Общемировой тренд на поздние браки и рост финансовой самостоятельности женщин добрался и до самого молодого поколения покупателей. Согласно свежему опросу Национальной ассоциации риелторов США (NAR), одинокие девушки в возрасте 18-26 лет приобретают недвижимость почти вдвое чаще, чем их ровесники-мужчины. Причем это происходит на фоне рекордного за 40 лет падения доли первых покупателей на рынке. Российский контекст тоже знаком с этой логикой: ЦИАН и «Домклик» фиксируют рост числа сделок с участием незамужних женщин до 30 лет, хотя в абсолютных цифрах до американских показателей пока далеко.
Зумеры против всех - цифры разрыва
Опрос NAR проводился с июля 2024 по июнь 2025 года. В нем участвовали покупатели разных поколений - от зумеров (рожденные с 1999 по 2011 год) до «молчаливого поколения» (80–100 лет). Выяснилось - среди всех покупателей-зумеров на одиноких девушек приходится 35%, тогда как на одиноких парней - всего 18%. Ни в одной другой возрастной группе разрыв не был столь заметен.
Правда, сами зумеры пока составляют лишь 4% от общего числа американских покупателей жилья. Но это объяснимо: им от 18 до 26 лет, и многие только начинают карьеру. Гораздо тревожнее другой тренд - доля тех, кто покупает жилье впервые (во всех возрастах), упала до самой низкой отметки с 1981 года.
«У начинающих покупателей часто нет средств от продажи предыдущего дома - его просто нет. Только копить с нуля» - отмечается в исследовании NAR.
«Жила с мамой, работала на двух работах». История Бри
24-летняя Бри ЛаФлёр, создатель контента для игровой компании, копила на первоначальный взнос 20 тысяч долларов несколько лет. Откладывала половину зарплаты, работала на двух работах, платила матери скромную аренду за комнату. И дождалась замедления роста цен на рынке.
В 2023 году она купила дом в Болдуинсвилле (штат Нью-Йорк, 15 миль от Сиракуз). Постройка 1900 года, три спальни, полторы ванны, большой двор. Цена - $175 000.
«Я всегда была очень независимой. Хотела жить отдельно, в тишине заниматься своими делами», - говорит Лафлёр, которой сейчас 27. «Мне кажется, так и должно было случиться. Этот дом идеален для меня и моих собак».
Почему женщин-одиночек среди собственников больше - и давно
Джессика Лаутц, замглавного экономиста NAR, напоминает - право на самостоятельную ипотеку женщины в США получили только в 1970-х годах.
«И они активно пользуются этой возможностью», -подчеркивает Лаутц.
Образовательный разрыв тоже играет роль - сейчас американские женщины чаще мужчин получают высшее образование, а значит - потенциально более высокий доход. Исследование NAR фиксирует эту тенденцию как минимум с 1981 года. Пик доли одиноких женщин-покупателей (22%) пришелся на 2006 год — разгар бума на рынке недвижимости. У мужчин пик был позже: 12% в 2010-м.
В России так же по данным Росстата и аналитики «Дом.РФ», доля ипотечных сделок с единственным заемщиком-женщиной в возрасте до 30 лет устойчиво растет с 2020 года. Эксперты связывают это с опережающим ростом занятости девушек в IT, маркетинге и креативных индустриях - секторах, где возможна удаленная работа и высокий стартовый доход.
Цена вопроса. Средний чек и ставки
Главная проблема всех начинающих покупателей - отсутствие капитала от продажи прошлого жилья. Средний годовой доход покупателя-зумера - $76 000 (по состоянию на 2024 год). Это самый низкий показатель среди всех поколений.
При этом рынок не становится дешевле. Средняя цена продажи дома в США в прошлом месяце составила $417 700, что на 0,9% выше, чем год назад. Темпы роста замедлились, но цены все еще растут.
Бри Лафлёр повезло. Она купила дом в 2023 году, когда рынок немного остыл после ажиотажа 2021 года (тогда исторически низкие ипотечные ставки спровоцировали сверхконкуренцию и резкий скачок цен).
«Ездила на разбитой машине»: история Мэрайи
23-летняя Мэрайя Берри, создатель контента для соцсетей, выбрала другую стратегию - жесткая экономия.
«Я никуда не ходила. Ездила на старой разбитой машине. Это было невесело», - вспоминает Берри.
Она и ее молодой человек пережили несколько съемных квартир и периоды жизни у друзей. В 2023 году Мэрайя купила дом в Чарльстоне (штат Теннесси, 45 миль от Чаттануги) - две спальни, одна ванна, часть дуплекса в стиле ранчо. Цена - $218 000. Первоначальный взнос - $7 000. Ипотека на 30 лет под 6%.
«Я правда считаю, что это чертовски круто - стать владелицей собственного дома в 23 года. Но скажу честно: после того как я сделала предложение, меня чуть не стошнило. Я думала: "Боже мой, правильно ли я поступила?"»
Сейчас Мэрайя рассматривает возможность выкупить вторую половину дуплекса, чтобы сдавать ее в аренду.
Где зумеры берут деньги
Исследование NAR показывает: покупатели поколения Z чаще других получают финансовую помощь от семьи. Многие знают о местных грантах и программах для первых покупателей.
Каждый десятый использовал для первоначального взноса свои пенсионные накопления (в США это программа 401(k) - аналог российского ИИС или корпоративной пенсионной схемы, но с возможностью досрочного изъятия под покупку жилья).
Остальным остается только копить - как Бри и Мэрайя.
Тренд, который не собирается слабеть
Три ключевых фактора обеспечивают лидерство одиноких девушек-зумеров на рынке жилья:
1. Ранняя ориентация на независимость* - желание «жить отдельно и в тишине» становится драйвером накоплений уже в 20–22 года.
2. Образование и занятость - девушки быстрее находят стабильный доход в цифровых и креативных профессиях.
3. Финансовая дисциплина - готовность работать на двух работах, экономить на машине и развлечениях ради первоначального взноса.
При этом российскому читателю важно понимать - в США ставки по ипотеке сейчас находятся на уровне 6–7% (выше, чем в РФ по льготным программам, но ниже, чем по рыночным у нас). А помощь родителей и местные гранты частично компенсируют высокие цены.
В России аналогичная динамика пока сдерживается более поздним возрастом первой сделки (в среднем 27–30 лет) и большей долей совместных покупок в браке или с партнером. Но тренд на «независимую квартиру до свадьбы» у молодых женщин в крупных городах - Москве, Петербурге, Казани - уже отчетливо виден.
Как сказала 23-летняя Мэрайя Берри: «Это страшно, но это того стоит».
