18+
  1. Дмитрий Язов: Не скрывать правду о войне

Дмитрий Язов: Не скрывать правду о войне

Дмитрий Язов: Не скрывать правду о войне
Вчера на Красной площади Москвы прошел торжественный марш, посвященный 72-летию легендарного военного парада, состоявшегося в 1941 году в осажденной столице.

Неумолимо наступают годы, все дальше уходят в прошлое события Великой Отечественной войны. С каждым годом все меньше остается в живых ветеранов, участников боев, которые могут рассказать правду о своей тревожной молодости, о нелегкой фронтовой жизни, о героях, незаслуженно забытых сегодня.

Дмитрий Язов – последний (по дате присвоения звания) Маршал Советского Союза. В 1987 году он был назначен на должность министра обороны СССР и до конца отстаивал интересы советской державы. Его жизненный путь - это путь солдата, служащего своей Родине и верного присяге, которую, как известно, принимают только один раз.

Сегодня у Дмитрия Тимофеевича Язова день рождения. Родился он 8 ноября 1924 года, но с началом войны приписал себе год, чтобы попасть на фронт. Так и прошел всю войну. Поэтому сегодня его можно смело поздравить с 90-летием!

Мы не раз встречались в его рабочем кабинете в старом здании Главного управления Министерства обороны. Дмитрий Тимофеевич – очень интересный собеседник. Но он еще и сам прекрасно пишет. В основном, о войне. Его книга–воспоминание «Удары судьбы» выдержала несколько изданий. Пишет Язов по старинке – на бумаге, четким аккуратным почерком. Как-то глянула на страницу и поразилась – ни одного исправления, перечеркивания...

- Пишу книгу об истории Панфиловской дивизии, - сказал мне Дмитрий Тимофеевич в первую нашу встречу. – В свое время о подвигах ее бойцов и командиров в сорок первом под Москвой знал каждый советский школьник. Сейчас же, к огромному сожалению, о генерале Панфилове и панфиловцах знают далеко не все. Поэтому хочу рассказать о них правду, тем более, что я тоже могу в какой-то мере считать себя панфиловцем, - служил под знаменами этой дивизии, правда, было это уже после Победы.

Позже, когда книга вышла, Язов подарил мне ее с дарственной надписью: « ...в память о нашей беседе». А говорили мы в тот день с маршалом о войне и мире, в котором живем.

- Дмитрий Тимофеевич, расскажите, как вам удалось «постареть» на год с началом войны?

- Я родился в деревне Язово Омской области. Когда началась война, мне было 16 лет. 8 ноября 41-го исполнилось семнадцать. 7-го ноября прошел парад на Красной площади в Москве, о котором узнала вся страна и который вдохновил народ на скорую победу. Я тогда подумал, что не успею сразиться с врагом. А когда мои старшие товарищи, жившие по соседству на одной улице, получили повестки из военкомата, ждать своего совершеннолетия я не смог. Парень я был не из хилых, вот и решил обратиться в военкомат с просьбой отправить меня на фронт. А чтобы не отказали, пришлось пойти на хитрость – приписать себе год. В деревне тогда паспортов не было, проверять долго не стали, и меня направили в Новосибирск в распоряжение начальника Московского пехотного училища имени Верховного Совета РСФСР.

- А как оно оказалась в Новосибирске?

- Когда враг подходил к столице, курсантов направили на фронт в состав 16-й армии генерал-лейтенанта Рокоссовского Константина Константиновича. Воевали ребята вместе с 316-й стрелковой дивизией генерал-майора Панфилова Ивана Васильевича. А само училище эвакуировали в Новосибирск. Фактически в ноябре 1941 года его предстояло воссоздать. Набрали два батальона по 600 курсантов-сибиряков.

- И вас взяли без окончания школы?

- Десятилетку я заканчивал уже потом, в 1953-м, будучи майором. Надо было в академию поступить. А тогда, в конце сорок первого я вместе с товарищами прошел другую школу.

Стояли трескучие сибирские морозы. Занятия шли в основном в поле. Одеты мы были более, чем скромно: бушлаты, ботинки с обмотками, хлопчатобумажные гимнастерки, брюки, «буденновки» – и тем не менее не мерзли, терпели. Нагрузка была такая, что пот прошибал в самые морозные дни. Подъем в 6.00, зарядка на свежем воздухе, затем военная подготовка. Не скрою, было трудно, не все выдержали, но постепенно вчерашние школьники становились солдатами.

Командирами отделений были фронтовики, выписавшиеся из госпиталей. Они были для нас олицетворением дисциплинированности, солдатской мудрости и справедливости. От них мы многое узнали о настоящей войне, их практические советы очень пригодились потом на фронте. Думаю, не будет преувеличением, если скажу, что благодаря их науке, многие из курсантов остались в живых.

Мои родственники думали, что я не выдержу, вернусь домой. В это время моего отчима призвали в армию, на руках у матери осталось семеро несовершеннолетних детей, а сестер Лизу, Веру, Лену мобилизовали для работы на военных заводах, которые вывозились из западных районов страны в Сибирь. Но я остался в училище.

В декабре, когда под Москвой враг был разбит, нас погрузили в теплушки и отправили в столицу, разместили в Лефортовских казармах. А в начале июня, после сдачи экзаменов, мы получили в петлицы лейтенантские «кубари». И два наших сибирских батальона были направлены на фронт: первый - на Ленинградский, второй - на Волховский.

- В самую мясорубку...

- Она была везде, где шли напряженные бои. Война оказалась тяжелой и долгой. Позже я узнал, что на Волховском фронте погиб мой отчим, Федор Никитич Язов.

А тогда, в августе сорок второго, наш воинский эшелон сначала прибыл в Малую Вишеру. Потом мы пешком добирались до своих мест назначения – по лесным тропам, по бревенчатой гати...

Я был направлен в 177-ю стрелковую дивизию, сформированную в марте-апреле 41-го. Дальнейший ее путь был неразрывно связан с героической обороной Ленинграда. Нас, прибывших, назначили командирами взводов в 483-й стрелковый полк. Я был определен в 9-ю роту 3-го стрелкового батальона.

- И лейтенант Дмитрий Язов стал командиром взвода фактически в 17 лет. Как отнеслись подчиненные к своему юному, еще необстрелянному начальнику?

- В взводе было человек двадцать. Солдаты в основном солидного возраста, семейные. Для них я был мальчишкой. Ох и донимали они меня! Дескать, сынок, а ежели немчура пальнет, ответить сможешь? Пришлось отразить нападки на взводного. Взял карабин и на макушке ели одним выстрелом сбил шишку. Больше подтрунивать надо мной не стали, зауважали.

А потом было и первое боевое крещение, и ранение...

Так что к своему 18-летию я уже был воробей стреляный: и в буквальном, и в переносном смыслах.

- Помните свою первую награду?

- Конечно, помню – орден Красной Звезды. За прорыв блокады. Но не менее дорожу медалью «За оборону Ленинграда».

Прорыв Ленинградской блокады в январе 1943 года был для нас настоящей победой. А что это значило для ленинградцев! Если бы вы видели их лица! Они не могли ни говорить от счастья, ни плакать от истощения. Они просто шептали что-то и теряли сознание. Такое не забывается…

- А где вы встретили Победу?

- Моя рота, которая входила в состав передовых частей Ленинградского фронта, практически весь день 9 мая находилась в состоянии повышенной боевой готовности. Мы стояли в прибалтийском городке Митава и сдерживали разрозненные группировки фашистской армии «Север» на участке Тукумск-Либава. Отбой готовности нам поступил лишь к вечеру, когда после известия о полной капитулиции гитлеровцев завершились местные переговоры о сдаче немецких подразделений в плен.

- Как отметили это событие?

- Очень скромно. Выпили по сто законных фронтовых грамм. Даже если бы захотели больше, все равно взять было негде. Посалютовали немножко на радостях из всех видов стрелкового оружия. И все. А следующим утром уже приступили к работе с немцами: пленных в одну сторону, оружие – в другую… Так что разгуляться особо не было ни времени, ни возможности. Да и отвыкли мы от этого за годы войны.

- У поэта-фронтовика Юлии Друниной есть такие строчки: «Кто говорит, что на войне не страшно, тот ничего не знает о войне...» А что самое страшное на войне?

- Самое страшное на любой войне – смерть, сожженные города, истерзанные тела их жителей. И погибшие однополчане, родственники, знакомые. На моей родине спустя много лет после победы стараниями местных патриотов и администрации, были изданы две Книги памяти. Одна посвящена потерям омичей в Великой Отечественной войне, вторая – тем, кто вернулся. Так вот, в первой книге фамилия Язов с разными инициалами встречается 34 раза, а во второй – всего лишь четыре. Такая вот арифметика. Только моих двоюродных братьев погибло шестеро.

До сих пор помню, как 4 июля 1942 года «Правда» опубликовала сообщение о героической обороне Севастополя. Позже я узнал, что мой двоюродный брат Илья Михайлович Язов, закончивший ускоренный курс Томского артиллерийского училища, пал смертью храбрых при обороне Севастополя. В семье Ильи я жил, когда учился в пятом классе. Замечательная была семья! Дядя Михаил Александрович служил на флоте, был высокообразованным для своего времени человеком, гордился своими сыновьями. И вот уже в 1942 году погибли Семен, Петр и Илья, а Михаил вернулся с фронта с простреленным легким. Вскоре он умер... Мужья всех сестер погибли на фронте – Федор, Григорий, Сергей, Петр....

- Раньше часто говорилось, что война коснулась каждой советской семьи. Мой отец, как и вы, тоже мальчишкой ушел на фронт. Мы с ним отметили 65-летие Победы. А вот мой дядя в свои 19 лет пропал без вести. Я не могу найти никаких сведений о нем до сих пор.

- Дело в том, что в начале войны, когда войска попадали в окружение, документы, как правило, уничтожались. Мне тоже хочется, например, узнать, при каких обстоятельствах погибли и где похоронены мои братья – Илья и Николай Язовы. Один, как я уже сказал, участвовал в обороне Севастополя, другой - в освобождении Украины в 1944 году. Где их могилы?

- Каждый раз, когда поисковики находят останки погибших, я так надеюсь услышать имя-фамилию своего дяди!..

- Поисковики делают великое дело! Приятно сознавать, что занимаются этим молодые люди, для которых слова: «Никто не забыт» - не пустой звук. Не так давно я был в небольшом городке Севск Брянской области на открытии памятника погибшим сибирякам. Их там нашли поисковики, перехоронили. Собрался весь город, было много молодых.

- Немало ребят участвует и в операции «Награда нашла героя». Находят ордена, медали, неврученные фронтовикам по разным обстоятельствам во время войны. И в то же время существуют другие молодые люди - так называемые «черные копатели», которые ради наживы оскверняют память погибших.

- Это просто подонки! Как и те, кто воруют, а порой и убивают ради наград ветеранов войны. Еще страшней, когда это делают их внуки, правнуки.

- Среди таких «потомков» бытует циничное мнение: если бы победили фашисты, мы бы жили как цивилизованные люди и пили баварское пиво.

- Мне тоже не раз доводилось слышать такое от молодых людей, наверное, с отмороженными мозгами. Становится так горько и обидно за их погибших ровесников!

Но что там глупые мальчишки, когда подобное произносят взрослые политики, так называемые демократы. Например, бывший член ЦК КПСС и бывший же мэр Москвы Гавриил Попов как-то заявил, что Минин и Пожарский были... реакционерами. Если бы они не разгромили поляков, мы бы давно примкнули к Западу и жили припеваючи. И о Великой Отечественной войне он не раз отзывался весьма негативно.

Так вот для всех, кто хотел жить припеваючи при фашистах, специально для них, хочу напомнить один маленький штрих того времени.

В известном плане «Барбаросса», где по полочкам было разложено нападение гитлеровской Германии на Совесткий Союз, четко расписывались действия немецких солдат по уничтожению советских людей. Была даже обозначена цифра – 60 миллионов. При этом ни в одном документе во всей куче бумаг вермахта (спустя много лет у меня была возможность полистать их архивы) ни слова не было сказано о снисхождении к женщинам, детям, старикам. Команда давалась на уничтожение всего, что шевелится и может оказывать сопротивление. Москву и Ленинград фашисты планировали сровнять с землей, а жителей уничтожить.

Вряд ли нынешние наши отморозки знают об этом документе, хотя гибель их там предрешалась. И я им советую хорошо подумать, прежде, чем говорить, где и кем были бы они сейчас, не будь нашей Победы в мае 45-го.

- Дмитрий Тимофеевич, в период «Солидарности» я работала собкорром в Польше. И там впервые от коллег-поляков услышала, как они подвергают сомнению завоевания Красной Армии. Считают, что больший вклад в победу над фашизмом внесли американцы, англичане, и даже сами поляки! Что они тоже брали Берлин и даже флаг там польский повесили.

- Да, поляки воевали, участвовали в разгроме фашизма. Но доля их участия мизерная. Приведу пример их участия и потерь только в Берлинской операции в сравнении с нашими. Сведения эти из книги «Гриф секретности снят»: 2-й Белорусский фронт: участвовало 441.600 бойцов, погибло 13.070; 1-й Белорусский фронт: участвовало 908.500 (почти миллион человек!), потери – 37.610; 1-й Украинский фронт: 550.900 – 20.580; 1-я и 2-я армии Войска Польского: всего в Берлинской оперции участвовало 155.900 поляков, из них погибло 2.825. А за освобождение Польши от фашизма наша армия потеряла более 600.000 солдат! Можно что-либо сравнивать?

А польский флаг... Не знаю, куда поляки его там повесили, но над рейхстагом не могли водрузить. На это имела право та армия, которая штурмовала рейхстаг – наша 3-я, ударная.

Что же касается критики Красной Армии и нашей Победы, то ее начали западники сразу же после войны. Попытались умалить роль Советского Союза, приписывая многие заслуги себе.

- А сами так долго тянули с открытием второго фронта! Наблюдали, на чьей стороне будет перевес, к тем и присоединиться. Так нас в школе в свое время учили.

- Современных школьников этому не учат. Сейчас ничего подобного в учебниках вы не найдете.

- Неужели?..

- Накануне празднования 65-летия победы, в Ульяновске состоялась межрегиональная научно-практическая конференция. Ее тема: «Судьба России и Великая Победа, фальсификация истории Великой Отечественной войны как антироссийская стратегия». Ведь Победа – величайшее событие ХХ века все еще не получило объективную оценку.

На конференции обсуждалось, как сохранить правду о великой победе. Были названы пути, методы и средства противодействия фальсфикации. В ней участвовали ученые, общественные и политические деятели, участники войны, студенты, преподаватели вузов, учителя. Я тоже выступил с докладом: «Не скрывать правду о войне».

Так вот об учебниках. Преподаватели жаловались, что и в школе и в вузах для изучения темы Великой Отечественной войны отведен минимум часов. Нет в учебниках имен многих героев, на которых выросло не одно наше поколение. Например, Зои Космодемьянской. Развенчивание героев – опасная тенденция.

А в одном из учебников истории под редакцией некого Филиппова, Сталин назван «эффективным менеджером ХХ века»! Смогут ли наши школьники адекватно ответить на эти выпады?

Вполне оправданы, на мой взгляд, высказанные участниками конференции предложения о пересмотре или подготовке новых учебников по военной истории, к противодействию выходу в свет материалов, в которых содержится заведомая ложь и фальсификация истории России. Молодое поколение надо учить любить не пепси, а свою Родину.

- Но давайте вернемся к послевоенному периоду. Вы сказали, что американцы и англичане после окончания войны вдруг стали резко критиковать нашу страну, нашу победу, нашу армию. И это после братания на Эльбе, после восторженных слов президента Рузвельта о Красной Армии и русском народе?

- Фальсификация истории – всегда политический заказ. Рузвельт умер 12 апреля сорок пятого. Президентом США стал Трумэн, ярый антисоветчик, антикоммунист, автор концепции холодной войны, сторонник создания НАТО. Антисоветизм с его приходом к власти стал официальным курсом Соединенных штатов.

Еще в 1945-ом шеф ЦРУ Аллен Даллес писал: «Мы бросим все, что имеем – на оболванивание и одурачивание русских людей. ...мы незаметно подменим их ценности на фальшивые и заставим в это верить. Как? Мы найдем своих единомышленников, своих союзников и помощников в самой России. Эпизод за эпизодом будет разыгрываться грандиозная по своему масштабу трагедия гибели самого непокорного на земле народа, окончательного, необратимого угасания его самосознания!»

- А ведь они были нашими союзниками...

- По словам Сталина, сказанным еще до войны, «...сионизм, рвущийся к мировому господству, будет мстить нам за наши достижения, потому что рассматривает Россию как варварскую страну и как сырьевой придаток».

- Ну да, а тут эти варвары - солдаты Красной Армии, по словам другого нашего союзника, премьера-министра Черчилля «...выпустили кишки из германской военной машины. И теперь угрожают миру». Значит, такую страну надо уничтожить любыми методами.

- По сути дела, это стало программой политики США на весь послевоенный период. Америка поставила задачу стать властелином мира.

- И выходит, первым, того не ведая, стал помогать американцам Хрущев? Он же начал с разоблачения культа личности Сталина. И убедил многих, что вождь - тиран, душивший народ репрессиями...

- А сам он разве не участвовал в этих репрессиях? Да у него самого руки были по локоть в крови! Вот и постарался все свалить на Сталина, отводя удар от себя. Никто репрессии не оправдывает. Но сваливать на Сталина только все плохое и замалчивать хорошее – это несправедливо.

- Между прочим, даже его враги отмечали, кажется тот же Черчилль сказал: «Сталин принял страну с сохой, а оставил с атомной бомбой».

- Он еще говорил: его влияние на людей неотразимо. Когда Сталин входил в зал Ялтинской конференции, все мы словно по команде вставали и, странное дело, почему-то держали руки по швам.

А знаете, сам Сталин предвидел, что могут наступить времена, когда его оппоненты попытаются учинить над ним расправу. Посол СССР в Швеции Александра Коллонтай сохранила некоторые фрагменты довоенной беседы со Сталиным в ноябре 1939 года. Он ей еще тогда сказал, что многие дела нашей партии и народа будут извращены и оплеваны прежде всего за рубежом и в нашей стране тоже. «И мое имя тоже будет оболгано, оклеветано. Мне припишут много злодеяний», - подчеркнул Сталин.

- Просто вещие предсказания! Но ведь его не так уж и напрасно все-таки обвиняют в излишней жестокости. Даже во время войны.

- Вы имеете в виду приказ: «Ни шагу назад»? Да, нарком обороны потребовал любой ценой остановить продвижение фашистских орд. Предусматривались самые строгие меры ко всем, кто проявит в бою трусость и малодушие. А что было делать? Отступать до Урала? Были и такие настроения. Нет, прав был политрук-панфиловец Клочков: велика Россия, а отступать некуда, позади Москва!

- После Сталина Хрущев взялся за Жукова.

- Разве могли мы себе представить в сорок первом, что пройдет чуть больше десяти лет, и полководца, который уберег Москву от ворогов и обратил их в бегство, будут распекать на своей партийной планерке Хрущев на пару с Брежневым!

- Ходят слухи это, мол, за то, что Георгий Констанинович не поприветствовал Хрущева стоя в Большом театре...

- Так или иначе, но в чем только не обвинял он Жукова! В том числе – в отрыве от народа.

- Наверное, очень его боялся. Поэтому и спровадил подальше от столицы.

- Георгию Константиновичу мстили соратники Хрущева за его талант, независимость, смелость, стойкость. Мстили даже когда он ушел из жизни – памятник великому полководцу поставили через 20 лет после его смерти.

- А вам не кажется, что именно Хрущев выпустил «джина из бутылки»? Именно с его подачи начались события в Венгрии, Польше,Чехословакии... И стали хулить наших полководцев, нашу армию, нашу победу.

- Хочу рассказать один эпизод. Мы везли ракеты на остров Свободы - спасать кубинскую революцию. Капитан нашего судна «Победа» Иван Михайлович Письменный во время откровенной беседы вдруг мне сказал: «Одна мысль меня постоянно гложет. А вдруг разворуют нашу Победу? Кто на мелочный успех, а кто на карьеру. Мы нашу Победу не храним». Я тогда ответил ему: «Не беспокойся, капитан, не растащат! Выдюжим, дошли все-таки до Берлина!». А капитан, как оказалось, не напрасно беспокоился.

Фальсификаторы всех мастей (Жуков их попросту называл «брехунами») через критику Сталина открыли путь для развенчания подвига советского народа в годы борьбы с фашизмом.

- А с появлением вождя перестройки и гласности, развалом Советского Союза были вообще снесены все преграды!..

- Некоторые представители новой власти ради своей карьеры изо всех сил стремились оболгать Россию, ее полководцев. Тот же Гавриил Попов высказался о Жукове: «Какой он полководец, если даже не имел академического образования!» Брусилов, между прочим, тоже не имел. Однако в Первую мировую совершил знаменитый Брусиловский прорыв. Кроме него такого подвига никто не совершил. И Жуков побеждать умел!

В угоду Западу высказался и академик Яковлев, между прочим, бывший стажер Колумбийского университета в США: «...никакой победы не было, были сплошные поражения, воевать мы не умели с начала и до конца войны». А как же тогда смогли дойти до Берлина? И взять его? «Демократы» лгут, что мы, якобы, за Берлин положили миллион человек. Снова приведу цифры: наши три фронта, в которых было 1.906.200 человек, потеряли в Берлинской операции 78.291воина.

Тот же Попов спрашивает, а зачем мы пошли в Европу? Надо было освободить свою территорию, а уже дальше – это оккупация. Назвал преступлением освободительную миссию Красной Армии.

Кто же тогда коричневую чуму должен был уничтожить? Почему Александр I в 1814 году вошел в Париж, почему Суворов в свое время вошел в Берлин? Их оккупантами не называли.

Есть еще правозащитник Лукин, бывший посол в США. Сын репрессированных родителей, он вообще отрицает роль Сталина в войне. Победил, мол, народ. Но народ и армия едины. А кто ими командовал?

Подобную теорию мне как-то высказал и мой знаменитый сосед - Иннокентий Михайлович Смоктуновский. Мол, наши легендарные полководцы могли действовать на фронте и без подсказки Сталина.

Я не стал тогда читать лекцию бывшему сержанту-разведчику 3-й танковой армии, лишь спросил его: «Зачем нужен режиссер народным артистам в театре?» - «Без режиссера театр не может работать», – ответил Смоктуновский. «Так вот и Верховный Главнокомандующий был в армии и в государстве главным режиссером», - объяснил я.

А если вспомнить войну 1812 года, ведь два десятка наций из Европы не сами пришли к нам, их привел Наполеон, ими он и командовал. Так почему Наполеона в мире признают, а Сталина отрицают?

- Мне довелось побывать в Париже и увидеть там роскошную гробницу Наполеона. И это дань французов полководцу, проигравшему войну России. А у нас все памятники главнокомандующему армии победителей свергли.

- Что памятники!.. Всю страну развалили, назвали империей зла. И до сих пор учиняют расправу над подвигом наших солдат, нашей Победы, нашего народа. Мало того, что на Западе давно пытаются переписать историю Второй мировой войны, умалить роль СССР, приписать победу американцам и англичанам. Так ведь и наши продолжили эту эстафету.

С приходом Ельцина со страниц газет, журналов, экранов телевидения хлынула волна «разоблачений», а попросту - очернения собственной истории: СССР был агрессивен, ничем не отличался от гитлеровской Германии, руководство армии и страны было бездарно, победа одержана благодаря трупам своих солдат, вклад Советского Союза в общую победу – ничтожен по сравнению с заслугами союзников... И до сих «разоблачения» продолжаются. Представляю, что еще будет накануне 70-летия нашей Победы!

- Умные, грамотные люди знают, как все было.

- Да и они засомневаются, если постоянно внушать этот негатив. А подростки? Им что вдолбят, то они и примут. Как угодно можно повернуть мозги ребенку. Разве от большого ума мальчишки рисуют на стенах свастику, выбрасывают руку в фашистском приветствии? Молодежью надо заниматься. Учить, воспитывать. В том числе и кавказской молодежью, тогда не будет террактов в Москве и в других городах. Сейчас умами юношей и девушек с Кавказа явно занимаются те, кому заказано развалить теперь и Россию. Они умело манипулируют сознанием этой молодежи. А что делается в ответ?

- Знаете, сейчас появляются очень хорошие патриотические фильмы про войну. Правда, их немного. Но то, что они выходят на экраны, - радует и вселяет надежду на лучшее.

- Хорошо бы. Иначе у нашей молодежи сформируется комплекс исторической неполноценности и негативизма ко всему советскому периоду. Это окончательно развяжет руки всяким фальсификаторам истории, которые хотят пересмотреть геополитические итоги войны.

- Чтобы отнять у России ее статус державы-победительницы? Ведь он дает ей право входить в пятерку несменяемых членов Совета Безопасности ООН и влиять на ход международных отношений.

- К сожалению, американцы присвоили себе право без всяких согласований делать в мире то, что считают нужным. Разбомбили Югославию, захватили Ирак, стали бомбить Ливию... И все под лозунгом защиты прав человека и установления демократии. Кому нужна такая демократия?

- А от России требуют покаяния и возмещения ущерба за так называемую оккупацию.

- И некоторые уже извиняются. Например, наш патриарх Алексий II в свое время извинился перед немцами в евангелическом соборе Берлина. Вот его слова: « ...не можем умолчать мы о том, что тоталитарный режим, установившийся после падения нацизма в Восточной Германии и принесший страдания многим немцам, пришел на эту землю именно из нашей страны, а многие мои соотечественники поддержали его своими неправедными деяниями. За это я ныне прошу у вас прощения от имени многомиллионной и многонациональной паствы».

А вы помните, чтобы хоть один канцлер Германии, прибывая в Россию, извинился перед русскими за те страдания, которые перенес русский народ в годину борьбы с фашизмом? Что же мы занимаемся самоунижением?

- У вас были непростые отношения с Горбачевым, Ельциным. Вы полтора года сидели в «Матросской тишине».

- Я считал, что подписание новоогаревского договора – неконституционно. 17 марта 1991 года народ дружно проголосовал за сохранение СССР, и вдруг Горбачев предлагает проект договора, в котором идет речь уже о суверенных государствах. То есть, несмотря на то, что народ хотел сохранить свою страну, президент постарался ее развалить. У меня сохранилась газетная вырезка с проектом Союзного договора, где рукой генерала Варенникова написано: «Не могу одобрить. Это не договор, а приговор Советскому Союзу».

Распад великого государства! Когда это случилось, с телеобращением к американскому народу выступил президент США Джордж Буш. «Советского Союза больше нет. Это – победа нравственной силы наших ценностей...» Сбылась давнишняя мечта Даллеса и вашингтонской администрации.

Я и мои единомышленники выразили возмущение по поводу развала СССР, потребовали от президента ввести чрезвычайное положение. А нас причислили к изменникам Родины, посадили за решетку.

Мне, фронтовику, пытались доказать так называемые следователи мою вину перед моим Отечеством. «Вы не осознали всей тяжести совершенного преступления». Я ответил: «Хуже преступления, чем развал Союза, придумать невозможно».

Я присягал своей Родине еще в 1941 году. А присягу принимают только один раз. Как я мог нарушить ее?

Нелепость предъявленного нам обвинения позже увидели и сами его творцы.

- Правда, что у вас у всех после ареста отобрали награды? В том числе и боевые?

- Правда. В связи с этим расскажу трогательный эпизод. Когда пришли за наградами генерала Варенникова, его жена Елена Тихоновна – фронтовичка, которая прошла боевой путь вместе с Валентином Ивановичем, отдала и свои ордена, сказав: «Пусть они жгут вам руки».

Мои награды тоже забрали. А вот маршальскую звезду, которая хранилась на работе, генерал-полковник Ивашов, в ту пору управделами Министерства обороны, не отдал. Леонид Григорьевич сказал: «Не имеете права забирать. Для изъятия нужно решение Верховного Совета». Незаконно было отбирать и награды. Только суд мог вынести такое решение. Потом их вернули.

- Сколько всего у вас наград? Хотя бы орденов?

- Как-то не считал. Ну давайте посчитаем вместе: Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной войны, «За службу Родине в вооруженных силах СССР», два ордена Ленина, Октябрьской революции, есть иностранные ордена, например, кубинский Че Геваре... Медали считать не будем, их много.

- Одну, Дмитрий Тимофеевич, обязательно посчитаем – золотую медаль за окончание академии имени Фрунзе. А еще вы забыли назвать орден Почета, который вам вручил президент Путин после вашего освобождения из тюрьмы. Эта награда – прощение за события в 91-ом?

- Он вручил мне этот орден по случаю моего 80-летнего юбилея. Не стоит здесь искать еще какую-то политическую подоплеку. А в честь моего 85-летия президент Медведев вручил орден «За заслуги перед Отечеством».

- Вы просидели в тюрьме полтора года. Не жалеете сейчас, что тогда поддержали ГКЧП? Ведь вас объявили преступником, заклеймили, подорвали здоровье...

- Жалею, что мы все-таки не смогли сохранить страну. А насчет того, что заклеймили – знаете, сколько писем в свою поддержку я тогда получил?

- Представляю. Ведь почти 80 процентов населения страны проголосовало за сохранение СССР.

- Я был тронут, когда получил телеграмму от актера Ивана Герасимовича Лапикова, он пожелал мне бодрости духа и не сдаваться. Прислал письмо поэт Алексей Марков с самыми добрыми пожеланиями. Пришла телеграмма из Норильска от незнакомого человека: «Мужайтесь беде не брошу – Владимир – в миру Сипаренко Владимир Сергеевич». По всей вероятности, это один из многих служителей православия, которые всегда были за единство Отечества. Я по сей день благодарен ему.

- Слышала, что к вам в тюрьму приходила Людмила Зыкина?

- Я тогда был в госпитале. Там отметил и очередную годовщину Октября и свой день рождения. Меня навестили родные и близкие и приехала Людмила Георгиевна. Было очень приятно ее видеть.

А еще хочу процитировать в связи с вашим вопросом весьма любопытное послание в тюрьму из Минска, написанное на полях газеты «Мы и время». «Товарищи Язов и Крючков! Прошу извинения, под рукой нет бумаги. Я водитель автобуса и, перевозя пассажиров, знаю их настроение. Если вы сообщники Горбачева по ГКЧП, тогда вас надо судить. Если вы патриоты Советского Союза, то тогда тоже должны год отсидеть: имея такую силу и возможность, не довели дело до конца. А теперь страдает нищий, обездоленный народ. Развал Союза и последующая либерализация цен, анархия привели народ в ужас. Мужайтесь!»

Так что, отвечая на ваш вопрос, хочу повторить: жаль, что нам не удалось сохранить Советский Союз.

- Дмитрий Тимофеевич, как вам ни позвоню утром, вы уже на службе. Не слишком ли много работаете для своего почтенного возраста?

- Да вот работаю... И пишу.

Маршал верен себе, он пишет о войне. Только правду.

Доброго вам здоровья, Дмитрий Тимофеевич!