Мировой рынок столкнулся с противоречивой ситуацией: топлива в отдельных регионах не хватает, цены на нефтепродукты растут, а крупнейшие нефтяные корпорации получают многомиллиардную прибыль. Но ожидать, что эти деньги немедленно превратятся в новые нефтеперерабатывающие заводы, не приходится.
В третьем квартале 2026 года пять крупнейших западных нефтяных компаний - ExxonMobil, Chevron, BP, Shell и TotalEnergies - получили в общей сложности $56,3 млрд скорректированной чистой прибыли. Все они превзошли ожидания аналитиков. Такие результаты стали возможны в том числе благодаря резкому увеличению доходности нефтепереработки.
Как сообщает Bloomberg, нарушения поставок на фоне войны вокруг Ирана и атак на энергетическую инфраструктуру России и Ближнего Востока сократили доступные мощности по производству топлива. По оценкам, приведённым в публикации, выведенными из работы оказались около 10% мировых мощностей нефтепереработки.
В результате заводы, сохранившие возможность работать, получили дополнительное преимущество: стоимость готового топлива росла быстрее, чем затраты на закупку сырья.
Переработка стала источником сверхприбыли
Особенно показательные результаты продемонстрировали американские корпорации. Перерабатывающее подразделение ExxonMobil заработало за квартал $9,05 млрд. Это почти в пять раз больше показателя годичной давности. Chevron получила от переработки $4,93 млрд, также установив исторический рекорд для своего подразделения.
Для ExxonMobil это необычная ситуация: доходы от переработки впервые за последние годы оказались сопоставимы с прибылью от добычи нефти и газа и даже превысили её. Компания воспользовалась высокой загрузкой американских заводов и увеличенным спросом на готовое топливо.
При этом речь не идёт о том, что нефтяные гиганты полностью прекратили инвестиции. ExxonMobil продолжает расширять комплекс Baytown в Техасе, а Chevron рассматривает возможности увеличения производительности отдельных предприятий. Но модернизация действующих заводов и строительство нового НПЗ - проекты совершенно разного масштаба и риска.
Почему миллиарды не превращаются в новые заводы
Главное препятствие - экономика долгосрочных инвестиций. Современный нефтеперерабатывающий комплекс требует миллиардных вложений, сложных разрешительных процедур и нескольких лет строительства. После запуска предприятие должно оставаться прибыльным на протяжении десятилетий, чтобы вернуть вложенный капитал.
Сегодня высокая маржа объясняется не только ростом спроса. На неё влияют военные конфликты, повреждение инфраструктуры, ограничения экспорта и перебои в логистике. Если эти факторы ослабнут, прибыльность переработки может заметно снизиться.
Нефтяные компании не хотят принимать инвестиционные решения, исходя из ценовой ситуации одного кризисного года. Дополнительную неопределённость создают электрификация транспорта, повышение энергоэффективности и экологические требования. Если спрос на отдельные виды топлива будет сокращаться, новый завод рискует оказаться дорогим активом с недостаточной загрузкой.
Поэтому корпорации предпочитают повышать эффективность уже работающих предприятий, устранять производственные ограничения и направлять часть свободных денег на укрепление балансов.
Эта стратегия прослеживается и в финансовых результатах. По данным Reuters, ExxonMobil сократила задолженность на $8 млрд за квартал, а Chevron уменьшила чистый долг почти на $14 млрд относительно конца 2025 года. Обе компании объясняют такой подход необходимостью сохранять финансовую устойчивость при резких колебаниях цен.
География переработки меняется
Пока западные корпорации осторожно относятся к строительству новых предприятий, мировой рынок переработки постепенно смещается в сторону Азии и Ближнего Востока.
По данным, приведённым Financial Times, с 2019 года Китай и страны Ближнего Востока увеличили совокупные мощности примерно на 4,4 млн баррелей в сутки. Европа и Северная Америка за тот же период потеряли около 2,1 млн баррелей в сутки.
Для мировой торговли это означает изменение привычного распределения ролей. Страны, располагающие современными крупными НПЗ, получают дополнительные возможности поставлять готовое топливо на экспорт. Регионы, где перерабатывающие мощности сокращаются, становятся более зависимыми от внешних поставок.
При этом высокая прибыль отдельных предприятий не означает, что весь сектор находится в одинаково благоприятном положении. Доходность зависит от конфигурации завода, доступа к сырью, стоимости энергии, логистики и возможности продавать наиболее востребованные нефтепродукты.
Что это означает для России
Для российского рынка изменение мировой структуры переработки имеет сразу несколько последствий. Во-первых, конкуренция на внешних рынках всё сильнее зависит не только от доступности нефти, но и от наличия мощностей для выпуска бензина, дизеля и авиационного топлива.
Во-вторых, сокращение переработки в Европе и Северной Америке может повышать значение поставщиков из других регионов. Но это не гарантирует автоматического роста российского экспорта: на него влияют санкционные ограничения, логистика, страхование перевозок и доступ к покупателям.
Наконец, высокая маржа переработки за рубежом показывает, насколько чувствителен рынок нефтепродуктов к авариям и перебоям поставок. Даже при достаточных запасах сырой нефти нехватка перерабатывающих мощностей способна поддерживать высокие цены на готовое топливо.
Главный экономический парадокс нынешнего рынка заключается в следующем: нефтяные корпорации зарабатывают на дефиците топлива, но не уверены, что строительство новых заводов останется выгодным после завершения кризиса. Для компаний осторожность снижает инвестиционные риски. Для потребителей же она означает, что быстрое увеличение мирового предложения топлива не гарантировано даже при рекордной прибыли отрасли.
