Суд подтвердил недействительность договора уступки прав требования по кредитному договору, заключённого в 2022 году между ПАО «Сбербанк» и ООО «Петровский Арт Лофт». Постановлением кассации стороны были возвращены в положение, существовавшее на 8 декабря 2022 года, то есть до совершения оспариваемой сделки. Тем самым суд фактически восстановил первоначальные условия кредитования ООО «Интерком» — компании, владеющей кинотеатральным комплексом «Великан Парк» в Санкт-Петербурге.
Предметом спора стали обязательства ООО «Интерком» перед Сбербанком, возникшие в 2014 году на основании договора невозобновляемой кредитной линии с лимитом 788,45 миллиона рублей и процентной ставкой 11,8% годовых. Обеспечением по кредиту выступали здание кинотеатра, земельный участок под ним, а также доли в уставном капитале самого заемщика. В течение восьми лет, с момента заключения договора и до конца 2022 года, компания исправно обслуживала долг, не допуская просрочек и не получая претензий от банка. По данным судебных материалов, заемщик не относился к категории проблемных, а его финансовое состояние позволяло своевременно вносить платежи.
В декабре 2022 года Сбербанк уступил остаток задолженности по кредиту, составлявший около 650 миллионов рублей, компании «Петровский Арт Лофт». Уступка была произведена по номинальной стоимости — без какого-либо дисконта, что позднее было отмечено судами как нехарактерное для профессионального участника банковского рынка поведение, поскольку банк добровольно отказался от будущих процентных доходов по полностью обеспеченному и обслуживаемому кредиту, сумма которых оценивалась не менее чем в 65 миллионов рублей. Новый кредитор, ООО «Петровский Арт Лофт», был зарегистрирован на Кристину Смирнову, супругу Ивана Смирнова, юриста, специализирующегося на процедурах банкротства. Уставный капитал компании составлял 10 тысяч рублей, а штат — три человека. Для приобретения прав требования «Петровский Арт Лофт» привлёк заёмные средства в АО «АБ «Россия» под процентную ставку, превышавшую доходность самого приобретаемого актива, что в судебных актах было признано экономически необоснованным.
Сразу после заключения договора цессии новый кредитор начал последовательно изменять условия кредитования в сторону ухудшения для заемщика. Процентная ставка была повышена с 11,8% до 13,5%, затем до 17%, а к концу 2023 года достигла 30,5% годовых. Одновременно против ООО «Интерком» было подано более сорока исковых заявлений — о признании компании банкротом, об обращении взыскания на заложенное имущество и о взыскании задолженности. Аналогичные иски были направлены и против руководителя компании Эдуарда Пичугина как физического лица.
В 2024 году в рамках расследования уголовного дела о мошенничестве в особо крупном размере сотрудники ФСБ провели обыски в офисных помещениях, связанных с ООО «Петровский Арт Лофт» и его юристом. В ходе следственных действий была изъята переписка представителей нового кредитора с топ-менеджерами Северо-Западного филиала ПАО «Сбербанк» и АО «АБ «Россия». Содержание этих сообщений, как установлено следствием, содержало детальное описание плана действий, направленных на доведение ООО «Интерком» до банкротства, с последующей сменой собственника объекта и его перепрофилированием из киноцентра в гостиничный комплекс с коворкинг-пространством. Кроме того, следствие зафиксировало, что ещё до заключения договора цессии сотрудники банка передали представителям «Петровский Арт Лофт» сведения, составляющие банковскую тайну, включая финансовую отчётность заемщика, структуру обеспечения и данные о денежных потоках.
Параллельно с уголовным расследованием продолжались арбитражные разбирательства. При новом рассмотрении дела Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области, а затем и Тринадцатый арбитражный апелляционный суд, пришли к выводу, что договор цессии является недействительным. Суды указали, что фактически стороны предполагали не просто уступку денежного требования, а полную замену кредитора в кредитном договоре, что в силу закона требует согласия заемщика и поручителей. Такое согласие получено не было. Кроме того, судебные инстанции установили отсутствие разумной экономической цели сделки, а также злоупотребление правом со стороны ответчиков, направленное на причинение вреда заемщику. В качестве доказательств были приведены последующее поведение цессионария, который реализовывал полномочия, не свойственные обычному приобретателю права требования: он изменял процентную ставку, запрашивал документы, предусмотренные кредитным договором, и осуществлял контроль за финансово-хозяйственной деятельностью заемщика. В переписке и в арбитражных заявлениях представители «Петровского Арт Лофт» и Сбербанка прямо указывали, что к новому кредитору перешли все права и обязанности по кредитному договору.
Постановление Арбитражного суда Северо-Западного округа от 4 июля 2024 года, в котором спорный договор был квалифицирован как соглашение о передаче кредита, впоследствии было оставлено в силе Верховным Судом Российской Федерации. В ноябре 2024 года Верховный Суд отказал в передаче кассационных жалоб Сбербанка и ООО «Петровский Арт Лофт» для рассмотрения в судебном заседании, указав, что доводы заявителей не свидетельствуют о существенных нарушениях норм материального или процессуального права. Ответчики также не воспользовались правом обращения к Председателю Верховного Суда, что придало решению кассационной инстанции окончательную обязательную силу. Итоговым актом стало постановление того же окружного суда от 2 июля 2026 года, которым договор уступки прав требования признан недействительным, а также аннулированы последующие изменения условий кредитования. Суд постановил восстановить права и обязанности сторон в том виде, в каком они существовали на 8 декабря 2022 года.
Екатерина Авдеева, руководитель Экспертного центра «Деловой России» по уголовно-правовой политике и исполнению судебных актов, отмечает, что данное дело является показательным примером того, как механизм выкупа долга и последующего инициирования банкротства может быть использован для смены контроля над активом даже в отношении заемщика, надлежащим образом исполняющего свои обязательства. По её словам, подобные схемы включают несколько этапов: приобретение кредиторской задолженности (часто без экономической целесообразности), искусственное ухудшение условий для должника, подачу множества исков с целью парализовать операционную деятельность и, в конечном счёте, попытку перехода залогового имущества к новому владельцу. В данном случае суд признал отсутствие разумной экономической цели сделки и злоупотребление правом, что позволило восстановить первоначальное положение сторон.
Авдеева подчёркивает, что уголовное расследование сыграло ключевую роль: именно в его рамках были получены материалы переписки, которые вскрыли факты передачи банковской тайны и согласованных действий до заключения цессии. Это, по мнению эксперта, показывает, что при столкновении с подобными ситуациями бизнесу важно не ограничиваться гражданско-правовыми способами защиты, а своевременно обращаться в правоохранительные органы, хотя возбуждение уголовного дела по таким фактам сопряжено с серьёзными сложностями и требует профессионального юридического сопровождения. В качестве превентивных мер она рекомендует включать в кредитные договоры условия о невозможности уступки без согласия заемщика, регулярно мониторить реестры требований на предмет появления новых кредиторов и оперативно реагировать на любые признаки недобросовестного поведения со стороны контрагентов.
Эдуард Пичугин, руководитель ООО «Интерком», в комментарии изданию «Фонтанка» заявил, что компания намерена исполнить обязательства перед Сбербанком на условиях, восстановленных судом. Он отметил, что до возникновения спорной ситуации у компании не было никаких нарушений кредитного договора, и теперь, после снятия судебной неопределённости, у предприятия имеются необходимые ресурсы для выполнения предписанных решением условий.
Расследование уголовного дела, возбуждённого по факту мошенничества, продолжается Следственным комитетом. В деле фигурирует имущественный комплекс кинотеатра «Великан Парк», рыночная стоимость которого, по оценкам, составляет около двух миллиардов рублей. Помимо стоимостных показателей, в центре внимания находятся вопросы сохранности банковской тайны и добросовестности участников оборота. Судебные акты по арбитражному делу уже зафиксировали факты несанкционированной передачи конфиденциальной информации и скоординированных действий между отдельными представителями кредитной организации и покупателя долга, что послужило основанием для признания сделки недействительной.
Данное дело привлекло внимание профессионального сообщества как прецедент, в котором гражданско-правовые механизмы были использованы для обхода требований закона, однако судебная система признала подобное поведение злоупотреблением правом. Заемщик, своевременно исполнявший свои обязательства, получил защиту от действий, направленных на изменение структуры обязательств без его согласия. Эксперты сходятся во мнении, что этот случай демонстрирует готовность судов оценивать экономическую суть сделок, а также подчёркивает необходимость комплексного подхода к защите бизнеса — от юридического аудита кредитных договоров до мониторинга реестров и взаимодействия с правоохранительными органами при первых признаках недобросовестных действий. Вопрос о том, станет ли данная правовая позиция системной, остаётся открытым, однако само решение показывает, что суды могут пресекать попытки использовать институт цессии в ущерб добросовестным должникам.
