18+
  1. Разводку завели под крышу

Разводку завели под крышу

Разводку завели под крышу
Как уже сообщал «Век» со ссылкой на электронную газету «Версия», вокруг энергетической компании «Энергострим» разразился скандал. Некоторые эксперты полагают, что в конфликте могут быть замешаны правоохранительные органы. Сегодня в «Версии» опубликован материал с продолжением истории, который «Век» предлагает своим читателям.

Расследование конфликта вокруг компании «Энергострим» продолжается. В распоряжении редакции оказалась копия документа «Сообщение о преступлении» на имя руководителя Следственного комитета России Александра Бастрыкина, написанного бывшим руководителем одной из компаний, входящих в группу «Оптима», – Андреем Фетисовым. В этом письме бывший топ-менеджер «Оптимы» открыто утверждает, что владельцы компании отец и сын Шандаловы при помощи сотрудников правоохранительных органов сфабриковали против него уголовное дело и посадили в тюрьму. Если эти сведения подтвердятся, то получает свои подтверждения озвученная мною версия о том, что на стороне одного из участников корпоративного конфликта выступают высокопоставленные сотрудники правоохранительных органов.

Напомним, речь шла о том, что владельцы группы «Оптима», в частности Андрей Шандалов, в разговоре с руководителями региональных предприятий «Энергострима» открыто говорят, что они контролируют ход уголовных дел. Причем «ситуацию производят» люди, чьи фамилии совпадают с именами высокопоставленных чиновников Генпрокуратуры. И вот сегодня новые аргументы в пользу этой версии. Подробности – в третьей части журналистского расследования.

Уголовная удавка

Но сначала немного предыстории. На известных информационных сайтах в начале сентября было опубликовано письмо генерального директора «Энергострима» Юрия Желябовского, которое было ответом на многомесячную травлю его и топ-менеджеров компании со стороны, как он сам предполагает, владельцев группы компаний «Оптима» – отца и сына Шандаловых. В частности, Юрий Желябовский пишет:

«…Шандаловы бесконечно рассказывали мне раз за разом историю, как они завели уголовное дело и посадили одного генерального директора из их многочисленных компаний. Гордились этим. Говорили, что это в назидание остальным, чтобы слушались. Теперь ясно, что это просто была попытка запугивания.

По таким принципам они и работают. Удавка в виде запугиваний – в идеале уголовное дело, – управляемая с их стороны…»

До определенного момента эти слова можно было ставить под сомнение. Но после публикации материала «Под высоким напряжением» («Наша Версия» № 38 от 01–07.10.2012) ко мне обратился адвокат Гаджи Алиев. Он защищает бывшего директора предприятия «Оптима Энергострой» Андрея Фетисова, которого обвинили в хищении финансовых средств в особо крупных размерах. Судя по всему, речь шла именно об этом человеке, потому что пока никаких других генеральных директоров в «Оптиме» не посадили. В 2008 году Андрей Шандалов лично пригласил Фетисова на должность генерального директора фирмы «Оптима Энергострой», которая занималась строительством инфраструктурных объектов по всей России. Через два года ему предложили уволиться по собственному желанию. А еще через год против него было неожиданно возбуждено уголовное дело по факту хищения средств в особо крупном размере. Фетисова арестовали и поместили в СИЗО. Нужно сказать, Фетисов проработал в отрасли более 20 лет и никогда ни в чем подобном замечен не был. На момент ареста на его иждивении находилось пятеро детей, причем последний родился буквально перед арестом Фетисова.

Летом 2012 года Преображенский суд Москвы признал Фетисова виновным в хищении нескольких десятков миллионов рублей из ЗАО «Оптима Энергострой». После этого Андрей Викторович и написал письмо Бастрыкину. Почему? Потому что он считает, что настоящие преступники остались на свободе. Вот как он об этом сам пишет:

«Сообщаю Вам, что до настоящего времени члены преступной группы (фамилии и имена которых я перечислю под протокол допроса) благодаря намеренному попустительству со стороны следователей СЧ СУ УВД по ЦАО ГУ МВД РФ по г. Москве (названа конкретная фамилия следователя. – Авт.) занимаются хищением бюджетных средств. Я согласен с тем, что лица, входящие в преступную группу, сумели запугать меня и сделать единственным ответственным за те преступления, которые совершили они сами, присвоив бюджетные деньги. И теперь я, как основной и единственный обвиняемый-подсудимый, нахожусь в СИЗО, а похищенные у государства финансовые средства никто не разыскивает, так как они в руках преступников. Где и у кого находятся похищенные деньги, как их вернуть государству, я неоднократно сообщал следователям, но это не входило в круг их интересов. Можно предположить, что члены преступной группы такую задачу, в частности, перед следователем не ставили.

Сейчас, когда я многое передумал и пережил, мне уже нестрашно вступить в борьбу с преступниками, казнокрадами и коррупционерами. Бороться буду потому, что я верю в торжество закона, в поддержку и защиту, которую Следственный комитет России в лице сотрудников управления, занимающихся исключительно вопросами экономики, мне обеспечит.

Я – гражданин и профессионал, проработавший в энергетическом комплексе России почти 20 лет, готов дать показания по вопросам, касающимся преступной деятельности в данной отрасли.

В настоящем сообщении постараюсь кратко проинформировать о действующей схеме хищения бюджетных средств на территории Москвы и Московской области. Документальное подтверждение описанных ниже преступлений, не замеченных СУ УВД по ЦАО ГУ МВД России по г. Москве, в полном объеме содержится в материалах уголовного дела № 62864 (полная копия дела имеется у адвоката)».

Анатомия разводки

Согласитесь, что пока все совпадает с тем, что говорил Желябовский выше. Более того, это совпадает и с предыдущим материалом (см. «Наша Версия» № 38 от 01–07.10.2012) – версией того, что Шандаловы контролируют правоохранителей. Что касается данного конкретного дела, то здесь надо кое-что пояснить. Фетисова арестовали и посадили в связи со строительством энергетической подстанции в микрорайоне Колычево, расположенном в подмосковной Коломне. Микрорайон Колычево – это очень важный объект, самая крупная жилая новостройка Коломны, на сегодняшний день там проживает более трети населения города. Стройка энергоподстанции, за которую и посадили Фетисова, началась еще в 2007 году, на сегодняшний день заморожена. И вот что дальше пишет Андрей Фетисов в письме к Бастрыкину:

«Финансовые средства, выделенные из бюджета на деятельность структурного подразделения Министерства энергетики России ОАО «Московская объединенная электросетевая компания» (далее МОЭСК), выставляются на тендер, который, согласно договоренности между МОЭСК и ООО «Группа компаний «Оптима» (далее ГК «Оптима»), безальтернативно выигрывает дочернее предприятие последней структуры, в данном случае ОАО «Энера Инжиниринг», не имеющее ни людского потенциала, ни производственных ресурсов (фирма-пустышка).

Далее по команде генерального директора ГК «Оптима» из числа своих же «дочек» назначается номинальная фирма – исполнитель государственного заказа в качестве генподрядчика, в нашем случае – ЗАО «Оптима Энергострой». Также ГК «Оптима» единолично подбирается и назначается субподрядчик, на которого возлагаются две задачи – получение денежных средств в качестве аванса якобы для выполнения работ в будущем и увод денег на сторону.

Номинальным руководителем генподрядной фирмы, как правило, назначается специалист из другого региона, заранее приглашенный на перспективную должность и хорошо оплачиваемую работу в Москву (оклад не менее 10 тыс. евро в месяц). В описываемом случае таким лицом являлся я – Фетисов А.В. Несмотря на вроде бы самостоятельную должность генерального директора и его права, определенные уставом коммерческой структуры, по факту я был полностью бесправен: без команды или указаний (обычно устных) от руководства ГК «Оптима» не способен самостоятельно ни заключать договора, ни получать, ни перечислять финансовые средства, ни подбирать субподрядчика, но главное, я нигде не обладал правом даже совещательного голоса.

За получение высокой зарплаты я, как «генеральный директор», был обязан ставить свою подпись, не читая документы, которые передо мной раскладывали руководители головного предприятия (в нашем случае – ГК «Оптима»). После того как финансовые средства в качестве предоплаты по формальному договору, но в соответствии с платежными поручениями уходят в банк «субподрядчика», выдерживается определенный срок, необходимый для окончательного и полного присвоения денег. Никакая работа на объекте, указанном в договоре, в этот период не предусматривается и не осуществляется. Естественно, что сроки не выдерживаются, план «горит» и т.п. Зная истинное положение вещей, ГК «Оптима» делает однозначный «вывод», что на качественное и планомерное ведение работ просто не хватает денег. С таким выводом полностью соглашается МОЭСК, и средства вновь выделяются и перечисляются в никуда.

Обнаружив, что, несмотря на дополнительные затраты, работа на объекте повторного финансирования не продвигается, руководители ГК «Оптима» обрушиваются с претензией и угрозами на номинального генподрядчика, то есть на меня – Фетисова А.В. В ход идут в основном угрозы: от физической расправы на месте до немедленного ареста по любому на их выбор уголовному делу с направлением в камеру с гомосексуалистами и т.п. Запугав и сломав меня полностью, руководители предлагают мне помощь как профессионально непригодному директору. При этом настойчиво требуют поставить подписи на новых документах. После того как я все подписал, руководители обещают, что данные документы «полностью снимают» с меня всю ответственность за невыполненные по договору обязательства.

А далее все идет по отработанной и согласованной со следователями схеме. По прошествии небольшого отрезка времени мне, как «провинившемуся руководителю», гендиректор ГК «Оптима» предлагает уволиться по собственному желанию и заверяет, что претензий ко мне нет и в будущем не предвидится. Не выполненную мною работу якобы завершат другие.

В дальнейшем ГК «Оптима» меня, уволенного, заменяет на другого номинального директора, также представителя периферии. Спустя несколько месяцев руководители ГК «Оптима» якобы «обнаруживают», что работа по договору мною не выполнена и деньги пропали. Вот тогда руководители начинают требовать от нового генподрядчика провести служебное расследование и «обнаружить» подготовленные руководством ГК «Оптима» преступные деяния предшественника, а таковые с признаками мошенничества и хищения вверенного имущества или финансовых средств заведомо не только присутствуют, но и полностью подтверждаются материалами служебной проверки.

Затем материалы служебной проверки, как заявление о преступлении, направляется в правоохранительные органы, где согласно предварительной договоренности с руководством Следственного управления следователь не будет проявлять активность в розыске основных расхитителей бюджетных средств, организаторов и исполнителей, не обратит он внимание и на то, куда ушли деньги. Основной упор в своей работе следователь обязан направить на изобличение меня – лица, исполнявшего временную роль бесправного генподрядчика. Именно на меня необходимо переложить всю ответственность за преступные деяния. Формально кто же, как не я, согласно уставу нашел субподрядчика, подписал договор и заполнил платежные поручения и иные документы, необходимые для совершения преступления. Только похищенные деньги у кого?»

А где деньги, Зин?

Действительно, самый важный вопрос: где государственные деньги? И вот здесь очень важный момент. Согласно протоколу допроса Фетисова, он рассказывает следователю, что МОЭСК направила на строительство объекта «энергосподстанция Колычево» 1 560 000 000 млн рублей. Эти деньги были перечислены «дочке» «Оптимы» – «Энера Инжиниринг» – через дочернюю структуру МОЭСК «ОАО Энергострой». А Фетисову, внимание, было предъявлено в качестве хищения 36 млн рублей. При этом сегодня из открытых источников известно (эта информация также подтверждается материалами следствия), что сумма освоенных средств на строительстве подстанции Колычево не более 150 млн рублей. Пардон, а где остальные миллиард с лишним бюджетных денег?

Вот об этом, согласно материалам суда и следствия, Андрей Фетисов постоянно говорит следователю. Он говорит это на суде, он пишет об этом в своей жалобе на приговор. Об этом говорят также ряд свидетелей. Более того, из материалов уголовного дела известно, что у группы компаний «Оптима» – объединенная бухгалтерия. Право подписи на перечисление денег имели только непосредственные руководители холдинга, то есть деньгами, перечисленными на строительство подстанции в Колычеве, распоряжались только господа отец и сын Шандаловы. Фетисов даже близко к этим деньгам подойти не мог. Но на правоохранителей напала какая-то избирательная слепота и глухота – они видят и слышат избирательно.

И здесь, мягко говоря, очень все непонятно – объект не построен, человек сидит, а денег почему-то нет. У кого они, интересно? Следствие упорно не желает их искать. Оно и понятно, лучше найти пропажу 30 млн рублей и посадить конкретного человека, чем искать пропажу миллиарда! И тогда непонятно – или ты посадишь, или тебя. За такие расследования нашим следователям не поздоровится – это же вся страна знает! Возьмите дело Зайцева хотя бы. Следователь, который расследовал дело «Трех китов», дорасследовался до СИЗО. И поэтому ничего тут не поделаешь, такое у нас следствие. Примем этот факт со смирением, и в следующих публикациях я сам попытаюсь ответить на вопрос: где немереные миллиарды, которые были «Оптиме» выделены из бюджета по десяткам госконтрактов? А пока еще несколько любопытных деталей.

Странные бизнесмены, странные люди

Нужно сказать, что в плане освоения бюджетных средств «Оптима Энергострой» достаточно известная структура на рынке. Например, в прошлом году она попала в отчет Счетной палаты, проверявшей расходование бюджетных денег на строительство особой экономической зоны «Липецк». Бюджет России выделил на строительство инфраструктурных объектов (прежде всего энергетических) на территории ОЭЗ 7 млрд рублей. Одним из основных подрядчиков по строительству энергетических объектов выступила «Оптима Энергострой». При этом неизвестно, вернула ли «Оптима» огромные авансы, которые были ею получены за эти годы. Сейчас я активно занимаюсь расследованием этого дела. Как и других строительных контрактов «Оптимы Энергострой» и «Энеры Инжиниринг», а также других подразделений этой очень странной группы компаний «Оптима». Но об этом в следующих публикациях.

А пока хочу обратить внимание на такой факт. Сегодня Московская объединенная энергосетевая компания продолжает активно сотрудничать с «Оптимой». В частности, только «Оптима Энергострой» (не считая других подразделений Шандаловых) с 2010 года получила новых контрактов от МОЭСК на 4 млрд рублей! Получается, вопреки любой здравой логике после истории с Колычевом они продолжили сотрудничество с «Оптимой». То есть, грубо говоря, вы пригласили в дом мастера установить унитаз, он его тупо пропивает. Но вы послушно живете без унитаза и при этом даете этому человеку в три раза больше денег, чтобы он установил вам ванную. Разве так дела делаются?

Но почему же МОЭСК так себя ведет? У меня есть некоторые предположения, которые тоже тянут на сенсацию. Летом этого года головная компания холдинга «Энергострим» была фактически захвачена рейдерами. И генеральным директором был назначен некто Смородин – человек совершенно неизвестный в отрасли. Каково же было мое удивление, когда я обнаружил этого господина в качестве бывшего руководителя Московской инвестиционно-трастовой корпорации (МОИТК). Эта структура активно звучала в прессе в связи с исчезновением бюджетных средств из бюджета Подмосковья, а также в связи с делом министра финансов Московской области Кузнецова. Так вот, МОИТК и МОЭСК являются основными учредителями фирмы (упоминаемой выше ОАО «Энергострой), через которую и осуществлялось основное финансирование строительства подстанции Колычево. Как мы считаем, через нее уходили деньги в «Оптиму», а теперь туда ушел и сам Смородин, после того как его патрон Кузнецов сбежал за границу.

Возвращаясь же к основной теме, можно только констатировать, что завеса над истинным лицом «Оптимы» начинает приоткрываться. И лично мне, честно говоря, очень не понятно, как, имея столько грязного белья и скелетов в шкафу, эти бизнесмены решились на такие публичные корпоративные разборки? Это как минимум недальновидно. И вообще, что это за бизнесмены такие – имея столько жирных государственных контрактов, они все время в убытке? Из открытых источников известно, что у «Оптимы», так сказать, главное стационарное состояние – плохое финансовое состояние, то бишь долги. Куда они тратят такую ненормальную кучу денег? На «БМВ» Джеймса Бонда, которым владеет Андрей Шандалов, или интерьеры, которым могла бы позавидовать английская королева? Журнал «Салон» посвятил несколько разворотов убранству коттеджа Шандалова-младшего – с роскошно отделанным итальянским дизайнером крытым бассейном, библиотекой, бильярдной, домашним кинотеатром…

Что это за люди такие? Имея огромные состояния, посадить больного человека, отца пятерых детей, и еще публично хвастаться этим? Очень странные бизнесмены и сами понимаете какие люди. В любом случае мое расследование продолжается.