«Я выжил и буду бороться за других»: откровенное интервью с ливийским пленником Максимом Шугалеем

«Я выжил и буду бороться за других»: откровенное интервью с ливийским пленником Максимом Шугалеем
Фото: http://shugaley.ru
«Я выжил и буду бороться за других» – эта фраза стала девизом Максима Шугалея, который дал большое интервью во время своей недавней командировки в Республику Коми.

Социолог Максим Шугалей возглавил Фонд защиты национальных ценностей (ФЗНЦ) 9 февраля 2021 года. Основная задача фонда – отстаивать права россиян во многих горячих точках нашей планеты. Сам Шугалей не понаслышке знает, как тяжело оказаться в чужой стране без защиты. В Ливии в мае 2019 года социолога вместе с его переводчиком захватили террористы и удерживали в тюрьме «Митига» 18 месяцев. После освобождения целью своей жизни Шугалей сделал помощь другим россиянам, попавшим в беду за границей. В интервью Елены Красильниковой в передаче «Детали. Откровенное» он рассказал, что помогло ему выжить в нечеловеческих условиях, и как поменялось его мировоззрение после освобождения.

В СМИ за Шугалеем закрепилось амплуа героя, хотя он себя таковым не считает: «Я не герой, я попал в эту ситуацию и если людям нужен герой, они его сделают. Наверно, есть востребованность сейчас у нас в обществе. Что такое герой, мне сложно судить, я пытался выжить, пытался вернуться домой».

Человек, переживший ужас, хочет поскорее его забыть и наш герой – не исключение. Именно безусловная поддержка со стороны близких помогла Шугалею пережить последствия ливийского плена.

Реклама на веке
Как разместить

«Семья мне очень помогает восстанавливаться. Стараюсь больше встречаться с близкими людьми, которые по жизни мне близки, и с которыми судьба разлучила. Пытаюсь наверстать время, общаюсь, с кем не могу встретиться, общаюсь в сети», – рассказал президент ФНЗЦ.

В моменты отчаяния в тюрьме, вспоминает Шугалей, он очень переживал, как за время его отсутствия сложатся отношения с младшим сыном, которому сейчас 10 лет.

«Были периоды отчаяния, но я верил, что смогу вернуться, за исключением первых месяцев, они были напряженными, речь шла о выживании. Я больше всего боялся, что когда я уже вернусь, понятно, что дети растут быстро, у них все происходит быстрее, и потеряется коммуникация, потеряется связь из-за того, что сын сильно повзрослеет. Я очень переживал… когда я уезжал в Ливию, я его отвел в первый класс, а когда приехал, он в третьем был уже», – поделился Шугалей.

По словам социолога, работа в Фонде защиты национальных ценностей – своеобразная реабилитация после всех событий, которые с ним произошли. В заточении происходит переоценка ценностей, многое теряет смысл, остается только важное. У него появилось желание помочь соотечественникам, которые попали в беду.

«Я понимаю, что вряд ли скоро забуду весь ужас ливийского плена, но я нашел для себя способ справиться с, порой, гнетущими воспоминаниями. Я буду помогать своим соотечественникам, которые оказались в чужой стране, словно, в капкане. Буду бороться за каждого, кто находится в нечеловеческих условиях и ждет помощи от своего государства. Ведь я, как никто понимаю этих людей», – объясняет социолог.

Напомним, во вторник, 2 марта, Максим Шугалей в личном аккаунте в Facebook прокомментировал обвинения ФБР в адрес 12 россиян и бизнесмена Евгения Пригожина.

Реклама на веке
Как разместить
Greensill Capital на грани банкротства из-за замораживания фондов На стене Редингской тюрьмы, где сидел Оскар Уайлд, появилось граффити в стиле Бэнкси
Нецензурные и противоречащие законодательству РФ комментарии удаляются