18+
  1. В «Лефортово» перехватили зашифрованное послание для Дадаева

В «Лефортово» перехватили зашифрованное послание для Дадаева

В «Лефортово» перехватили зашифрованное послание для Дадаева
Сотрудники СИЗО «Лефортово» изъяли записку, предназначавшуюся главному фигуранту по делу Немцова. По словам экспертов, послание было составлено «тайнописью». Использование архаичного метода передачи информации объясняют жесткими правилами СИЗО, исключающими общение по мобильной связи.

Заур Дадаев, который проходит в качестве главного обвиняемого по делу об убийстве Бориса Немцова, получил от сотрудников СИЗО № 2 «Лефортово» документ, свидетельствующий об изъятии странного послания, которое поступило в изолятор 3 августа. Об этом РБК сообщил адвокат бывшего офицера батальона внутренних войск МВД Чечни «Север» Шамсудин Цакаев. По его словам, Дадаев эту записку не видел.

В акте отмечается, что письмо, которое должен был получить предполагаемый киллер, изъято, поскольку составлено с помощью «тайнописи» и может содержать информацию, недопустимую для арестанта, рассказал Цакаев. Он добавил, что послание подписано неким «Mr. But».

«Что это значит, я даже не представляю», - отметил адвокат, добавив, что фамилия гражданина РФ Виктора Бута, который был осужден США за торговлю оружием, в английской транскрипции выглядит как «Bout». Шамсудин Цакаев сказал, что его подзащитный сам не смог найти объяснения неожиданному посланию от анонима.

По словам главы Общественной наблюдательной комиссии, которая следит за соблюдением прав арестантов, Антона Цветкова, в СИЗО действует система перлюстрации, которая позволяет поместить подследственного в изоляцию от сообщников, способных скрыть следы преступления или надавить на свидетеля. В «Лефортово» условия содержания находятся под жестким контролем. Там не на словах, а на деле запрещено пользование мобильной связью, уверяет Цветков. «Так что не исключено, что тайнопись была выбрана как альтернативный способ общения», - отмечает общественник.

О строгом режиме лефортовского СИЗО, который раньше был в ведомстве ФСБ, известно очень хорошо, подтверждает Цакаев, поэтому не понимает, на что рассчитывал аноним, который пытался связаться с его подзащитным. «Там же все подвергается тотальным проверкам. Если бы кто-то хотел сообщить моему клиенту что-то конфиденциальное, он бы мог обратиться ко мне», — говорит адвокат, признавая, в то же время, что сообщники не всегда доверяют информацию даже стороне защиты.

Во ФСИН относительно этого инцидента комментариев пока не дают, ссылаясь на тайну следствия. В Следкоме РФ отметили, что не видят необходимости комментировать подробности расследования.