Экс-адвокат хозяина Белого дома Майкл Коэн, в отношении которого правоохранительные органы ведут расследование, назвал вымыслом рассказы о якобы съеденном американским лидером секретном документе. По словам Коэна, ему поступили десятки звонков от сотрудников СМИ, которые желали узнать, соответствует ли действительности признание бывшей сотрудницы администрации президента Омаросы Маниголт-Ньюман.
Бывший защитник Трампа утверждает, что ничего не знает об инциденте, во время которого глава государства якобы взял из рук Коэна записку, прожевал ее и проглотил. Ничего подобного на его глазах не происходило, и удивительно, как изрядная часть американцев всерьез отнеслась к рассказам Омаросы, изложенным в ее книге, подчеркнул Коэн на своей странице в Twitter.
Книга Маниголт-Ньюман накануне оказалась в центре внимания газеты The Washington Post. Автор назвала свое произведение «Свихнувшийся: Рассказ инсайдера о Белом доме при Трампе». Отметим, в администрации президента она занимала пост директора по коммуникациям в управлении по связям с общественными движениями и гражданами. В мемуарах Маниголт-Ньюман утверждает, что инцидент с поеданием бумаги Трампом имел место в 2017 году.
Автор настаивает, что стала свидетельницей сцены ввиду того, что пригласила Коэна в Овальный кабинет, поскольку встреча с адвокатом была оговорена в рабочем графике главы государства. Когда встреча завершилась, она вернулась в кабинет, дабы проводить Коэна обратно. В этот момент глава государства положил в рот бумагу*. Это действие президента шокировало служащую Белого дома, поскольку ранее она узнала, что глава государства панически опасается микробов. Если такой человек, как Трамп, решил проглотить бумагу*, очевидно, на ней была изложена некая крайне деликатная информация, рассуждает Маниголт-Ньюман.
Отставная чиновница поведала о несостоявшейся эксцентричной выходке Трампа, который якобы намеревался принести клятву американскому народу не на Библии, а на собственном произведении «Искусство сделки», и якобы поинтересовался ее мнением на сей счет. Свою книгу республиканец при этом оценивал как величайшее деловое издание в истории, и заявлял, что она способна стать символом его правления.
