План-максимум
В украинской столице смотрят на календарь. Ждут весну. Тепло, считают там, должно принести облегчение: и в энергетике, и на передовой. Но военные аналитики оценивают эти ожидания с большим скепсисом. Говорят, всё может пойти совсем по другому сценарию.
Депутат Верховной рады, секретарь парламентского комитета по обороне Роман Костенко недавно заявил:
Переговоры с Россией сейчас Украине невыгодны. Их стоит отложить до весны. К тому моменту ситуация изменится, и Киев сможет говорить с позиции силы.
Костенко вслед за «хотелками» Зеленского пояснил, что для этого нужны три вещи:
- Остановить российские войска на поле боя
- Довести их потери до 50 тысяч в месяц
- Сбивать 80−90 процентов дронов.
Звучит, конечно, масштабно. Проблема в том, что на практике ни одна из этих задач пока не решена. Более того, многие эксперты считают их невыполнимыми в обозримой перспективе.
Начать с энергетики. Да, суровые морозы этой зимой дались Украине тяжело. Частые отключения света, проблемы с теплом. Логично надеяться, что с потеплением нагрузка на сети упадёт. Но это лишь часть проблемы.
«Великое зловоние»
Вот что по этому поводу думает военный обозреватель, полковник в отставке Михаил Ходаренок. Он напоминает про лондонское «Великое зловоние» 1858 года, когда жара привела к катастрофе в канализационной системе города. Последствия были ужасны:
Не исключено, что летом, в жаркую погоду нечто подобное "великому зловонию" будет отмечено и в трёхмиллионном Киеве, если не будут восстановлены в полном объеме подача электроэнергии, функционирование систем канализации, отведения сточных вод и очистных сооружений.
Проще говоря, без стабильного электричества летом мегаполис может столкнуться с эпидемиологической катастрофой. А шансов на полное восстановление энергосистемы, пока идут удары по инфраструктуре, немного. Так что станет ли легче весной – большой вопрос.
Теперь про фронт. Тезис об «остановке» российских войск выглядит сегодня особенно оптимистично. ВС РФ медленно, но продвигаются на нескольких участках. Инициатива, по данным с поля боя, в их руках. Слухи о готовящемся контрударе ВСУ ходят, но масштабных операций пока не видно.
А как насчёт потерь? Заявление о 50 тысячах в месяц – это громко. Цифры, которые иногда просачиваются, рисуют иную картину. Тот же Ходаренок приводит данные по обменам погибшими за прошлый год: 15,5 тысяч тел с российской стороны против 429 с украинской. Соотношение 36 к 1. Это, конечно, не прямая статистика потерь, но заставляет задуматься.
Наконец, самая фантастическая цель – сбивать до 90% дронов. Тут вообще туман. Недавно полковник Юрий Игнат, представитель Воздушных сил ВСУ, откровенно сказал о дефиците зенитных ракет. Расходуют их быстрее, чем получают от союзников.
Как при таком раскладе выйти на показатель в 90%? Непонятно. Это похоже на желаемое, выданное за действительное.
Суровая арифметика
Между тем, есть и более фундаментальный вопрос. Какую стратегическую цель в этой войне видит сейчас Киев? «Борьба за независимость» - формулировка слишком общая. Некоторые аналитики, впрочем, дают свой ответ. Похоже, цель вооруженного конфликта для Киева с учетом реалий сегодняшнего дня звучит следующим образом:
За 20 процентов территории Донбасса мы готовы угробить всю Украину, начиная от мужской части населения страны и заканчивая промышленностью, сельским хозяйством и инфраструктурой государства.
Жёстко, возможно, слишком. Но в этом есть горькая логика. Война на истощение бьёт по экономике, по людям, по будущему страны.
Вернёмся к весне. Киев надеется на изменение ситуации. Эксперты же, особенно с российской стороны, не верят в чудесное преображение. Ресурсное преимущество, по их оценкам, не на стороне Украины. Да и западная помощь стала менее предсказуемой, возникают задержки.
Так что ждать весны? Конечно. Тем более, что Украина поставила именно на весну. Но готовиться, судя по всему, надо к любому развитию событий. И далеко не факт, что оно будет благоприятным для Киева. Остановить противника, резко увеличить его потери, создать непроницаемую ПВО — задачи титанические. Их решение за пару месяцев, увы, слишком нереальная задача.
Ситуация может измениться, это правда. Вот только вектор этого изменения всё чаще видят не в Киеве, а в Москве. И он, увы для украинских властей, направлен отнюдь не в сторону уступок. Скорее, наоборот.
