«На кураже». Как Киев и Европа используют венесуэльский фактор в диалоге с Трампом

Речь идет о попытке, опираясь на республиканских «ястребов» вроде госсекретаря Марко Рубио, директора ЦРУ Джона Рэдклиффа и сенатора Линдси Грэма, подтолкнуть Трампа к ужесточению линии в отношении Москвы на переговорах о мирном плане и к усилению давления на Кремль.

После похищения Мадуро, как отмечают западные издания, позиции «ястребов» в окружении Трампа заметно укрепились. Этот лагерь изначально выступал против курса спецпредставителя Уиткоффа в диалоге с Россией, который предполагал достаточно широкий пакет уступок со стороны США в ответ на требования Москвы.

На этом фоне украинское руководство и ряд европейских столиц пытаются использовать момент, добиваясь перехода Трампа от относительно «миротворческой» программы Уиткоффа к более жесткой, «ястребиной» линии, ассоциируемой с Рубио и Рэдклиффом.

Отправной точкой реализации такого плана призвано стать анонсированное Дональдом Туском подписание пакета документов по гарантиям безопасности Украины после установления режима прекращения огня. По данным медиа, в этих документах предполагается, среди прочего, размещение на территории Украины иностранных войск, включая американские контингенты.

Москва, напомним, категорически возражает против размещения иностранных сил в Украине. В первоначальной версии плана Трампа, основанной на договоренностях с Путиным, достигнутых на Аляске, содержался прямой запрет на присутствие иностранных войск в стране.

Киев и его европейские партнеры изначально настаивали на исключении этого пункта и вводе в Украину сил НАТО. Накануне Нового года в западных СМИ появились публикации со ссылкой на источники, согласно которым Трамп якобы дал согласие на размещение войск и даже готов поддержать их с воздуха в случае необходимости.

Официального подтверждения эти сообщения не получили. Тем не менее, судя по информации о согласуемом сегодня в Париже плане гарантий безопасности в формате «коалиции желающих», пункт о размещении иностранных войск в документе все же присутствует. В ближайшее время этот план, как ожидается, будет представлен американской стороне для утверждения.

Киев, европейские столицы и республиканские «ястребы», очевидно, намерены убеждать Трампа подписать документ в таком виде.

Инструментов давления на президента США в этой ситуации они могут задействовать несколько. Среди прочего – апелляция к его личному имиджу и «послевенесуэльскому» ощущению силы: «вы что, господин Трамп, боитесь Путина после триумфа в Каракасе, доказавшего ваше величие?» Не исключены и аргументы о необходимости защитить «американские инвестиции» в Украине после войны, для чего, по этой логике, требуется иностранное военное присутствие.

Если Трамп в итоге подтвердит гарантии безопасности в варианте с нормой о дислокации иностранных войск, и именно такой вариант будет представлен Москве как консолидированная позиция Запада и Киева, дальнейшая конфигурация событий станет более определенной.

В случае отказа России согласиться с планом, украинское руководство, европейские союзники и республиканские «ястребы» смогут перейти к следующему этапу своей стратегии. Они получат возможность обвинить Москву в срыве мирных усилий Трампа и обратиться к американскому президенту с требованиями максимально жестких шагов против Путина – от расширения санкций и предоставления крылатых ракет «Томагавк» до наращивания поставок вооружений, задержания судов российского «теневого флота» и даже обсуждения сценариев похищения или физического устранения российского лидера. Параллельно может быть поднят вопрос о возврате к требованию вывода российских войск к границам 1991 года или иного резкого ужесточения переговорной позиции.

Подобные призывы звучали и раньше, но при Джо Байдене, а затем и при самом Трампе, системно игнорировались.

В украинском публичном пространстве это нередко трактовалось как проявление слабости. Однако если рассматривать ситуацию с точки зрения Вашингтона, логика осторожности выглядит прагматично. США стремятся избежать сценария, при котором они настолько глубоко вовлекаются в конфликт или создают для России столь масштабные проблемы, что Кремль выдвигает жесткий ультиматум: либо полное прекращение поддержки Украины, либо риск ядерной эскалации.

В подобной развилке Белый дом оказался бы перед выбором: либо отступить, либо идти на риск прямого столкновения с Россией с потенциально катастрофическими последствиями. Один из ключевых аргументов самого Трампа в пользу скорейшего завершения войны в Украине как раз и заключался в «недопущении Третьей мировой».

В Киеве, тем не менее, могут рассчитывать, что после операции по похищению Мадуро Трамп и американский истеблишмент, почувствовав себя «всемогущими» и находясь «на кураже», будут готовы перейти те красные линии в отношениях с Москвой, которые раньше пересекать не решались.

В окружении Трампа при этом достаточно фигур, которые, как ожидается, постараются удержать его от шагов, резко повышающих риск конфронтации с Россией. Однако после событий в Венесуэле, как уже отмечалось, нельзя исключать определенного ужесточения позиции США в отношении РФ. В такой конфигурации Трамп может отойти от тех ориентиров, о которых он говорил с Путиным в Анкоридже, что повысит вероятность эскалации и осложнит перспективы мирного процесса.

Ключевым же узлом, от которого во многом будут зависеть дальнейшие события, остаются решения по гарантиям безопасности Украины. Именно выбор Трампа в отношении этого пакета – с нормой о размещении иностранных войск или без нее – способен задать направление развития ситуации в ближайшее время.