18+
  1. Кириенко играет с атомом

Кириенко играет с атомом

Кириенко играет с атомом
«Росатом» продолжит наращивать инвестиции в исследования и разработки, повышать интеллектуальную капитализацию отрасли. Об этом накануне, в День работника атомной промышленности, журналистам рассказал глава ведомства Сергей Кириенко.

Торжественные обещания главного атомщика страны, однако, не успокоили экспертов по ядерной безопасности – многие до сих пор находятся в шоке от решения госкорпорации увеличить срок эксплуатации старых реакторов на 15 лет.

28 сентября, в рамках профессионального праздника атомщиков, глава «Росатома» Сергей Кириенко заговорил о вопросах безопасности использования атомной энергии. Несмотря на ее высокий энергетический и экологический потенциал, у многих есть опасения повтора негативных сценариев по типу японского. «Первые полгода после «Фукусимы» в мире были негативные прогнозы, но через полгода ситуация стала кардинально меняться. Задавать нам вопрос, строить новые АЭС или нет, — это все равно, что спросить производителя Boeing, нужно ли строить самолеты после катастрофы Як-40 в России», — цитирует Кириенко РБКdaily. Глава «Росатома» отметил, что его ведомство предъявляет высокие требования к уровню технологий и безопасности своих объектов.

Эксперты всего мира, между тем, обеспокоены решением России продлить жизнь реакторам такого же типа, как стоявшие на Чернобыльской АЭС в 1986 году. Среди них 11 реакторов, которые должны быть выведены из строя после 30 лет службы, причем, такой срок им отвели советские конструкторы-атомщики, учитывающие процесс старения металлических конструкций.

Для справки: сегодня в России действует 31 промышленный реактор, из них больше половины построены в 1970-80-е годы. А к 2020 году практически все реакторы перешагнут свой 30-летний рубеж, считают эксперты.

Как пишет Firstnews, РБМК (реактор большой мощности канальный) на Украине и в Литве уже заглушены по рекомендации Евросоюза. Согласно европейским ожиданиям, Россия должна была заглушить первый из своих реакторов в 2003 году, а к настоящему моменту должно было остаться лишь пять работающих РБМК.

Шаг «Росатома» вызвал шок среди иностранных и отечественных наблюдателей, которые и так бьют тревогу после аварии на «Фукусиме-1» в марте нынешнего года. В это же время, например, Германия и Швейцария планируют отказаться от своей ядерной программы на ближайшие годы, Франция, в свою очередь, сократила срок эксплуатации реакторов с 40 до 20 лет, а ряд других стран свели на нет планы по строительству новых, более безопасных реакторов.

Но Сергей Кириенко, по всей видимости, верит в чудо модернизации и оправдывает увеличение срока эксплуатации РБМК отсутствием АЭС нового поколения. Как заявил «Веку» ведущий эксперт УК «Финам Менеджмент» Дмитрий Баранов, в подобном решении «Росатома» нет ничего необычного. «Если есть возможность провести глубокую модернизацию реакторов, то логичнее продлить сроки их службы. При этом никто не отказывается от строительства новых энергоблоков. Обновленные энергоблоки точно также смогут эксплуатироваться и производить электроэнергию. Ведь никто не отменял возложенной на «Росатом» задачи по увеличению доли производства электроэнергии АЭС в общем объеме производства электроэнергии в России с 15,7% в 2008 году до 19,8% в 2030 году. Поэтому обновленные реакторы данного типа внесут свой вклад в решение этой задачи».

Эксперт особо отмечает, что согласно той же Энергетической стратегии предусмотрена модернизация и обновление мощностей атомных электростанций с реакторами на тепловых нейтронах, то есть, как раз тех реакторов, к которым и относится РБМК. «Модернизация реакторов ничуть не опаснее модернизации прочих видов оборудования или объектов инфраструктуры, подобные работы на АЭС выполняют многие страны. Главное – сделать ее качественно, что, можно не сомневаться, и сделает «Росатом», потому что безопасность стоит на первом месте в списке приоритетов компании», - резюмирует Дмитрий Баранов.

По мнению других экспертов, продление срока эксплуатации реакторов недопустимо. Некоторые из них, благодаря решению «Росатома», будут работать на повышенной тепловой нагрузке, чтобы выдавать больше электрической энергии, а это уже игра с огнем. «Так, в западных реакторах топливо находится в общей трубе давления, а в РБМК каждый стержень помещен в отдельную трубку. Инженерам приходится беспокоиться из-за износа примерно 1 тысячи трубок на реактор. Трубки растягиваются, гнутся, трескаются. Если их достаточно много разорвется, возможна катастрофическая авария», - приводит WSJ слова Уильяма Хорэка, научного директора Брукхейвенской лаборатории министерства энергетики США.

Реакторы РБМК – одни из самых опасных в мире, а их конструкция имеет серьезные изъяны, которые невозможно исправить с помощью программы модернизации. «Все заменить невозможно, - пояснил «Веку» сопредседатель международной экологической группы «Экозащита» Владимир Сливяк. - Ну, например, РБМК не имеет защитной оболочки – никто не будет сегодня строить реактор без нее, и никто в мире не решился бы выдать лицензию такому реактору. И этот недостаток нельзя никак исправить, невозможно построить защитную оболочку, как-то ее вмонтировать в блок РБМК. Есть еще масса различных мелких проблем: например, охрупчивание материалов, которое закономерно происходит внутри реактора, причем, гораздо быстрее, чем планировалось. Самая главная проблема в том, что нет сегодня методов контроля за состоянием материалов внутри реактора, кроме разрушающего. Но если вы реактор разрушите – обратно вы его не соберете. Это игра со многими неизвестными, и, с точки зрения экологических организаций, эти реакторы, конечно, нужно немедленно остановить и вывести из эксплуатации. А у нас снова принимается решение с надеждой на хорошее стечение обстоятельств, то есть, на авось», - говорит эксперт (полное интервью с Владимиром Сливяком читайте в «Веке» в ближайшее время – ред.).

По мнению генерального директора информационно-консалтингового агентства «INFOLine» Ивана Федякова, история с катастрофой на японской АЭС «Фукусима» должна была показать, что атомная энергетика – не способ для выкачивания денег из электроэнергетики. «Фактически атомная энергетика имеет настолько высокую маржинальность с точки зрения производства электроэнергии, что возникает удивление, когда вот такие решения принимаются. Да, состояние реакторов не столь ужасное, при продлении сроков их эксплуатации проводится глубокая модернизация: вводятся новые системы защиты… Но, с другой стороны, никто не отменял вопросов, связанных с усталостью металлов, с человеческим фактором. Рутинность, отсутствие чего-то нового могут привести к печальным последствиям, когда однажды кто-то что-то недовинтит, недосмотрит. Модернизация оборудования – это хорошо, но все-таки это достаточно опасная игра. И если, допустим, в космической отрасли мы находимся в жесткой конкурентной борьбе со всем миром, то в атомной энергетике, на мой взгляд, это неоправданно. Не могу найти каких-то объективных оснований для того, чтобы принимать такие решения. В данном случае это действительно игра с огнем», - сообщил Иван Федяков «Веку».

Критики отмечают, что российская госкорпорация, по всей видимости, предпочитает выжимать все, что можно, из старых реакторов вместо строительства дорогостоящих новых или газовых электростанций. «К очень большому сожалению, не стоит вопрос о том, что можно было бы реакторы выводить из эксплуатации и заменять их неатомными реакторами. Например, в Костромской области построена абсолютно новая газовая станция, если не ошибаюсь, мощностью примерно как один большой реактор, который стоит сегодня порядка трех миллиардов евро. Эта газовая станция не работает, потому что «Газпром» не дает газ, заявляя, что он нужен на экспорт, а вы там как-нибудь сами выкрутитесь. То есть, отсутствует вообще в принципе системная координация. Если стране нужна замещающая энергия, при условии, что мы выводим старые реакторы, то мы можем намного быстрее построить, скажем, газовую станцию. Это и намного дешевле, причем с теми же результатами в энергообеспечении. Это же бред – не пускать новые энергетические станции, которые бери и запускай», - возмущается Владимир Сливяк.

Аналитики не могут понять, чего добивается «Росатом», принимая такие непопулярные решения. «Мы хотим добиться хороших финансовых показателей и продать эту компанию через какое-то время? Нет, вроде бы об этом речи не идет. Во всех документах заявлено, что атомная отрасль была, есть и будет оставаться чисто государственной. Если мы хотим развивать ее, применяя новые технологии, хотим видеть ее перспективной, быть конкурентоспособными – то без обновления, без реализации новых проектов это сделать невозможно!», - недоумевает Иван Федяков.

Эксперт подчеркивает, что модернизация в этом плане – если не шаг назад, то шаг на месте. «Мы не вводим ничего нового, не используем никакие новые технологии, и тем самым в какой-то степени еще и губим внутреннее производство и интеллектуальные ресурсы. За последние 20 с лишним лет и так катастрофически снизился объем ввода новых энергомощностей, а если эти технологии не применять, то начнется деградация. И мы придем, в конечном счете, к тому, что мы и атомные реакторы начнем закупать за границей».

Планы у «Росатома», между тем, грандиозные. Федяков напоминает, что Сергей Кириенко заявил фантастическую программу строительства 60 реакторов по стране, но эти планы пока не реализуются. Хотя потребление растет и есть достаточно острая для наших регионов потребность в новых энергомощностях. По словам Сливяка, у «Росатома» сейчас просто не хватает машиностроительных мощностей для того, чтобы действительно строить новые реакторы. Хотя деньги госкорпорации выделяются в полном соответствии с мегапланами. «И эти деньги они пилят в большом количестве, - говорит Владимир Сливяк, - а куда их девать, не возвращать же обратно?!».

Получить комментарии по этим вопросам у представителей «Росатома» пока не удалось.