18+
  1. Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать

Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать

Ты виноват уж тем, что хочется мне кушать
Скандальное дело о ночных гонках на «Гелендвагене» тянется уже полгода и конца ему до сих пор не видно. Процесс получился крайне запутанный - выясняются новые обстоятельства, изменяются статьи обвинения. Хотя казалось бы, дело-то простое.

В преследовании нарушителей принимали непосредственное участие сразу несколько сотрудников полиции, на машинах которых установлены видеорегистраторы. Обвиняемые задержаны, протоколы составлены. На вынесение приговора по такому делу суду нужно несколько дней.

Поначалу так и было. Гагаринский суд Москвы признал факты нарушения правил дорожного движения и невыполнения требований полиции, на основе чего было вынесено максимально возможное административное наказание - штраф и 15 суток ареста. А вот потом начались странности. «Надо посмотреть весь перечень Уголовного Кодекса, какие статьи можно возбудить», - заявил тогдашний начальник Главного управления МВД России по г. Москве генерал-лейтенант Анатолий Иванович Якунин. Его подчинённые бросились выполнять поручение.

Завести уголовное дело получилось только с третьей попытки. Две предыдущие отклонила прокуратура, сочтя обвинения полицейских необоснованными. В частности, статья об уголовном наказании за хулиганство предполагает наличие у задержанных оружия или взрывчатых веществ. Предложение квалифицировать в качестве оружия автомобиль (и конфисковать его по этой причине) было признано, как говорится, притянутым за уши. В итоге гонщики были обвинены в оскорблении стражей порядка и применении насилия к сотрудникам полиции.

Общественное мнение в тот момент всколыхнули слова Якунина о том, что преследование нарушителей, мчавшихся по московским улицам на огромной скорости, длилось с 6 до 11 часов утра. Позже, правда, выяснилось, что протокол о задержании был составлен в 5:50, а все описываемые события заняли менее часа. Да и не могло быть иначе, ведь за пять часов безостановочной погони «на огромной скорости» машина проедет 500-1000 км. Нет в Москве таких просторов, да и попросту топлива может не хватить. Зачем же генерал-лейтенант пошёл на очевидное искажение фактов?

Общеизвестно, что отец одного из гонщиков работает топ-менеджером крупной нефтяной компании. Гораздо реже говорится о том, что супруга Якунина - тоже топ-менеджер, но другой крупной нефтяной компании, её прямого конкурента. Возможно ли, что семейные и профессиональные интересы столь сильно переплетены и оказывают друг на друга влияние? Как знать. Но с учётом этого факта многое в этой запутанной истории начинает выглядеть совсем по-другому.

За применение насилия сторона обвинения просит назначить участникам гонок реальные сроки наказания с отбыванием в колонии. «В материалах дела нет объективных доказательств вменяемого подсудимым применения насилия к представителям власти», - говорит адвокат Михаил Доломанов. Как в принципе пассажиры автомобиля могут «применить насилие» в отношении преследующих их сотрудников ДПС? Совершив опасный маневр, и выбросив преследователей с трассы, или резко затормозив, спровоцировав тем самым ДТП с непредсказуемым исходом. Однозначно установить это было бы можно по данным с видеорегистраторов патрульных машин, но все записи оказались случайно утрачены.

«Речь идет ни много, ни мало о «случайной» утрате записей с видеорегистраторов всех автомобилей спецбатальона ДПС, дежуривших на спецтрассе в то утро. Думаю, такие «случайности» не случайны. Похоже, кому-то потребовалось, по сути, скрыть от суда объективные доказательства невиновности подсудимых в применении насилия. Кому и зачем? Действительно ли утрачены записи с видеорегистраторов всего спецбатальона ДПС?», - недоумевает Михаил Доломанов.

Якунина называют строгим начальником. Известны случаи, когда он увольнял сотрудников за просроченные продукты в холодильнике или неопрятное состояние рабочего места. Утрата важнейших доказательств - это не пыль на рабочем месте, но о массовых увольнениях по этому поводу не слышно. Изучаемые судом записи с городских камер наблюдения не охватывают погоню по всей протяжённости. Да они и не рассчитаны на установление скоростного режима движения транспортных средств в отличие от специального оборудования ДПС.

Чем дальше тянется это дело, тем меньше оно становится похожим на настоящее правосудие. Речь об установлении истины уже давно не идёт, а законы используются в качестве инструментов для сведения счётов.