18+
  1. Особенности отечественного следствия

Особенности отечественного следствия

Инициатива Генерального прокурора Юрия Чайки о привлечении к материальной ответственности следователей за незаконное привлечение граждан к уголовной ответственности была встречена в обществе неоднозначно.

С одной стороны необходимость такой ответственности очевидна и даже предусмотрена законом. С другой, специалисты опасаются, что инициатива генпрокурора, направленная, казалось бы, на улучшение ситуации в сфере следствия, наоборот, приведет лишь к негативным последствиям.

Некоторые эксперты высказывают опасения, что, даже убедившись в невиновности задержанного, следователи любой ценой будут пытаться его в чем-нибудь обвинить, лишь бы избежать ответственности. Эта тенденция наблюдается уже сейчас, когда материальная ответственность за ошибки должностных лиц ложится на государство. Если ее переложат на самих следователей, то есть опасения, что количество случаев, когда невиновных, что называется, будут «подводить под статью», станет еще больше.

Напомним, что в конце мая генпрокурор РФ Юрий Чайка, выступая на расширенной коллегии Генеральной прокуратуры России, посвященной вопросам возмещения ущерба лицам, незаконно привлеченным к уголовной ответственности, заявил: «За подобные нарушения мы будем привлекать к ответственности должностных лиц. Кроме того, я дал поручение рассмотреть возможность предъявления иска в порядке регресса к должностным лицам, виновным в незаконном привлечении к уголовной ответственности граждан. Людям фактически незаконно предъявляют обвинение и заключают их под стражу».

Наглядным примером того, о чем говорил Юрий Чайка, стало дело, рассмотренное Гагаринским райсудом столицы буквально через несколько дней после выступления Генерального прокурора. Суд удовлетворил иск о возмещении вреда в размере 1,065 млн. руб. отставному генералу налоговой полиции Александру Баканову, который летом 2006 года был помещен в Лефортовское СИЗО по ходатайству тогдашнего заместителя начальника Управления по расследованию особо важных дел Генпрокуратуры Игоря Мясникова. За решетку Баканов попал по обвинению в том, что он помогал члену Совета Федерации Игорю Изместьеву организовать передачу взятки в размере $10 тыс. оперуполномоченному департамента экономической безопасности ФСБ майору Ольге Нужденовой.

В Лефортовском СИЗО Баканов провел восемь месяцев, а затем его освободили из-под стражи. Еще через несколько месяцев дело в отношении генерала Баканова было прекращено «в связи с непричастностью к преступлению». Выяснилось, что его нельзя назвать даже близким знакомым господина Изместьева. Они виделись всего два раза. Пока же генерал ел тюремную баланду и добивался от следствия возврата изъятого имущества и вынесения постановления о реабилитации, посадивший его Игорь Мясников был назначен приказом Юрия Чайки начальником Управления Генпрокуратуры по надзору за расследованием уголовных дел в центральных аппаратах следственных комитетов при прокуратуре РФ и при МВД РФ, а также Госкомнаркоконтроля и двух федеральных служб (таможенной и судебных приставов). Фактически господин Мясников стал одним из главных надзирающих за следствием прокуроров в стране.

Сейчас Баканов решает, будет ли он подавать иск на возмещение морального вреда или нет. Тем временем его защитник, считает, что было бы не справедливо требовать деньги с г-на Мясникова. «Я не хотел бы, чтобы деньги, полученные с казны моим клиентом, были бы, как предлагает генпрокурор, регрессом взысканы с тогдашнего руководителя следственной группы,- заявил адвокат истца Юрий Ларин.- Если следователь будет нести материальную ответственность, то тогда вместо расследования будет лишь подгонка под определенный результат и оформление уже раскрытых преступлений. А возможность привлечь следователя к уголовной ответственности за заведомо ложное обвинение и так имеется в законе».

В качестве примера можно привести и завершившийся на днях громкий процесс по делу о покушении на Анатолия Чубайса. Суд присяжных полностью оправдал предполагаемых организатора и исполнителей покушения - полковника ГРУ Владимира Квачкова и бывших десантников Александра Найденова и Роберта Яшина.

Задержаны они были еще в 2005 году, чуть ли не сразу после покушения на главу РАО «ЕЭС России». Скажем, тот же Квачков был задержан уже через несколько часов после покушения на Чубайса. Люди три года провели в следственном изоляторе, а ведь еще тогда эксперты, в том числе и следователи, говорили о том, что главный подозреваемый, скорее всего, не виноват. И, тем не менее, следствие продолжало работать по этой версии, так и не сумев за эти годы собрать необходимые доказательства вины обвиняемых.

Не менее серьезные дела разваливаются и в регионах. В свое время разные обвинения выдвигались, например, сразу против четырех заместителей экс-губернатора Санкт-Петербурга Владимира Яковлева. В Краснодарском крае окружная прокуратура методично преследовала заместителей губернатора Александра Ткачева. Люди лишались работы, с сердечными приступами ложились в больницы, но, насколько известно, ни одно дело так и не было доведено до конца.

Аналогичная история происходит сегодня в Новосибирске, где в местном СИЗО содержится Сергей Воронов, заместитель теперь уже экс-губернатора Иркутской области Александра Тишанина.

Его взяли под стражу еще в октябре прошлого года по обвинению в причастности к хищению средств из областного дорожного фонда. Впрочем, за все то время, что Воронов находится под стражей, несмотря на многочисленные обращения с ходатайствами, ему так и не было разъяснено в установленном законом порядке, в чем он виновен, какое преступление совершил, когда конкретно это произошло и какие у следствия есть основания подвергать его уголовному преследованию.

На сегодняшний день Воронов находится под стражей уже восемь месяцев. При этом никакие следственные мероприятия с ним практически не проводятся. В то же время, следствие из раза в раз продляет срок его содержания под стражей. А так как действия силовиков не увенчались успехом, и доказать причастность вице-губернатора к делам дорожного фонда Иркутской области, похоже, не удается, возбужден еще ряд уголовных дел. В частности, дело, направленное против референдума по объединению Иркутской области и прилежащих АО.

О том, что следователям будет проблематично доказать причастность Воронова к делам дорожного фонда, было ясно еще до его задержания. Выдвигаемая следствием версия, что Воронов, якобы, устно в своем кабинете потребовал от и.о. директора дорожной службы Бушуева похитить из подведомственной тому организации 42 млн. руб. и потратить их на спонсорство мероприятий Байкальского экономического форума и на ряд благотворительных акций, выглядит практически не доказуемой. Уже на первых беседах со следователями он отмечал, что «в мою компетенцию никогда не входили вопросы дорожного строительства, работу дорожной службы курирует другой вице-губернатор. И в любом случае, дорожная служба области – акционерное общество, и де-юре никто, кроме акционеров, не имеет право давать руководству этой организации какие-либо приказы».

Да и были ли хищения из дорожного фонда, еще не доказано. По мнению адвокатов, речь идет о совершенно законной экономической деятельности – о договорах, которые были заключены с рядом организаций, традиционно работавших с дорожной службой. По ряду контактов имелось невыполнение определенных видов работ, за что дорожная служба подала иски в Арбитражный суд, с тем, чтобы взыскать положенные по договорам суммы с этих организаций. Правоохранительные органы воспользовались этой ситуацией и возбудили уголовное дело, на основании которого в сентябре Бушуев был арестован.

Как считает Воронов, его дело связано с конфликтом Александра Тишанина с частью местных элит. По его словам, это подтверждается тем, что ему неоднократно делались предложения дать показания против тогдашнего иркутского губернатора. Однако теперь, когда Тишанина заменили, дело Воронова вообще теряет смысл. Но и правоохранительные органы оказались в сложной ситуации. Теперь, после того, как они несколько месяцев продержали под стражей человека, они просто вынуждены доказывать его виновность хоть в чем-нибудь. Иначе, просто напросто, пострадает их карьера.

Комментируя решение суда по делу Квачкова и прочих «покушавшихся» на Анатолия Чубайса, журналисты отметили, что сегодня в стране налицо странная тенденция - следствие раз за разом оказывается не способным собрать убедительные доказательства вины подозреваемых. Громкие дела одно за другим разваливаются в судах. В лучшем для следователей случае обвиняемые получают либо минимальные, либо условные сроки, либо сроки, равные времени, проведенному обвиняемыми под стражей. И это в ситуации, когда изначально против них выдвигаются тяжкие обвинения. Почему так происходит?

По мнению адвокатов, нынешняя система, вынуждает следователей «бороться» до конца, даже когда невиновность человека очевидна. Речь идет как раз о нежелании государства возмещать пострадавшим нанесенный им ущерб. Тем не менее, как показывает случай с генералом Бакановым, исключения все же возможны. Если же ответственность будет переложена с государства на следователей лично, то шансы граждан, незаконно привлеченных к уголовной ответственности, быть признанными следствием невиновными становятся совсем призрачными.

Безусловно, говоря о том, что ситуацию необходимо менять, Генеральный прокурор прав. Но вряд ли это можно сделать, переложив ответственность на рядовых «стрелочников». Вероятно, нужно присмотреться к сложившейся практике работы правоохранительных органов страны в целом.