"Как можно было утащить кассеты, которые принадлежали частично пресс-службе, частично службе безопасности президента, и при этом считать, что это личная собственность оператора?" – недоумевает Шевченко.
"Даже если это не подлинники, а копии - все равно это, во-первых, нарушение подписки о неразглашении, и во-вторых, это как минимум нарушение служебной этики работника безопасности", - отметил он.
"Операторы и фотографы, работавшие с президентом, являются работниками службы безопасности. Они работали на государственной аппаратуре, и все материалы отснятые должны были сдавать", - пояснил Шевченко.
