18+
  1. Жернова «местных»

Жернова «местных»

Комментируя недавние «веерные» отставки глав российских регионов, президент Дмитрий Медведев резонно объяснил эти кадровые замены неэффективной работой ряда губернаторов в условиях кризиса.

Однако последующие назначения приоткрыли еще одну, неафишируемую, сторону президентской политики. Во всех без исключения регионах губернаторов-аборигенов сменили «чужаки» - управленцы из других земель. Логика президента понятна: такие руководители не имеют обязательств перед представителями местного бизнеса и политических кланов. Соответственно они имеют возможность проводить независимую, а главное, эффективную политику, не боясь ущемить чьи-то сформировавшиеся в регионе сугубо частные интересы.

Между тем, как показывает практика последних лет, таким «независимым» руководителям приходится сталкиваться в своей деятельности с яростным сопротивлением так называемых «местных элит». Пройти эти жернова суждено не каждому чиновнику. Наглядный тому пример – история бывшего иркутского губернатора Александра Тишанина и его заместителя Сергея Воронова, который вот уже 17 месяцев сидит в Новосибирском СИЗО по совершенно надуманному, сфабрикованному делу.

Медвежья шкура для олигарха

Тезис о «равноудаленности олигархов» принято считать внутриполитической доктриной и главным достижением Владимира Путина, сумевшего за восемь лет правления действительно дистанцировать крупный бизнес от власти. Так, во всяком случае, казалось до недавних пор.

Но вот одна за другой следуют громкие отставки губернаторов, и все чаще в роли главных комментаторов выступают представители старых региональных элит – владельцы ведущих региональных предприятий, банков, строительно-инвестиционных компаний и т.д., – а проще говоря, олигархи, возникшие на волне дикой приватизации начала и середины 90-х. Освоив науку политической мимикрии и став все как один видными «единороссами», они получили возможность легально влиять на власть, даже не влиять, а формировать эту власть, что называется, под себя. Разумеется, как «верные путинцы» и члены партии власти, они не смеют ставить под сомнение кандидатуры новых губернаторов, предлагаемые президентом, и, располагая абсолютным большинством голосов почти во всех региональных заксобраниях, легко эти кандидатуры поддерживают.

Затем для вновь избранных (а де-факто назначенных) губернаторов наступают «веселые» времена. Те, кто «ломается» под прессингом местной элиты и начинает выстраивать с ней «конструктивные отношения», обречены в глазах федеральной власти на неуспех: ведь коренным образом изменить ситуацию в регионе при таком подходе невозможно, а именно этого ждет от нового губернатора президент, причем в самые сжатые сроки.

Те же, кто проводит свою политику, не считаясь с интересами местных «авторитетов», как правило, становятся жертвами интриг.

Именно так произошло с губернатором Иркутской области Александром Тишаниным, который за два года правления сумел увеличить региональный бюджет вдвое, привлечь 200 млрд. инвестиционных рублей, на четверть снизить уровень безработицы, - и, тем не менее, был отправлен в отставку под восторженное улюлюканье депутатов областного ЗАКСа.

Антикризисные меры Тишанина затронули интересы такого количества «больших людей», что на алтарь его отставки были брошены немалые силы и административные ресурсы олигархов, включая связи в правоохранительных органах и в непосредственном руководстве здешнего федерального округа. Впрочем, сам Тишанин, на первый взгляд, покинул должность в итоге бескровно и даже с неплохими шансами на дальнейшее продвижение по карьерной лестнице: ему был предложен пост заместителя президента ОАО «РЖД».

А вот для самого верного и решительного члена его команды - Сергея Воронова - эта борьба «элит» против губернатора обернулась личной трагедией. Более полутора лет бывший вице-губернатор – чиновник высшего ранга, вошедший в команду Тишанина с подачи президента РЖД Владимира Якунина, - находится в Новосибирском СИЗО №1. Причем, долгое время содержали Воронова в так называемом «крытом режиме» - с убийцами и бандитами-рецидивистами в полуподвальной камере, где вместо четырех положенных по закону квадратных метров на человека приходятся 0,5. То есть, в 9-метровой камере сидят 16 заключенных.

Обвиняют Воронова в растрате денег предприятия, которым он никогда не руководил, и в легализации средств, потраченных на… организацию Байкальского Экономического форума (БЭФ). Причем, обвинений этих могло и не быть, если бы Сергей Воронов в свое время смалодушничал, поддался на уговоры следователя и дал показания против своего шефа – губернатора Тишанина. Но вице-губернатор оказался человеком порядочным, за что и поплатился.

Умники и дороги

Искать тех, кому была неугодна деятельность губернатора Тишанина и его заместителя Сергея Воронова, долго не нужно. Достаточно сказать, что, получив в свое ведение бюджетно-финансовый блок вопросов в администрации Иркутской области, вице-губернатор Воронов первым делом стал выбивать недополучавшиеся ранее налоги. Одной только компании «Русский алюминий» с его приходом пришлось раскошелиться на 1,2 млрд. «лишних» рублей. Именно столько «Русал» ежегодно недоплачивал областному бюджету.

Еще одним «пострадавшим» от решительных действий администрации Тишанина стал тандем предприятий Ангарский нефтехимический комбинат - «Саянскхимпласт». АНХК, ранее принадлежавший «ЮКОСу», а теперь «Роснефти», еще с 90-х годов поставлял «Саянскхимпласту» сырье по заниженным ценам, минимизируя подобным образом налоговые платежи, – известная древняя схема. Требование губернатора привести ценовую политику в соответствие с рыночными реалиями, разумеется, не устраивало ни ту, ни другую сторону.

Позже, когда Тишанин все-таки уйдет в отставку, иркутские политтехнологи скажут: «Не сумел договориться с местной элитой». И эту бессмысленную, по большому счету, фразу подхватят многие федеральные газеты и журналы, - как главное объяснение причин ухода иркутского губернатора. Сергей Воронов, который уже находясь в заключении, сумел через адвоката ответить на вопросы иркутского журналиста, комментирует это так: «О чем он [Тишанин] должен был с ней [«местной элитой»] договариваться? О том, что не нужно платить налоги в бюджет? В чем тогда смысл государственной власти в регионе?»

Недовольными деятельностью «новой старой» администрации оказались и высшие милицейские чины. Ведь именно им устроил публичный разнос Александр Тишанин, обвинив руководство ГУВД в рекордном для Сибири количестве аварий на дорогах области. Недовольные олигархи, депутаты, распределившие между собой сферы влияния на самые доходные отрасли в регионе, плюс затаившие обиду силовики, – перед таким альянсом, согласитесь, устоит не каждый губернатор.

Дело же самого Воронова, точнее, та зацепка, которая позволила законникам упрятать его в СИЗО, тоже косвенным образом связано с дорогами – 42 млн. рублей, растрату которых инкриминируют Воронову, были списаны со счетов областного государственного унитарного предприятия «Дорожная служба Иркутской области» (ДСИ). Причем, ни для следствия, ни для руководителя ДСИ Виктора Бушуева, арестованного незадолго до Воронова, не секрет, куда именно ушли эти деньги: они были направлены на погашение обязательств перед кредиторами, профинансировавшими организацию IV БЭФ. Если согласиться с нецелевым использованием средств, то ответственность за это должен нести непосредственный руководитель предприятия, обладающий правом финансовой подписи, то есть, Бушуев. Но каким образом к делу был притянут вице-губернатор Воронов, да еще с такими нелепыми обвинениями, как растрата и легализация? Чтобы ответить на этот вопрос, нужно заглянуть в историю ДСИ, и ознакомиться с деталями самого следственного процесса.

Вижу цель!

ОГУП «ДСИ» долгие годы висело ярмом на шее областного бюджета. Ни разу с момента создания в 1998 году предприятие не показало положительный годовой баланс, работая с миллионными убытками. Разумеется, придя к власти в проблемном регионе, Александр Тишанин начал планомерно увольнять неэффективных менеджеров госпредприятий, в число которых попал и бывший директор ДСИ Сергей Мутовин.

Характерная деталь: сегодня уволенный директор является депутатом областного Законодательного собрания и видным деятелем регионального отделения «Единой России».

После отставки Мутовина ДСИ впервые за 9 лет своего существования удалось показать прибыль – по итогам 2007 года она составила порядка 20 млн. рублей. И в мае этого же года на имя Генерального прокурора РФ поступила анонимка, авторы которой обвиняли нового директора ДСИ Виктора Бушуева в присвоении 42 млн. рублей из бюджета предприятия. То есть, повод к расследованию, как в старые недобрые времена, был дан анонимным письмом!

А в июле 2007 года в Иркутск по делу ДСИ приехал заместитель начальника Оперативно-розыскного бюро Главного Управления МВД по Сибирскому Федеральному округу полковник милиции Виктор Сушенцев. Казалось бы, провести проверку сведений, изложенных в анонимке, можно было и силами иркутской прокуратуры. Ан нет, пустили в ход тяжелую артиллерию! И вскоре стало понятно, почему.

В ходе первых же допросов Бушуев дал оперативникам устные показания против губернатора, назвав его, якобы, организатором и вдохновителем преступления. При разговорах главы области с Бушуевым, якобы, также присутствовал его заместитель Воронов. Впрочем, ни Воронов, ни его адвокаты не видели официального протокола с показаниями Бушуева. Оперативники лишь уверяют, что у них есть диктофонная запись этого допроса, и, судя по всему, она до сих пор является единственной «уликой» следствия в деле Воронова. А дальнейшие допросы самого Воронова продемонстрировали, каким способом могла быть добыта эта «улика».

8 октября 2007 года вице-губернатор был вызван на допрос в ГУВД Иркутской области, где старший следователь Оксана Черкашина в присутствии адвоката потребовала от Сергея Воронова показаний о причастности губернатора Александра Тишанина к хищению средств ДСИ. В случае отказа от дачи таких показаний следователь пообещала Воронову, по его словам, отправкой в СИЗО. Вице-губернатор ответил категорическим отказом и получил, для начала, десять дней «на раздумья». 17 октября Сергея Воронова снова вызвали на допрос и снова, как он заявил в тот же день журналистам, угрожая тюрьмой, принуждали к даче показаний против губернатора. Причем, на этот раз госпожа Черкашина «смягчила» условия. От Воронова теперь требовались не только показания о причастности шефа к делу ДСИ, но и ЛЮБЫЕ сведения, компрометирующие Тишанина! Вот так, бесцеремонно и просто, не стесняясь присутствия адвоката, старший следователь СО ГУВД Иркутской области выполняла «заказ на губернатора».

Воронов снова ответил отказом, и тогда Черкашина продемонстрировала ему ходатайство об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу. С завидной оперативностью в тот же день ходатайство было удовлетворено судом Кировского района г. Иркутска. Что, впрочем, не удивляет: случаи, когда местные судьи ставили палки в колеса местным же оперативникам в российских регионах можно пересчитать по пальцам. Ведь региональная «элита» потому и называет себя так, что на «своей» земле ей подконтрольно абсолютно всё, включая судебную власть. И судьи прекрасно понимают, что губернаторы приходят и уходят, а с «этими» им еще жить…

В ночь с 17 на 18 октября 2007 г. Сергей Воронов был арестован.

Итак, цель была обозначена четко: губернатор Тишанин. Не нужно обладать особым аналитическим складом ума, чтобы предположить, что точно таким же способом из Виктора Бушуева были выбиты показания против Сергея Воронова. Логика следствия (а также заинтересованных в этом следствии лиц) была по-милицейски простой. Бушуев давно знает Воронова, работал с ним еще в Нижегородской области, значит, некая преступная связь между ними никому не покажется странной. Ну, а вице-губернатор, в свою очередь, может спокойно «настучать» на губернатора – правая рука как-никак…

Но, похоже, Бушуева при этом элементарно «кинули»: никакой свободы взамен он до сих пор не получил. Не этим ли объясняется факт, что за полтора с лишним года, прошедших с момента первого допроса, где были даны показания против Воронова, Виктор Бушуев ни сказал следствию более ни единого слова? Ушел, как говорят опера, «в несознанку» и продолжает находиться в СИЗО. А Сергей Воронов – неожиданно для ретивых следователей – оказался порядочным и принципиальным человеком.

Все средства хороши

Через пять дней после ареста Воронова следователь Черкашина вынесла еще одно более чем странное, на первый взгляд, (а на самом деле абсолютно незаконное) постановление: о переводе подозреваемого из ИЗ-38/1 г. Иркутска в ИЗ-54/1 (более известный как СИЗО №1) г. Новосибирска. Сделано это было под предлогом «обеспечения возможности производства следственных действий и мероприятий». Однако все мероприятия, по словам Воронова, свелись к тому, что в камере его регулярно посещали руководители ОРБ при ГУМВД РФ по СФО, которые все так же – уговорами, угрозами, шантажом – добивались от него компрометирующих показаний на Тишанина. Все «следственные действия» непосредственно по делу ДСИ свелись для бывшего вице-губернатора к взятию у него… образцов почерка и подписи.

Ради этих сверхсложных следственных мероприятий Сергея Воронова, вина которого не доказана, а обвинение основано на показаниях «под магнитофон» одного запуганного человека, более полутора лет держат в СИЗО, нарушая все мыслимые нормативы пенитенциарной системы и международные конвенции. А чтобы продлить срок такого содержания, сибирские оперативники перекраивают под себя Уголовно-процессуальный кодекс РФ.

14 декабря 2007 г. срок содержания под стражей Сергею Воронову продлил суд Центрального района г. Новосибирска, хотя в УПК РФ четко прописано, что такое постановление может вынести только суд по месту производства расследования, либо по месту задержания подозреваемого. Мера пресечения Воронову, если помните, была определена судом Кировского района г. Иркутска, значит, этот суд и должен был рассматривать ходатайство о продлении срока содержания в СИЗО. Но следователи новосибирского ОРБ решили почему-то воспользоваться «подручным» судом. История повторилась и 18 марта 2008 года, хотя местом совершения вменяемого Воронову преступления по-прежнему оставался Иркутск. Причем, копию постановления суда Воронову передали в виде бумажки без подписи секретаря суда, без гербовой печати, - верь на слово и сиди дальше... Обжаловать такую бумажку, разумеется, нельзя.

Список подобных нарушений можно продолжать бесконечно. У адвоката Воронова Ирины Френкель, которая была вынуждена обратиться с открытым письмом к президенту России, на перечисление этих нарушений ушло 10 (десять) страниц мелким шрифтом. Но куда более сильное впечатление производит свидетельство самого Сергея Воронова, обнародованное адвокатом:

«В ходе этапирования (в Новосибирск. – ред.) один из сопровождающих, полковник, сообщил мне, что я буду препровожден в специальную камеру для особо опасных преступников, которая находится в подвальном помещении, и, чтобы облегчить мою участь, мне нужно опять-таки дать признательные показания на губернатора – «те показания, которые нужны следствию».

Получив снова отказ, силовики выполнили свое обещание и посадили меня в подвальное помещение, находящееся ниже уровня земли на 2 м 80 см, размером 3х4 м. Под потолком – окно размером 40х40 см, свежего воздуха в камере практически не было. Постоянно в камере находилось от 4 до 6 человек. Сокамерниками моими оказались те, кто осужден, причем неоднократно, с большим сроком заключения за убийства и даже за расчленение трупов и т. д.

По мнению моих гонителей, это «соседство» должно было серьезно психологически воздействовать на меня. В такой обстановке я провел 3 месяца. В течение всего этого времени меня посещали оперативники, которые предлагали мне дать необходимые для них показания...»

Какой же стимул и, главное, от кого должны были получить оперативники, чтобы такими средствами выбивать компромат на неугодного «старой элите» губернатора?..

Сиделец по инерции

Но вдруг главная проблема заинтересованных в этом громком процессе лиц разрешилась сама собой. 15 апреля 2008 года президент Владимир Путин принял отставку Александра Тишанина с поста губернатора Иркутской области, а 17 сентября он же, уже в ранге премьер-министра, утвердил его кандидатуру на должность вице-президента ОАО «РЖД». Получается, экс-президент России все-таки по достоинству оценил управленческие качества экс-губернатора. А чуть позже и новосибирские опера были вынуждены признать, что не имеют никаких оснований для привлечения Тишанина в качестве подозреваемого по делу ДСИ.

В воздухе повис весьма неприятный для силовиков вопрос: что теперь делать с Сергеем Вороновым? Отпустить на свободу и признать невиновность – неминуемо «полетят погоны». Ведь столько времени продержать в СИЗО чиновника такого ранга, не имея на то веских оснований, – это очевидное превышение власти.

Продолжать «копать» под Воронова, притягивая его за уши к растрате 42 млн. рублей из бюджета ДСИ – занятие тоже малоперспективное.

Посмотрим, в чем конкретно, в конце концов, решили обвинить Сергея Воронова.

Во-первых, в растрате средств предприятия. Но о какой растрате может идти речь, если Воронов никогда не руководил этим предприятием, не имел права финансовой подписи и даже как чиновник обладминистрации не курировал его деятельность?

Во-вторых, в легализации (отмывании) незаконно полученных средств. Здесь у следствия поначалу была, как показалось оперативникам, существенная зацепка. Примерно в то же время, когда со счетов ДСИ были списаны злополучные миллионы, вице-губернатор приобрел квартиру в Иркутске стоимостью 8,5 млн. рублей. Но как выяснилось позже, квартира была куплена по ипотеке, предоставленной Сбербанком, то есть, на заемные средства. Сам же Воронов оплатил лишь первый взнос в размере 850 тыс. рублей. Такие сбережения у чиновника, чья официальная зарплата на момент ареста составляла 150 тыс. рублей, вполне могли быть. К тому же Воронов ранее занимал ключевые посты в крупных корпорациях, к примеру, был вице-президентом компании «Транснефть».

В-третьих, Воронова обвиняют в превышении должностных полномочий. Но в чем заключается «превышение», если Бушуев не являлся его подчиненным и он не мог давать ему какие-либо распоряжения.

Если в чем и было преступление, так это в нецелевом расходовании средств ДСИ, но ответственность за это может нести только руководитель предприятия. То есть, Виктор Бушуев. Более того, есть источники в ДСИ, которые утверждают, что идея поддержать администрацию области в деле проведения Байкальского экономического форума действительно исходила от него лично. Бушуев знал, что перед чиновниками администрации поставлена задача в кратчайшие сроки найти средства в размере полусотни миллионов рублей, иначе экономический форум мог бы быть сорван. И он решил помочь, руководствуясь, конечно, не душевным порывом, а вполне корыстными соображениями.

Как выяснилось, Бушуев был всего лишь исполняющим обязанности руководителя Дорожной службы Иркутской области. Через несколько месяцев должен был состояться официальный конкурс на получение этой должности. И.о. директора ДСИ вполне мог надеяться в обмен на «материальную помощь» в проведении столь значимого для местного областного руководства экономического форума получить заветную должность. Будучи советником губернатора по вопросам дорожного строительства, он вполне мог рассчитывать также и на более серьезный пост в администрации Тишанина.

Что самое интересное, не так давно Воронов и Бушуев решили-таки, несмотря на все процессуальные нарушения, допущенные за это время следствием, дать показания по делу. Но следователи этого не захотели!

Таким образом, Сергей Воронов оказался заложником внезапно кончившейся борьбы «старой» и «новой» элит в Иркутской области. И, что самое для него неприятное, - крайне важным, высокопоставленным заложником, освободить которого оказалось едва ли не сложнее, чем посадить…

Можно себе представить положение судьи, от которого будет зависеть судьба Сергея Воронова. С одной стороны, более чем сомнительные доводы следствия, с другой – «политическая целесообразность». То, что на предстоящий состав суда будет оказываться давление со стороны тех, кто создавал «дело Воронова», не вызывает сомнений. Это люди, с которыми судье придется иметь отношения и дальше. Воронов же – чужак. Какое в итоге будет решение? Судья в этой ситуации оказался заложником того же процесса, тех же региональных жерновов, в которые угодил Сергей Воронов.

За что боролись?

Еще одним заложником этой нелицеприятной истории стала, как это ни печально, Иркутская область. Прирост ее доходов, по прогнозам, в 2009 году не сможет даже опередить запланированную инфляцию, то есть не достигнет и 10%. Конечно, во многом виноват финансовый кризис. Но не только. С уходом команды Тишанина у области пропали перспективы на увеличение объемов федеральной поддержки, заморожены амбициозные и крайне интересные инвестиционные проекты, под которые уже начали было подписываться крупные зарубежные инвесторы, а сам регион снова превратился в тихое, сонное болото, где никто ни с кем не конфликтует, никто не проявляет излишних амбиции и все потихоньку и дружно продолжают проедать выделяемые центром дотации…

За время правления Тишанина приток инвестиций в экономику Приангарья превысил 200 млрд. рублей, а общий бюджет области, благодаря, прежде всего, жестким мерам по взиманию ранее неуплачивавшихся налогов, вырос вдвое! Те же дотации Москвы были увеличены с 3 млрд. до 6 млрд. рублей – благодаря тому, что в команде Тишанина были люди, умеющие выбивать эти деньги. В том числе и Сергей Воронов.

При Тишанине вся страна заговорила о проекте создания городской агломерации Иркутск–Ангарск–Шелехов. Команда губернатора буквально на себе протащила этот проект через правительство, заручилась поддержкой тогдашнего первого вице-премьера, а ныне президента России Дмитрия Медведева. «У России для того, чтобы сохраняться в тех исторических пространствах, которые нам даны, существует потребность развития таких агломераций», - сказал тогда Медведев.

И где теперь этот проект? И как вернуть доверие инвесторов, которые сначала подписывают с губернатором протоколы о намерениях участвовать, в создании агломерации, а потом узнают, что его первый зам сидит в тюрьме, став жертвой каких-то сомнительных игр?..

Какие-либо упреки новому губернатору Игорю Есиповскому адресовать рано, он вошел в эту должность совсем недавно. Дай Бог, чтобы все у него получилось. Но очевидно одно: если новый губернатор будет искать взаимопонимания и избегать всяческих конфликтов со «старой элитой», область начнет скатываться в затяжную экономическую и социальную депрессию.

Если начнет конфликтовать, бороться за интересы жителей Приангарья, а не олигархов-единороссов, - съедят. Вот такой парадокс современной российской «равноудаленности».