Ни дня без взрывов: продюсер Сергей Щеглов рассказал, как снимали фильм Евгения Пригожина «Лучшие в аду»

Ни дня без взрывов: продюсер Сергей Щеглов рассказал, как снимали фильм Евгения Пригожина «Лучшие в аду»
Фото: http://www.youtube.com
Картина «Лучшие в аду», несомненно, стала самым громким событием этой осени. Незатейливый сюжет (две группы сражаются за один район, применяя самое мощное вооружение) с лихвой окупается невероятным уровнем съёмок боевых сцен.

Продюсер фильма Сергей Щеглов рассказал, как удалось избежать инфаркта во время взрывов настоящих боеприпасов, зачем Евгений Пригожин придумал именно такое название, и почему русскому авось не оказалось места на съёмочной площадке.

Ни дня без взрывов: продюсер Сергей Щеглов рассказал, как снимали фильм Евгения Пригожина «Лучшие в аду»

— Сергей Алексеевич, как «Лучшие в аду» попали к вам в руки?

Реклама на веке

— Мы (кинокомпания «Триикс Медиа» - прим. ред.) с компанией Aurum Production сотрудничаем с их самого первого фильма — «Ржев», все картины делали совместно. И когда поступило серьёзное предложение сделать эту ленту, мы тут же дали согласие. Потому что сразу понимали для чего это кино, кто будет участвовать. Со многими действующими лицами мы уже были знакомы по предыдущим фильмам, у нас свои взаимоотношения и наработки. Но даже богатый опыт совместной работы не подготовил к тому, с чем нам пришлось столкнуться. Проект удивил обилием боевых сцен. Мы поставили перед собой задачу сделать кино на высоком уровне. Думаю, зрители наши усилия оценили.

— Кино изначально задумывалось как двухчасовая стрельба без перерыва на обед?

— С самой первой минуты написания сценария была поставлена задача сделать беспрерывный экшен без большой идеологической, драматической, социальной и иной направленности.

— Расскажите историю появления названия фильма?

— Обычно при работе над фильмом название приходит не сразу, а уже после того, как ты осознаешь, что ты снял. Словосочетание «Лучшие в аду» возникло непосредственно у заказчика картины — Евгения Пригожина. Именно у него оно впервые промелькнуло, и закрепилось. Потому что это действительно лучшие. Все, кто участвовал в боевых действиях и был убит, попали в Ад, потому что они далеко не ангелы. Но и в Аду они будут лучшими, потом что с обеих сторон участвуют лучшие представители своей профессии. Евгений Пригожин стал не только родоначальником картины, но и одним из её авторов. Он является абсолютно полноправным участником, продюсером фильма.

— Евгений Пригожин и Алексей Нагин, как создатели фильма, какие-то требования к съёмочной бригаде выдвигали?

— Требования со стороны Евгения Викторовича выдвигаются всегда. Это тщательность, достоверность и уникальность съёмки. Что называется, съёмки по-честному, без всяких экивоков. В этом фильме использовалось минимальное количество компьютерной графики. Всё, что видит зритель, это зачастую боевые вооружения с той и другой стороны. Да, это небезопасно, но у нас, киношников, есть свои методы работы, чтобы застраховаться от несчастных случаев. «Лучшие в аду» - это кино без купюр, снято на уникальную операторскую технику. Там использовались скоростные камеры, снимающие 3 тысячи кадров в секунду. В других продакшнах я такого больше не видел. Дай бог кому-то это повторить, но я не думаю, что это получится, потому что Евгений Пригожин со своей стороны предоставил все возможности для того, чтобы сделать это кино на высочайшем уровне. Больше никто и нигде в мире на подобное не пойдёт, потому что так не принято. Евгений Викторович зачастую ломает все стереотипы, принятые в киноиндустрии.

— Драма «Лучшие в аду» стала самым сложным вашим совместным проектом?

— Ни разу работа с Евгением Пригожиным не была лёгкой, потому что задачи всегда ставились абсолютно разные, уникальные, новые и вопреки всем срокам, существующим в классическом кинематографе. В каждом фильме — и в «Шугалее», и в «Туристе», и в «Солнцепёке» — мы решали очень непростые задачи. И с каждым фильмом мы набирались всё больше опыта разносторонних съёмок в разных условиях: климатических, географических, световых. Фильм «Лучшие в аду», безусловно, стал очень сложным, но лёгких фильмов у нас попросту не было. Зато «Лучшие в аду» стал самым дерзким: два часа сплошного экшена. Ни одного съёмочного дня у нас не было без стрельбы, взрывов или атак.

Ни дня без взрывов: продюсер Сергей Щеглов рассказал, как снимали фильм Евгения Пригожина «Лучшие в аду»

— Не так давно в Голливуде судили Алека Болдуина, который застрелил оператора на съёмках фильма, потому что на площадке случайно оказались боевые патроны. А на вашей были не только патроны, но и настоящие мины, гранаты, даже танки стреляли боевыми снарядами. Не ёкало сердечко?

— У любого здравомыслящего человека ёкает сердце, когда сугубо гражданские люди используют боевое вооружение. Но, как я уже сказал, у киношников есть свои степени защиты безопасности. И если у Болдуина случайно попал боевой патрон в ствол, то у нас случайно ничего не делалось. Всё тщательно проверялось. Перед съемками провели консультационные занятия, чтобы все понимали, что и как стреляет. Самое главное правило: не стоять на линии огня. Его придерживаются не только киношники, но и военные. Понимая, что это боевое оружие, были приняты все меры безопасности, и никаких происшествий на съёмочной площадке у нас не случилось.

— Этот фильм стал для вас вторым после «Ржева», где нет ни одного женского персонажа. Такое решение делает съёмки проще или обедняет картину?

— Наличие или отсутствие женских ролей не делает никакие съёмки проще. Бывают разные жанры и разные форматы. У нас были жёсткие вводные, без ухода в сторону от основной линии – лучшие воюют с лучшими. Женщинам в кадре просто не было места.

— Вам как продюсеру приходилось ли приезжать на съёмочную площадку, чтобы наложить вето на излишне рискованные идеи?

— На съёмочной площадке я был достаточно часто. Мы все больны профессией кино: и я, и оператор, и режиссёр, и исполнительный продюсер. Но это очень опытная команда, она сняла не один фильм с боевым оружием, в таком же жанре, все люди надёжные и проверенные. Так что предлагать что-то слишком рискованное они попросту не будут. С другой стороны, что такое риск?! Человек гулял по улице, споткнулся, упал и не встал. Такое может случиться с каждым, от этого не застрахуешься. Когда существует риск повышенной опасности, то и к съёмкам подходишь с большей степенью ответственности за ту или иную сцену. Так что любые предложения сопровождаются тщательными расчётами. Ни один кадр на авось мы не снимаем. Продумывалось всё очень тщательно, в том числе с помощью формул. Поэтому, чтобы пробить кирпичную стену, пиротехники готовили один заряд, а бетонную – другой. Прежде чем взрывать что-то, все отходили на безопасное расстояние, оставались только камеры. После взрывов несколько камер мы потеряли. Но, тем не менее, безопасность была абсолютной. Хотя и бывало, что отлетали осколки. Нужно понимать, что задачи снять кино, рискуя жизнью, перед нами не стояло. Мы делали всё с максимальной осторожностью.

безусловно, стал очень сложным, но лёгких фильмов у нас попросту не было. Зато «Лучшие в аду» стал самым дерзким: два часа сплошного экшена. Ни одного съёмочного дня у нас не было без стрельбы, взрывов или атак.

Ни дня без взрывов: продюсер Сергей Щеглов рассказал, как снимали фильм Евгения Пригожина «Лучшие в аду»

— После начала спецоперации огромное количество российских артистов начали стыдиться того, что они русские, и рванули из страны. Такой исход вам, как продюсеру сильно смешал карты?

— Подобный исход нам карты не смешал, потому что мы стараемся не работать с теми людьми, у которых нет своего мнения в отношении собственной родины. Я всегда всем говорю: «Родина - это мать, а мать не бросают!»

— Ходят слухи о режиссёрской версии фильма…

— Режиссёрская версия существует. Она отличается от того варианта, что представлен в онлайн-кинотеатрах, большей корректностью в диалогах между бойцами. Этот фильм предназначен для аудитории 18+, там есть ненормативная лексика, но она абсолютно применима в тех ситуациях, в которых оказались наши герои. Мы ведь снимали жесткую правду! Режиссёрская версия это исключила, потому что существуют нормы этики для показа на широком экране, и мы их полностью соблюли.

— У фильма есть потенциал в зарубежном прокате, или это продукт исключительно для российского зрителя?

— Нам поступили предложения показать фильм в восточных странах: им заинтересовались в Китае, Индонезии, а также ряде европейских стран. Прокат на трёх языках гарантирован абсолютно точно, сейчас идут коммерческие переговоры по продаже фильма за рубеж на широкий экран. Интерес к картине большой.

— Огромное количество просмотров в сети (более 100 млн) говорит о том, что такие истории в обществе востребованы, и этот запрос нужно удовлетворять. Что-то ещё на заданную тему снимать планируете?

— Наша компания на заданную тему планирует много картин. Патриотическое воспитание нашего общества, в том числе идеологическое, мне кажется, было упущено. Просто вычеркнуто из повестки дня. Возникало ощущение, что мы живём в безоблачном мире, окружённые исключительно друзьями, которые не испытывают никаких недобрых намерений по отношению к нам, как крупной империи. Это не так. Люди, которые стоят на постах, отвечающих за идеологию и патриотическое воспитание, со своей задачей не справились. Как вы сказали ранее, многие артисты уехали из страны в связи с проведением специальной военной операции. А уехали они, потому что мы этих людей забыли воспитать. Объяснить им, кто они, что они, и как поступить, если Родина в опасности. Им попросту это не преподали. Это наша ответственность, в том числе кинематографистов. Поэтому у нас в планах разные истории, которые мы собираемся осуществить в ближайшее время. Общество должно пробудиться и увидеть реальность, а не то, что рисуют в больших кабинетах либерально настроенные чиновники. Они создают идеалистическую картину. При этом их дети учатся за границей, деньги выводят в офшоры. И эти люди думают, что так хорошо будет всегда. Не будет. Мир меняется. В данной ситуации я абсолютно убеждён, что наша большая Родина в опасности, как и всегда на протяжении последних столетий. Потому что Россия — очень большая и богатая людьми, ресурсами и духом. Всё это нельзя потерять.

Ни дня без взрывов: продюсер Сергей Щеглов рассказал, как снимали фильм Евгения Пригожина «Лучшие в аду»

— И напоследок: кому обязательно нужно посмотреть «Лучшие в аду»?

— Я бы не стал здесь вводить возрастной ценз. Кино понравится парням. И девушкам тоже. Потому что они должны знать: у мужчин есть такая профессия – Родину защищать. И девушки должны гордиться своими мужьями, братьями, сыновьями, которые готовы в случае чего встать на пути врага. Для взрослых кино будет интересно тем, что многие из них прошли службу в армию, горячие точки. Им, как профессионалам, любопытно увидеть, какое вооружение сейчас применяется, какую тактику используют. Последняя изменилась несильно, но всё равно появились современные формы ведения боевых действий, сейчас существенную роль играют дроны. Раньше не было ни их, ни высокоточных ракет. Ветеранам кино будет интересно, потому что наши отцы застали исход Второй мировой войны, и они не понаслышке знают, что такое беда, трагедия и смерть. Получается, что смотреть обязательно всем возрастам, вне зависимости от пола. Потому что розовые очки давно надо снять, в которых мы жили последние десятилетия. Мы всё думали, что пройдёт мимо. Не пройдёт! Я не призываю ни к какому насилию, мы люди мирных профессий, но всегда нужно быть готовым. Жизнь гораздо суровее и сложнее, чем она описана в книжках.

Реклама на веке
Последние российские военные покинули Херсон Валентин Красногоров: 
«Я всю жизнь писал то, что интересует меня, а не продюсеров»
Нецензурные и противоречащие законодательству РФ комментарии удаляются