Стройбаты не хотят исчезать

Стройбаты не хотят исчезать
Фото: https://www.guov.ru
Вместо скандально известного «Спецстроя» в России появится мегаструктура, которая подомнет под себя все военное строительство. По идее, создание Военно-строительной компании (ВСК) должно положить конец коррупции в этой сфере. Но это вряд ли, отмечают эксперты.

Коррупции наше строгое нет!

«Спецстрой России» был ликвидирован еще в сентябре 2017 года, а связанные с ним коррупционные скандалы все еще продолжаются. Так, в ответ на критику президента РФ Владимира Путина, заявившего, что порядок на космодроме Восточный так и не наведен, глава «Роскосмоса» Дмитрий Рогозин тут же ответил что-то в духе: «все уже украдено до нас». Мол, коррупционные дела относятся к 2014 году, и «во всем виноват «Спецстрой».

Только по Восточному, как отметил президент, заведены десятки уголовных дел. Кроме того, непосредственно перед упразднением компании Федеральная антимонопольная служба сообщила о срывах «Спецстроем» сроков выполнения гособоронзаказа более чем на 150 млрд. рублей.

«Спецстрой» действительно «прославился» исключительной неэффективностью и масштабной коррупцией, отметил в интервью «Веку» руководитель группы аналитиков Центра аналитики и финансовых технологий Марк Гойхман. Но после его ликвидации осталась сама функциональная необходимость в госструктуре, которая бы организовывала и осуществляла строительство оборонных объектов.

У Военно-строительной компании (ВСК) существует ряд весомых отличий от «Спецстроя», обращает внимание аналитик. Организационная форма – публично-правовая компания (ППК) - более открытая и подотчетная структура. Она не будет выполнять коммерческие проекты. Специализация – исключительно возведение объектов Минобороны. Таким образом, сделана попытка исключить коммерческую составляющую как потенциально коррупциогенную и чреватую обременением значительными долгами перед сторонними заказчиками. В этом же направлении будет действовать меньший масштаб привлечения подрядчиков – ВСК будет до 60% работ выполнять своими силами. В нее будут входить военно-строительные части, что и обеспечит возможность стать основным исполнителем работ.

Существенное внимание уделено контролю над ВСК и ее деятельностью, добавляет эксперт. Финансирование будет проходить через спецсчета в опорном банке гособоронзаказа. Превентивный и текущий контроль будут осуществлять наблюдательный совет и постоянный аудит; последующий контроль – от Счетной палаты и Федерального казначейства. Принимаемые меры призваны кардинально изменить подходы к эффективности выполнения задач военного строительства, управления данными процессами, выделения и использования средств. ВСК задумывается как исключительный полномочный исполнитель и генподрядчик в строительстве оборонных объектов.

К возможным минусам появления ВСК Гойхман относит более высокую монополизацию в данной сфере. Концентрация на первый взгляд выступает логичным шагом, но лишь по сравнению с предыдущей вакханалией «Спецстроя». Но ограничение конкуренции и усиление административного давления могут породить новые недостатки взамен преодолеваемых. Есть опасения, что будут иметь место типичные проявления монополизма – рост стоимости и ослабление качества работ.

Слияния и поглощения по-военному

Между тем, похоже, что ВСК создается по лекалам другого военно-строительного холдинга – также ныне ликвидированного ОАО «Оборонстрой». Компания входила в структуру прославившегося во времена министра Анатолия Сердюкова и его известной заместительницы Евгении Васильевой ОАО «Оборонсервис». Кстати, «Оборонстрой» тоже заслуженный участник строительства космодрома Восточный и прочего военного строительства.

Впрочем, в самом Минобороны «военное строительство» имеет довольно широкое толкование – это и жилье для военных, и кадетские училища, и детские сады, и пассажирские терминалы аэровокзалов, храмы опять же, «Парк «Патриот».

Все это хозяйство курирует ныне уже в ранге замминистра обороны Тимур Иванов, который в свое время наследовал дела Евгении Васильевой в «Оборонстрое». В связи с ликвидацией «Оборонстроя», где Иванов когда-то директорствовал, он теперь курирует все стройки Минобороны под эгидой Главного управления обустройства войск (ГУОВ).

В свое время дублирование функций «Спецстроя» и «Оборонстроя» уже вызывало вопросы. Как видим, обе структуры военных строителей отметились на космодроме Восточный и не только. «Спецстрой», например, тоже занимался жилищным и инфраструктурным строительством для Вооруженных сил, на чем как будто должен был специализироваться «Оборонстрой». И, похоже, только в коридорах Минобороны различали, кто и что должен строить, а также курировать соответствующие финансовые потоки. Позже «Спецстрой» расформировали. «Оборонстрой» растворился в ГУОВ.

Примечательно, что некоторое время все это курировал Алексей Дюмин, которого вовремя ушли в губернаторы Тульской области, сопроводив его трехмесячное руководство стройбатом резюме, что бывший охранник не был профессионалом и не разбирался в военном строительстве. Назначенный на его место Тимур Иванов, кстати, не служивший математик, не только в строительстве, но и в военном деле до назначения в «Оборонстрой» не разбирался, но на место Дюмина рекомендовался уже как профессиональный строитель и специалист по кризисам.

Теперь наследство обеих структур под единым названием будет находиться под контролем одного заместителя Шойгу.

«На сегодняшний день у нас гарантированный бюджет на строительство специальных объектов под размещение вооружения и военной техники на 10 лет утвержден в объеме 1 трлн. рублей. Это беспрецедентно», – заявил Иванов «Новой газете». По оценке замминистра, которую он привел в интервью РБК, бюджет новой компании составит около $15 млрд. до 2027 года, что, по признанию военного, является рекордом для сумм, когда-либо выделявшихся бюджетом в адрес деловых компаний.

На момент ликвидации «Спецстроя» здесь работали 37,6 тыс. человек. Ожидается, что ВСК аккумулирует строительные организации, производителей стройматериалов, конструкций и изделий, поставляющихся в адрес Минобороны. Предполагается, что в состав ВСК войдет не менее 11 организаций. Это, в частности, проектные институты №20 и №31 Минобороны, Главное управление обустройства войск, по одному строительному предприятию в каждом военном округе и на Северном флоте, три спецорганизации по строительству аэродромов, объектов гидротехники и ядерной сферы.

Новое – хорошо забытое старое

То, что сегодня предлагается для ВСК как панацея, именно Иванов опробовал в «Оборонстрое», когда начал практику скупки гражданских подрядчиков и концентрации их работы сугубо на оборонных заказах. Успешные строительные компании, таким образом, доводились практически до банкротства.

Военные, как, пожалуй, любая госструктура, не являются образцом платежной дисциплины. Достаточно посмотреть на практику арбитражных судов, чтобы увидеть, как предприятия «Ростеха» выбивают из Минобороны деньги за выполненные заказы. Строительная сфера в этом мало чем отличается, но поглощение «Оборонстроем» своих бывших гражданских подрядчиков позволило задерживать им платежи, избегая прямых судебных тяжб.

С 2014 года компания купила ООО «Оборонстройпроект Санкт-Петербург» (бывший «АсконСтрой»), ОАО «Кубаньпроект», ООО «Оборонстройпроект» («Строф ПМ»), ООО «Оборонмедстрой» (инженерное бюро «Хоссер»), ООО «Оборонснаб», ООО «Оборонкадастр», АО «Оборонстройинжиниринг» (ЗАО РИССПА), ЗАО «НПО Центр профессионального снаряжения», а также ООО «Оборонэнергоэффективность». После этого «Оборонстрой» стал проводить закупки у единственного источника - у собственных «дочек», которые выставляли Минобороны практически максимальные цены.

Парадоксально, но эта практика стала доводить новоприобретенные «дочки» практически до банкротства. Например, ИБ «Хоссер» в 2014 году получило выручку более 2 млрд. рублей, чистая прибыль компании — до 44,6 млн. рублей. В 2015 году после приобретения и переименования Ивановым в «Оборонмедстрой» компания имела уже 47 исков с общей суммой требований более 400 млн. рублей. Дело дошло даже до долга по зарплате сотрудникам фирмы в размере 35 млн. рублей, который начали гасить лишь потому, что скандал случился, как раз когда кандидатура Иванова рассматривалась на освобожденную Дюминым должность замминистра.

Как видим, с созданием ВСК Тимур Иванов может в полной мере реализовать все принципы «Оборонстроя».

С точки зрения стройрынка создание ВСК чревато формированием нового монополиста в определенной части строительной отрасли, подтвердил «Веку» аналитик ГК «Алор» Алексей Антонов. Разумеется, в части реализации стратегических объектов в какой-то степени это оправданно. Но с точки зрения создания объектов инфраструктуры, в том числе социальной, это может нарушать принципы рыночной конкуренции и правительство рискует получить новый аналог «Спецстроя», уверен эксперт.

Помимо всего прочего, создание такого гиганта может привести к снижению «прозрачности» и той ситуации, где все компетенции по проектированию, строительству и надзору сосредотачиваются на одном контрагенте, что потенциально может привести к завышению процента авансирования, оказать влияние на качество и сроки реализуемых проектов и прочим негативным последствиям.

Когда плюс все равно дает минус

Эксперты все же пытаются увидеть позитив в создании ВСК, которая будет сформирована в форме публично-правовой компании (ППК), что для такого рода компаний – редкая организационная форма, отмечает Антонов. Эта структура, по его мнению, является своего рода признанием того факта, что для выполнения сверхзадач в отдельных структурах государства пока еще наиболее оптимальный вариант – формирование крупнейшей компании с четким контролем использования государственных денег. Выведение ее в ППК как раз необходимо для того, чтобы свести к минимуму варианты утечки средств для нецелевого использования.

Но в конечном итоге, по мнению Антонова, у этого варианта есть множество минусов и в первую очередь это невозможность формирования принципа здоровой конкуренции.

Так или иначе, но очередная реорганизация управления военным строительством по сути является завершением процесса окончательного возврата к советской модели организации управления, отметил в интервью «Веку» независимый аналитик Дмитрий Адамидов. Собственно говоря, это уже было практически полностью реализовано и в «Спецстрое», но, видимо, Минобороны нужно было тактично поменять проворовавшийся менеджмент, а заодно устранить последние юридические препоны и остатки публичности.

Рациональное зерно в таком подходе есть, полагает эксперт. Вместе с тем, памятуя о чудовищных коррупционных скандалах в «Спецстрое», первое, что приходит в голову в связи с новой структурой, – воровать будут еще больше, и мы ничего не будем об этом знать.

Оборона Иванова

По сути, строить Иванов мог бы и имея в своем распоряжении лишь Главное управление обустройства войск, которое обладает для этого всеми ресурсами и возможностями. Но лишь создание ВСК позволяет военным защитить свои деньги от конкуренции со стороны. И речь идет не только о практике назначения неконкурентно высоких цен, освоенной еще в «Оборонстрое» и его «дочках», но и об устранении других крупных игроков с рынка военных заказов.

Например, того же «Стройпроектхолдинга» Аркадия Ротенберга, который вполне мог бы конкурировать за крупные военные заказы. Как пишет РБК, ВЭБ.РФ и «Стройпроектхолдинг» Аркадия Ротенберга договорились о создании крупнейшего игрока на рынке инфраструктурного финансирования и строительства. Имея поддержку государства и опыт успешного строительства Крымского моста, группа вполне могла бы вмешаться в распределение военных заказов, сохранись на этом рынке конкуренция.

Как считается, однажды подобное уже случилось, когда структуры, которые связывают с интересами семьи Ротенбергов, вмешались в распределение миллиардных договоров на утилизацию военного лома. Поначалу лом был обещан структурам «Ростеха» Сергея Чемезова, но потом о своих интересах на этом рынке заявила компания «Транслом». В результате аукционов, где зачастую «Транслом» оказывался единственным участником и, соответственно, победителем, Минобороны, как считается, потеряло миллиарды рублей.

На распределении военного имущества, которое вслед за Евгенией Васильевой продолжил Тимур Иванов, погорело множество его коллег и подчиненных. Некоторые лишились должностей, некоторым пришлось познакомиться со следователями ФСБ и военной прокуратуры.

Теперь с созданием ВСК можно будет избавиться от конкурентов с их излишним вниманием и довести систему военного строительства и освоения военных бюджетов до совершенства. Впрочем, одним из ключевых вопросов здесь остается вопрос о том, кто возглавит ВСК, учитывая, что и внутри Министерства обороны интерес к строительным бюджетам проявляет не только Тимур Иванов, да и вне министерства остаются влиятельные игроки, готовые побороться за контроль над ВСК. Разобраться в этом попробуем в ближайшее время.

Реклама на веке
Как разместить
Россияне стали чаще оплачивать проезд картой В Кремле раскритиковали законопроект о виноделии
Нецензурные и противоречащие законодательству РФ комментарии удаляются