Спецпосланник американского президента Стивен Уиткофф сделал резкое заявление в воздухе. На борту самолета Air Force One он подтвердил журналистам, что напрямую обратился к Москве. Уиткофф попросил российскую сторону не передавать Тегерану разведывательные данные, включая информацию о целях.
«Я это решительно заявил», - сказал Уиткофф, отвечая на вопрос. Считает ли он, что такая помощь уже оказывается? Тут спецпосланник стал осторожнее. «Надеюсь, что нет», - прозвучало в ответ.
Дональд Трамп занял иную позицию. Президент США заявил, что Вашингтон попросту «не знает», идет ли передача данных от России Ирану, такое расхождение в тонах - между решительным посланником и более сдержанным президентом - сразу заметили наблюдатели. Что это? Скоординированная игра или признаки разногласий?
Контекст же этих дипломатических демаршей предельно серьезен. 28 февраля США и Израиль начали масштабную военную операцию против Ирана, удары наносились по крупнейшим городам, включая Тегеран. В Белом доме атаку объяснили необходимостью устранить «ракетную и ядерную угрозы».
Ответ Ирана был жестким и широким, корпус стражей исламской революции заявил об ответной операции, были атакованы объекты в Израиле, под удар также попали американские объекты в нескольких странах региона: в Бахрейне, Иордании, Катаре, Кувейте, ОАЭ и Саудовской Аравии.
Последствия ударов по Ирану оказались историческими, погиб верховный лидер аятолла Али Хаменеи, также были ликвидированы некоторые другие ключевые фигуры руководства республики. Ситуация в регионе теперь кардинально изменилась.
Именно на этом фоне заявление Уиткоффа звучит особенно весомо, обращение к Москве - явная попытка изолировать Тегеран, лишить его потенциальных источников информации в разгар конфликта.
Пока же Вашингтон действует сразу на нескольких фронтах: военном, дипломатическом и разведывательном, а ситуация продолжает оставаться взрывоопасной.
