Несмотря на беспрецедентные меры мировых держав, ситуация на энергетических рынках продолжает ухудшаться из за военного конфликта в регионе Персидского залива. По данным Международного энергетического агентства (МЭА), ежедневные потери предложения «черного золота» достигли критических значений, а краткосрочные инструменты стабилизации, включая рекордные вливания из резервов, не способны восполнить образовавшийся дефицит.
Корреспондент Associated Press Кэти Буссевиц сообщает, что мировые лидеры задействовали практически все доступные рычаги для сдерживания роста цен. Коалиция из 32 стран под эгидой МЭА инициировала крупнейшее в истории агентства высвобождение аварийных запасов объемом 400 миллионов баррелей. Администрация США задействовала Стратегический нефтяной резерв, а также прибегла к временной отмене ограничений в отношении поставок из России и Ирана. Кроме того, было приостановлено действие Закона Джонса, требующего использования судов под американским флагом для каботажных перевозок.
Однако эти усилия не привели к желаемому результату. Цена на нефть уверенно закрепилась выше отметки 100 долларов за баррель, а стоимость галлона бензина в США достигла в среднем 4,14 доллара. Эксперты в области энергетики, опрошенные агентством, сходятся во мнении, что объем принимаемых мер критически недостаточен для компенсации масштабов кризиса.
Блокировка главной артерии
Основной причиной дефицита стала фактическая остановка работы Ормузского пролива. До начала активной фазы конфликта через этот узкий морской коридор ежесуточно проходило около 20 миллионов баррелей сырой нефти и нефтепродуктов, что составляло примерно пятую часть мирового потребления. В настоящее время танкеры с сырьем заблокированы, а военные удары повредили ключевые элементы инфраструктуры, включая нефтеперерабатывающие заводы, трубопроводы и экспортные терминалы.
Ситуацию усугубляет тот факт, что некоторые нефтедобывающие страны Ближнего Востока вынуждены приостанавливать добычу. Их резервуары для хранения переполнены, так как отгрузить готовое топливо из зоны боевых действий не представляется возможным. По оценкам МЭА, это привело к дополнительному изъятию с рынка около 10 миллионов баррелей в день.
Особую тревогу аналитиков вызывает паралич системы коллективного регулирования. Как пояснил научный сотрудник Института Бейкера при Университете Райса Джим Крейн, восемь стран Персидского залива владеют половиной мировых запасов нефти. Обычно в кризисной ситуации Саудовская Аравия наращивает добычу, чтобы насытить рынок и успокоить цены. Однако сейчас все свободные мощности этого региона оказались заперты в зоне конфликта.
«Основная система реагирования на чрезвычайные ситуации, которой мы располагаем, также заблокирована», цитирует издание слова Крейна. В отчете МЭА подчеркивается, что возобновление транзита через Ормузский пролив является наиболее важным шагом для восстановления стабильности.
Ограниченность временных решений
Отчаянные попытки найти обходные пути приносят лишь ограниченный эффект. Саудовская Аравия использует трубопровод Восток Запад, ведущий к Красному морю, для прокачки около 5 миллионов баррелей в сутки. Однако, по словам эксперта Фонда исследований энергетической политики Майкла Линча, этот маршрут и так был загружен, и его пропускная способность не позволяет решить проблему в полном объеме.
Решения американской администрации, касающиеся изменения санкционной политики, также вызывают вопросы у профильных специалистов. Как отмечает старший научный сотрудник Колумбийского центра глобальной энергетической политики Дэниел Стернофф, снятие ограничений с примерно 140 миллионов баррелей иранской нефти, уже находящейся в пути, не добавляет нового объема на рынок, а лишь меняет покупателей. Ранее это сырье со скидкой приобретали частные китайские НПЗ. Теперь же, при допуске других стран, цена может вырасти, что сыграет на руку Тегерану.
«Как только вы начинаете отменять санкции в отношении своего противника, с которым ведете военный конфликт, чтобы сделать что то в его интересах, это просто показывает, что у вас заканчиваются варианты предотвращения роста цен на нефть», прокомментировал ситуацию Стернофф.
Более обнадеживающим выглядит решение по российской нефти. По мнению экспертов, отмена ограничений позволит вывести на рынок те объемы, которые долгое время хранились в танкерах, не находя покупателя. Что касается временного отказа от Закона Джонса, позволяющего иностранным судам перевозить грузы между портами США, то аналитики ожидают, что это поможет снизить цены на природный газ для потребителей в Новой Англии, но на стоимости бензина это практически не скажется.
Почему США не могут заменить Ближний Восток
В обществе часто возникает вопрос, почему крупнейший производитель нефти, коим являются Соединенные Штаты, не может нарастить добычу, чтобы закрыть образовавшуюся воронку. Как пояснил профессор Техасского университета A&M Марк Барто, для восполнения глобального дефицита США пришлось бы почти удвоить объемы добычи. «Мы не смогли бы бурить скважины с такой скоростью, даже если бы захотели» - заявил он.
Кроме того, существует технологическое препятствие. Около 70 процентов американских нефтеперерабатывающих заводов спроектированы под переработку тяжелой, высокосернистой нефти. Однако основная часть добычи в самих США это легкая, малосернистая нефть, полученная в эпоху сланцевой революции. Как следствие, по данным отраслевых ассоциаций, лишь 60 процентов сырья на НПЗ страны является отечественным. Перестройка заводов потребует миллиардов долларов и длительных остановок производства, что в краткосрочной перспективе лишь спровоцирует новый скачок цен на топливо.
Экономические риски также сдерживают нефтяников. Инвесторы опасаются вкладываться в долгосрочное развитие скважин, реагируя на конъюнктурный скачок. Как отмечает Майкл Линч, никто не хочет запускать все буровые установки сейчас, если через неделю после окончания войны цена обрушится на 20 долларов.
«Многое зависит от того, как долго это продлится. Если это затянется еще на шесть недель, у нас возникнут серьезные проблемы», резюмировал эксперт. В текущих условиях мировые державы продолжают искать способы высвободить дополнительные объемы, однако признают, что заменить стабильную работу Персидского залива в краткосрочной перспективе невозможно.
