18+
  1. Бесспорный государственный приоритет

Бесспорный государственный приоритет

Бесспорный государственный приоритет
Волокита с выдачей лицензий на освоение Арктического шельфа ставит под угрозу будущее всей отрасли. Завтра российское правительство наконец-то рассмотрит вопрос о принципах выдачи лицензий на освоение Арктического шельфа.

Несмотря на то что это заседание не раз откладывалось и переносилось, принципиальной договоренности между либеральным крылом правительства и сторонниками госконтроля над добычей нефти и газа так и не достигнуто. Минприроды по-прежнему настаивает на возможности фактически бесконтрольного участия в геологоразведке частных компаний.

Вообще «государственники» и «либералы» сегодня противостоят друг другу, почти как власть и оппозиция. Первые кажутся ретроградами, тянущими страну назад, вторые – прогрессистами, которые ведут страну в светлое будущее. Что же плохого в государстве и хорошего – в отсутствии какого бы то ни было контроля? В качестве наиболее яркого примера предлагаем рассмотреть ситуацию, сложившуюся в российском топливо-энергетическом комплексе.

Как известно, самые главные на сегодня и самые эффективные энергоносители – нефть и газ – постепенно заканчиваются во всем мире. Не секрет и то, что для России переработка и экспорт сырья – основной источник бюджетных доходов, возможность заработать и сохранить деньги для будущих поколений. А поскольку советские нефтегазовые месторождения неумолимо сокращаются, необходимо искать и разрабатывать новые. Впрочем, их уже нашли – это Арктический шельф, который, по экспертным оценкам, содержит более 20% существующих в мире ресурсов для ТЭКа.

Естественно, что Россия взялась за них основательно. Только одна госкорпорация «Газпром» вложила в шельфовые разработки десятки миллиардов рублей, а до 2017 года сумма инвестиций компании в эту отрасль достигнет сотен миллиардов. И это не считая покупки нефтяных вышек и флота и обустройств береговой инфраструктуры. Если добавить сюда вложения «Роснефти», то получится, что Россия готова потратить на освоение Арктического Севера полтриллиона рублей, причем только за ближайшие четыре года.

Но вот беда: правительство с большой неохотой отдает эту стратегическую для страны отрасль госкомпаниям, настаивая на том, чтобы частные структуры тоже имели возможность добывать в Арктике нефть и торговать ею. Иначе – не по-либеральному как-то получается, не по-рыночному… Этот спор «государственников» и «либералов» привел к тому, что постоянная волокита с выдачей правительством лицензий на разработку новых участков ставит под угрозу само будущее отрасли: срываются потенциальные многомиллиардные контракты, инвесторы разочаровываются в выгоде для себя, а шельфы продолжают оставаться неосвоенными.

Причем речь идет не о том, чтобы совсем оттеснить от разработок новых месторождений частный капитал – хорошие инвесторы только в помощь. Просто государство предлагает свою схему: частник получает возможность участвовать в проекте, только пройдя «сито» проверенной госструктуры, с помощью которой она может контролировать добросовестность этого инвестора. Что он не будет мухлевать с выплатами налогов, не будет выводить доходы в офшоры, не будет, в конце концов, экономить на безопасности, желая извлечь максимум прибыли пусть даже в ущерб всем окружающим. То есть практиковать тот самый «либеральный» подход, когда бесконтрольный бизнесмен работает только на свой карман и ему не важны долгосрочные последствия его деятельности.

А вот для государственных структур такие последствия как раз очень важны – не менее, чем объемы добычи и прибыль, потому что здесь вступает в силу социальный аспект разработки новых месторождений. Шельфовые проекты имеют мультипликативный эффект – они задействуют смежные секторы экономики, вырывают из лап безработицы местные кадры, модернизируют ресурсы снабжения и транспортную инфраструктуру.

Не будем далеко ходить за примерами, посмотрим на Сахалинский шельф. Никогда экономика острова не развивалась так стремительно, как в последние 10 лет, то есть с начала нефтегазовых работ. Можно сказать прямо: вовлечение местных морских портов в шельфовые проекты буквально помогло им выжить, а ведь Сахалин – это прежде всего морской регион. Выжили порты – выжили люди, живущие на острове. Появились новые рабочие места, увеличились налоговые поступления в местный бюджет, депрессивный регион обрел второе дыхание.

И все это потому, что государство заинтересовано в том, чтобы привлекать в свои проекты в глубинке местные структуры, а не раздавать «хлебные» подряды своим родственникам и знакомым. А вот правило «Чем лучше живут граждане, тем крепче государство» в случае с частным капиталом, приехавшим в отдаленный регион для того, чтобы выжать из него побольше денег и свалить, не работает.

Поэтому удивляет упорство заместителя Дмитрия Медведева Аркадия Дворковича, выступающего за то, чтобы лицензии частникам на разработку Арктики выдавали не профессиональные государственные структуры, которым выделяются огромные бюджеты, в том числе и на мониторинг деятельности бизнесменов, а только чиновники.

Есть ведь разница: ни за что не отвечающий сотрудник какого-нибудь министерства или агентства, которого любой оборотистый бизнесмен без труда «замотивирует» на выдачу ему лицензии (без обязательств на дальнейшее сопровождение его деятельности), и, например, такая махина, как «Газпром», контролирующая свою «епархию» с помощью новейших средств аэрокосмического мониторинга?

Причем наши госкорпорации, требуя взвешенного подхода к выдаче лицензий, не придумывают велосипеда. По словам член-корреспондента РАН Елены Телегиной, «усиление роли государства в нефтегазовом секторе – не специфически российский феномен. Высокие цены на нефть привели к тому, что большинство активов в мире стало контролироваться государством».

Можно привести в пример Норвегию, чья нефтегазовая промышленность дает больше 20% ВВП. Как и в СССР, именно государство начало в прошлом веке искать и разрабатывать нефтегазовые месторождения и до сих пор сохраняет контроль над ТЭКом страны. Именно государство в Норвегии распоряжается топливными ресурсами, используя госкомпании в добыче и разведке нефти и газа, в лицензировании и практике выделения государственной доли в каждом месторождении. Там все просто: «ресурсы принадлежат норвежскому народу и должны быть использованы во благо нынешнего и будущего поколений». При этом Норвегия сумела сделать свой континентальный шельф привлекательным для крупнейших компаний мира (в том числе и частных), завести туда иностранные технологии и капитал и одновременно совместить это с надзором за деятельностью иностранных и норвежских компаний, обеспечив защиту национальных интересов.

А вот о каких российских национальных интересах можно говорить в случае с компаниями, лоббирующими в правительстве принятие «либерального» закона о лицензировании, если, по словам экономиста Михаила Делягина, эти «компании относятся к России во многом номинально; по оценкам, основная часть крупного бизнеса зарегистрирована в офшорных зонах, а если и остается в нашей стране – может в любой момент сменить «прописку». Причины общеизвестны и печальны, но не меняют сути дела: крупный частный бизнес России, по сути, не имеет принципиальных отличий от иностранного и потому должен допускаться в стратегические сферы, по крайней мере новые, лишь с осторожностью».

Да и потом, разве господин Дворкович вместе со всем кабинетом министров не понимает, что паритетное участие офшорных компаний и госструктур в столь грандиозном проекте – абсурд? Ведь у большинства частников нет ни наработанной инфраструктуры, ни квалифицированных кадров, ни опыта, сопоставимых с тем, что есть у того же «Газпрома». Не говоря уже о сопоставимых бюджетах – частный капитал никогда не вложит в такую рискованную сферу, как освоение Севера, столько же, сколько государство. Государство во что бы то ни стало будет в случае непредвиденных издержек подстраховывать проект, реальную стоимость которого можно спрогнозировать лишь приблизительно, бизнесмены же – не будут, потому что на каком-то этапе смогут банально обанкротиться и развалить все дело.

Весьма категоричен представитель американского нефтегазового гиганта ExxonMobil, приглашенный в «Роснефть» на должность вице-президента по шельфовым проектам Желько Рунье. В своем письме российскому правительству он предостерегает чиновников, которые слишком увлеклись либерализацией стратегической отрасли: «Открывать доступ для частников, а тем более иностранцев, совершенно нецелесообразно. Это не приведет к ускорению разработки шельфа и не даст экономического эффекта, а принесет лишь потерю госконтроля над шельфом. Для частников нужно закрыть даже доступ к любой информации о запасах».

Это пишет американец, гражданин страны, которую наши чиновники явно не подозревают в желании процветания России, о чем они не раз заявляли. Тогда почему он выглядит более сочувствующим нашей стране, чем российский Белый дом?