрегиональный общественный фонд содействия социальной защите и поддержке ветеранов и членов их семей», учредители: Владимир Абидин, Александр Бутенко, Владислав Ваевский, Виктор Лойко, Вячеслав Прокофьев, Юрий Розов, Николай Голушко, Валерий Рубцов, председатель – Евгений Борисов. Двое учредителей фонда – Прокофьев и Абидин – вошли в совет директоров ЗАО «Инвестпроект». Фактическим руководителем фонда можно считать генерал-лейтенанта Владислава Ваевского, ранее служившего в центральном аппарате Минобороны (сегодня – вице-президент финансовой группы «Уралсиб», отвечающий за безопасность). Так же учредителем фонда является Николай Голушко – бывший глава КГБ Украинской ССР, член коллегии КГБ СССР, первый заместитель министра обороны РФ, а также директор Федеральной службы контрразведки РФ (ФСК).</p><p>Но стоило мне только начать наводить справки об этом фонде и его взаимоотношениях с ФСБ, как тут же я получил полный «пакет услуг»: слежки за машиной, прослушки мобильных, служебных и домашних телефонов, визиты неустановленных лиц в места проживания и работы.</p><p>И что ФСБ?</p><p>В 2011-м году мой сотрудник, отставной офицер ФСБ, обратился по моей просьбе к своему бывшему сослуживцу – руководителю службы ФСБ по ЦАО Москвы Игорю Алексееву. Арбатская площадь находится в ЦАО, и естественно, руководитель подразделения ФСБ по этой территории знает, кто и чем занимается на подведомственном ему участке Москвы. Г-н Алексеев, изучив фактическую сторону вопроса по захвату «Инвестпроекта», пообещал содействие в возбуждении уголовного дела. А пока, - мол, для выяснения всех деталей, - выделил мне своего знакомого, некоего Виктора Фоминых, имеющего не только хорошие отношения со службой, но и ЧОП, который может решить вопросы по физической защите. К тому же, как я понял, он был чуть ли не сыном лечащего врача Путина и Медведева. Фоминых оказался человеком осведомленным: прекрасно ориентировался в коммерческих вопросах и при этом «заботился» об интересах государства. Он все пытался выведать, есть ли у экс-депутата Александра Шишкина, чью фамилию я упомянул в одном из разговоров, доля в игорном бизнесе Московской области. Помню, мотивировал он свой интерес так: «Мы хотим посадить его за стол переговоров по возврату госсобственности». Что ж, он и впрямь имел доступ к строго закрытой информации и к тем кабинетам, в которых она циркулировала, – спустя два месяца Следственный комитет при оперативном сопровождении ФСБ провел знаменитую операцию в отношении подмосковных прокуроров и бизнесменов, зарабатывавших деньги на подпольных казино…</p><p>Фоминых, получив все документы, касавшиеся Арбатской площади и лиц, которых я подозревал в захвате, сразу и без объяснения прекратил со мной все контакты. От моего сотрудника Алексеев потребовал больше никогда ему не звонить, невзирая на многолетнюю дружбу. В отношении меня же было сказано следующее: гражданин Калинкин накапливает цианистый калий, а еще собирает компромат на Путина и Медведева. Против кого я собираюсь применить яд – это, как говорится, думайте сами.</p><p>После таких «разоблачений» мне больше ничего не оставалось, как спешно готовить письмо президенту Медведеву. Передать его вызвался один мой знакомый через начальника президентской охраны генерала Михаила Михеева. В конце процесса переговоров по этому поводу вдруг была обозначена сумма за данную услугу: 300 тысяч долларов, 50 тысяч из которых – «аванс». Когда я уже собирался выезжать на встречу в ресторан на Остоженке для выяснения ситуации, меня остановил мой адвокат, ранее долго работавший в следственных органах МВД: «Вы оттуда попадёте прямо в СИЗО!»</p><p>Впоследствии я узнал: история с Михеевым – инсценировка, цель которой – посадить меня за провокацию взятки в особо крупном размере. Чтобы избежать новых провокаций, я направил письмо директору ФСБ Александру Бортникову. Спустя некоторое время меня пригласили на встречу с сотрудниками департамента собственной безопасности ФСБ, после двух месяцев встреч и опросов я получил издевательский ответ о том, что каких-либо данных о неправомерных действиях сотрудников ФСБ в связи с захватом имущественного комплекса на Арбатской площади не получено. При этом все материалы оперативно-розыскных мероприятий оказались засекречены.</p><p>Между тем уже достроенный торгово-офисный центр на Арбатской площади не эксплуатировался более двух лет, а «собственники» ежегодно теряли миллионы долларов. Говорят, что найти покупателей на здание им не удавалось в связи с «кривыми» документами, а также живыми (!) третьими лицами (это – я), которые могли иметь имущественные права на объект.</p><p>СПРАВКА «НОВОЙ»:</p><p>Согласно СПАРК, у ОАО «Инвестпроект» четыре акционера – Анатолий Калинкин, ООО «Активторгстром» (у обоих – менее 1%), а также кипрские офшоры «Алкази Трейдинг Лимитед» и «Берком Консалтинг Лимитед» (у обоих – по 49,9%). 11 января этого года «Инвестпроект» продал здание ООО «Финансовый гарант», единственный учредитель которого – совладелец финансовой группы «Регион» Сергей Судариков.</p><p>И вот теперь это здание планирует выкупить государство для нужд Евразийской комиссии за 290 млн долларов (см. «Новую газету» от 28 марта). Информация о том, что «собственники» и некоторые заинтересованные лица из ФСБ настойчиво прорабатывают вариант продажи торгово-офисного центра на Арбатской площади государству, стала поступать из Росимущества ещё несколько месяцев назад. Эта схема, оказывается, является одним из последних ноу-хау рейдеров в погонах, позволяющая эффективно спрятать концы в воду, то есть в государство. Но, господа из правительства РФ, Минэкономразвития и Росимущества, вам не кажется, что это – скупка краденого или (оперируя Уголовным кодексом РФ) не что иное, как легализация имущества, приобретённого преступным путём?</p><p>От редакции.</p><p>В соответствии с заявленными правилами рубрики, мы публикуем этот текст дословно, не смягчая оценок: человек, доведенный до крайности, имеет право на резкие высказывания. Небольшие купюры сделаны нами для того, чтобы уложиться в размер газетного разворота. Вместе с тем, следуя принципам «Новой газеты», мы готовы предоставить право на ответ любому из упомянутых в данной публикации.</p>
            </div>
        </div>

        <div class=
*
Михаил Козырев внесен Минюстом в реестр физических лиц, признанных иностранными агентами
Реклама на веке
Губернаторы идут на выборы "Вест-капитал" Игоря Путина