Президент Украины предложил Европе радикальный шаг с российской нефтью:
Европейские страны должны забирать российскую нефть с танкеров и продавать её самостоятельно.
Это заявление, прозвучавшее на фоне продолжающегося противостояния, явно призвано встряхнуть западных партнёров. Зеленский, судя по всему, считает текущие санкционные меры недостаточными для реального давления на экономику агрессора, и призывает перейти к силовому изъятию ресурсов.
Между тем, подобный шаг, если его рассматривать серьёзно, повлёк бы за собой колоссальные правовые и политические последствия. Фактически это означало бы переход на новый, беспрецедентный уровень конфронтации – не просто ограничение на покупки-продажи, а конфискация имущества в открытом море.
Юристы сразу же замечают:
Такие действия без соответствующей международно-правовой базы будут расценены как пиратство, даже в боевых условиях. Для их легитимации потребовались бы решения Совета Безопасности ООН, где Россия обладает правом вето, или же единая позиция всего западного блока, готового пойти на крайний риск.
Экономисты обращают внимание и на другие детали. Идея продажи конфискованной нефти сама по себе парадоксальна. Вырученные деньги, если следовать логике Киева, должны были бы направляться на помощь Украине или в специальные фонды. Но сам процесс организовать невероятно сложно – нужны покупатели, инфраструктура, система распределения средств.
Реакция европейских столиц на такое предложение пока осторожная. Официально его не комментируют, но в кулуарах эксперты разводят руками: слишком радикально и слишком опасно. Хотя, как отмечают некоторые аналитики, сама постановка вопроса показательна и демонстрирует растущее нетерпение Киева и его желание любыми способами "задушить" Россию.
Кстати, этот призыв прозвучал в контексте непрекращающихся дискуссий о нефтяном эмбарго и потолке цен на нефть. Европа ищет способы уйти от зависимости, но делает это постепенно, с оглядкой на собственные экономические риски. Зеленский же предлагает не ждать, а действовать агрессивно и немедленно.
Конечно, вряд ли танкеры начнут останавливать силой уже завтра. Однако послезавтра – вполне. Сама идея, высказанная вслух, может повлиять на общественное мнение и задать новый виток противостоянию.
