18+
  1. На «графских» развалинах

На «графских» развалинах

На «графских» развалинах
Общественный контроль за реализацией Федеральной целевой программы «Развитие внутреннего и въездного туризма» будет осуществляться Общественным советом нового созыва, положение о котором утверждено 26 октября 2015 года. Об этом сообщил РИА «Новости» заместитель руководителя Ростуризма Николай Королев.

На днях на расширенном заседании ученого совета Владимиро-Суздальского музея-заповедника и Центральных научно-исследовательских реставрационных мастерских была рассмотрена Концепция сохранения, использования и развития усадьбы Владимира Храповицкого «Муромцево» в Судогодском районе Владимирской области. Подчеркну сразу: именно благодаря общественности эта усадьба, которую современники называли «царской», в конце концов стала одним из объектов, находящихся под надежной юрисдикцией знаменитого на весь мир музея-заповедника. Местные жители, на чьих глазах постепенно разрушалось это великолепное творение человеческого гения, в течение долгих лет били тревогу, писали во все инстанции, включая высшие органы исполнительной власти СССР. Однако дело сдвинулось с мертвой точки только тогда, когда губернатором Владимирской области стала Светлана Орлова. Она услышала своих избирателей и на встрече с президентом РФ Владимиром Путиным подняла вопрос об усадьбе последнего предводителя дворянства Владимирской губернии. И уже вскоре после той знаковой беседы, в мае 2014 года, многострадальная «царская» усадьба во владимирской глубинке была передана в оперативное управление Владимиро-Суздальского музея-заповедника.

Владимир и Суздаль ассоциируются у нас с белокаменными соборами XII века, входящими в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО, знаменитыми Золотыми воротами, мощными стенами Спасо-Ефимьевского монастыря, уникальными объектами русского деревянного зодчества. Действительно, попадая на Соборную площадь во Владимирt или оказываясь в торговых рядах древнего Суздаля, чувствуешь, что время здесь будто остановилось. Но на самом деле это не так. Бывшая столица Руси продолжала жить и развиваться и XVIII, и в XIX, и тем более в XX веке, развиваться со всей страной и кое в чем опережая другие регионы Российской империи. Иначе не назвали бы просвещенные граждане усадьбу Владимира Храповицкого «царской».

Скажем сразу: в родстве с царской семьей ее владелец не был и графского титула не имел. Дворянский род Храповицких состоял на службе у российской короны с XVII века. Большинство его представителей по мужской линии принадлежали к славной когорте российского офицерства и не раз доказывали свою преданность царю и Отечеству на полях сражений. Память о героических предках хозяина «Муромцева» - сразу в двух всемирно известных музеях: Государственном Эрмитаже в Петербурге и Государственном Историческом музее в Москве. Память о нем самом – остатки его усадьбы и сохранившаяся (в таких случаях говорят «чудом сохранившаяся») в экспозиции Владимиро-Суздальского музея-заповедника часть его художественных коллекций.

Владимир Семенович Храповицкий пошел по стопам своих пращуров, выбрав по окончании Александровского лицея военную карьеру. И, видимо, преуспел, поскольку, не участвуя в военных действиях, указом Александра III был в 1884 году награжден орденом Св. Станислава III Степени. Уже будучи уволенным со службы по семейным обстоятельствам в звании полковника, Владимир Храповицкий вместе с супругой участвует в коронации Николая II в 1896 году. А в период празднования 300-летнего юбилея дома Романовых в качестве предводителя губернского дворянства сопровождает Государя в его поездках по Владимирской губернии. Именно там Владимир Храповицкий получил в свое время наследство – сельцо Муромцево и 21 тысячу десятин земли.

26-летний барин занялся промышленной разработкой и продажей «круглого» леса, лесоматериалов, а также дров. Строевую древесину он поставлял в Москву и в бедные лесными ресурсами губернии России, получив в первые два года чистого дохода 90 тыс. рублей. Это позволило развивать производство и заняться обустройством имения, которое, судя по фотографиям 80-х годов XIX века, состояло из деревянных построек.

О том, что Владимир Храповицкий был не банальным «делягой», а рачительным хозяином, свидетельствует вся его деятельность: создание лесничеств и лесных контор, организация лесной охраны, плановость и контроль за проведением работ. Заботясь о процветании своего дела, Храповицкий пригласил в имение широко известного в то время лесовода Карла Тюрмера, чтобы вести хозяйство, внедряя технологии непрерывного восстановления лесных угодий. Проще говоря: сколько вырубили – столько, даже больше, и посадили. И до сих пор в окрестностях имения Храповицкого растут посаженные в конце XIX - начале XX веков леса, которые специалисты называют «тюрмеровскими».

На «графских» развалинах

Памятник Карлу Тюрмеру

Первая паровая лесопилка, три водяные мельницы, кирпичный завод, смолокурня, скипидарные заводы, ширококолейная железнодорожная ветка длиной 41 км, пакгауз, лесные склады… Термин «градообразующее предприятие» вошел в обиход много позже, но можно с уверенностью сказать: предводитель губернского дворянства сам был «градообразующим предприятием», а, точнее, «преобразующим предпринимателем», вносящим колоссальный вклад в экономический прогресс государства Российского. Его деятельность на много лет вперед обеспечила развитие региона.

Передовым предпринимателям нужны грамотные и здоровые работники. Барин строит (и на свои средства содержит!) 3 начальные школы, больницу со стационаром и фельдшерским пунктом, 2 музыкальные(!!!) школы. Он полностью оправдывает звание предводителя – идущего впереди, ведущего вперед. В связи с этим возникает вопрос: могло ли у обеспеченных работой, жильем и врачебной помощью местных жителей возникнуть желание свергнуть помещика, ставшего капиталистом, и завладеть его имуществом? Но 1917 год неумолимо приближался… И, чтобы не возвращаться больше к грустному, скажу, что похоронен умерший в нищете Храповицкий В.С. в немецком Висбадене, его могилу не так давно нашли неутомимые владимирские краеведы.

«Крест деревянный иль чугунный назначен нам в грядущей мгле…»

Итак, Владимир Храповицкий, имея ежегодный доход от своего процветающего производства в размере 200 тыс. рублей, обустроил собственную усадьбу в соответствии со своими вкусами и возможностями. Для проектирования и реализации барской воли был приглашен модный в то время архитектор Петр Бойцов, возведший для богатого русского лесопромышленника фантастический замок в самой что ни на есть российской глубинке.

«Из тьмы веков, из топи блат вознесся пышно, горделиво…»

На «графских» развалинахЗамок усадьбы «Муромцево» →

Я впервые увидела это удивительное сооружение лет шести от роду, когда отец привез меня в свои родные края. С тех пор, если позволяют обстоятельства, бываю в Муромцеве каждый год. Сначала «замок Храповицкого» воспринимался как место обитания сказочных героев – простым смертным вход туда воспрещен. Много позже, студенткой, я побывала внутри – тогда здание еще занимал Муромцевский лесхоз-техникум и в замке сохранялись некоторые детали убранства.

Ушел техникум, переехав в выстроенное рядом (на принадлежавших тому же Храповицкому землях) новое современное здание (железобетонная коробка в хрущевско-брежневском стиле), и усадьба стала разрушаться.

«Живите в доме – и не рухнет дом…»

Почему-то несколько десятков лет никто не хотел брать на себя ответственность за сохранность «царской» усадьбы. Может, потому, что не они создавали? Директор Владимиро-Суздальского музея-заповедника Светлана Мельникова иначе как многострадальной усадьбу «Муромцево» не называет. Но все ее выступления полны уверенности в том, что уникальный памятник обязательно будет восстановлен в полном объеме, включая парковую и хозяйственную зоны. На сайте музея-заповедника размещены материалы, свидетельствующие о том, что речь идет об инженерном обеспечении объектов с учетом нужд населения прилегающих территорий и о перспективном развитии инфраструктуры. То есть речь идет о сохранении, использовании и развитии детища Владимира Храповицкого.

Удивительно: все, что барин создавал исключительно для себя, с целью удовлетворения своих личных интеллектуальных, эстетических и прочих потребностей – театр, гараж с шестью автомобилями, дворец в 80 комнат и пр. – кануло в Лету либо пришло в полную негодность. А что задумывалось для людей – не только сохранилось, но и продолжает функционировать спустя почти столетие после ухода бывшего владельца в мир иной.

Школа: в ней учились мои двоюродные браться и сестры, а сейчас здание приспособили под лесопилку(!!!).

Дома для обслуживающего усадьбу персонала: в них сегодня живут люди, отгородившиеся от барской усадьбы жуткими заборами.

Стоят домик лесника, баня, почта. Еще недавно мой брат работал в помещении, где находилась барская пекарня, а пекарем у барина был наш дед Иван Алексеевич.

На «графских» развалинах

Здание бывшей пекарни

Семейное предание постройку дедова дома связывает с именем Храповицкого: барин-де помогал. Но реальных доказательств этому факту нет. Да и не важно, важно другое: в имении Владимира Храповицкого, ставшем филиалом Владимиро-Суздальского музея-заповедника, проводятся экскурсии. Возможность побывать на «графских» развалинах и узнать подробности о жизни «царской» усадьбы и ее обитателей теперь есть у всех.

Последние новости