Следственный комитет и ФСБ задержали сразу трех руководителей дочерней структуры «Газпрома» Алексея Миллера. Если утвержденная следствием версия подтвердится в суде, то главным режиссером этой постановки может оказаться далеко не кто-то из «прокачанных» обвиняемых.
Слишком много для случайности
Главное следственное управление Следственного комитета России по Москве возбудило уголовное дело по части 6 статьи 290 Уголовного кодекса – получение взятки в особо крупном размере.
Фигурантами стали сразу трое: заместитель генерального директора по корпоративной защите ООО «Газпром энергохолдинг» Игорь Моисеенко, генеральный директор ООО «ГЭХ закупки» Игорь Мазин и заместитель генерального директора этой компании по закупкам и логистике Алексей Чубшев.
«Газпром энергохолдинг» является крупнейшим владельцем электроэнергетических активов в России. В группу под кураторством Алексея Миллера, входят 77 электростанций общей установленной электрической мощностью около 36 ГВт и тепловой мощностью более 75 тысяч Гкал/ч. Кроме того, структура управляет предприятиями АО «Газпром теплоэнерго», обеспечивающими коммунальную теплоэнергетику в регионах страны.
По версии следствия, именно поставщики этой гигантской системы столкнулись с весьма специфическим пониманием корпоративного партнерства. Следствие считает, что руководители требовали многомиллионные откаты за заключение новых контрактов и дальнейшее покровительство.
Другими словами, огромная государственная энергетическая машина с контрактами на миллиарды рублей. С сидящими в СИЗО людьми, отвечающими за закупки и корпоративную безопасность.
«Куклы» оказались убедительными
Самая необычная часть этой истории выглядит почти как сцена из криминального кино. По данным «Коммерсанта» со ссылкой на свои источники, первым задержали Алексея Чубшева. После этого, как утверждается, он признал вину и согласился участвовать в оперативном эксперименте сотрудников ФСБ.
Далее события развивались по такому сценарию:
• Сначала Игорю Мазину передали 1,5 миллиона рублей настоящими деньгами и муляж еще пяти миллионов.
• Затем Игорю Моисеенко достались те же полтора миллиона настоящих купюр и уже значительно более внушительная бумажная конструкция, изображавшая 36,5 миллиона рублей.
Все действия фиксировались оперативниками: настоящие банкноты были обработаны специальным составом, который проявляется под ультрафиолетом. Получилась своеобразная притча о современной коррупции. Бумага сыграла роль денег настолько убедительно, что в итоге превратилась в реальные уголовные дела.
Суд уже определил первые меры пресечения
Задержания проходили 29 и 30 июля в бизнес-центре «Газпром Энергодом» на проспекте Вернадского в Москве. По данным судебных материалов и публикаций СМИ, фигурантам предъявлено обвинение по части 6 статьи 290 Уголовного кодекса, предусматривающей наказание вплоть до пятнадцати лет лишения свободы и крупные штрафы.
В отношении мер пресечения разные источники приводят различные процессуальные сведения. «Коммерсантъ» сообщал, что Игорь Моисеенко и Игорь Мазин были отправлены в СИЗО, а Алексей Чубшев – под домашний арест. Позднее «Известия», ссылаясь на картотеку Замоскворецкого районного суда Москвы, сообщили, что Моисеенко и Чубшеву избран домашний арест, тогда как Мазин остается под стражей. Вероятно, речь идет о разных стадиях судебного рассмотрения либо уточнении ранее принятых решений.
При этом расследование, судя по официальной информации, только начинается. Следствие проверяет фигурантов на возможную причастность к другим коррупционным эпизодам и устанавливает, могли ли существовать сообщники среди руководства компании.
В самом «Газпром энергохолдинге» ситуацию комментировать отказались.
Пределы одной взятки
Сам факт одновременного появления в уголовном деле сразу трех руководителей одной структуры редко бывает случайностью. Если версия следствия подтвердится, речь идет уже не об индивидуальном эпизоде, а о возможном механизме принятия решений внутри системы закупок. Именно поэтому особый интерес представляет формулировка следствия о проверке возможных сообщников.
Любое расследование о коррупции развивается по простой логике. Сначала появляются исполнители, затем возникает вопрос, существовала ли устойчивая схема. После этого неизбежно возникает следующий вопрос – кто эту схему контролировал или хотя бы не замечал.
Ответов на него пока нет, но тень, как правило, падает выше. Очередь за Миллером? Дойдет ли?
