18+
  1. Долой буржуазных крокодилов или как Советы оформляли детские книги

Долой буржуазных крокодилов или как Советы оформляли детские книги

Долой буржуазных крокодилов или как Советы оформляли детские книги
От капиталистического поклонника мороженого до вдохновляющего квадрата Малевича… Большевистские детские книги своими иллюстрациями являли собой авангардную революцию, пишет The Guardian.

В 1925 году Галина и Ольга Чичаговы проиллюстрировали двухпанельный плакат, призывающий к революции в иллюстрации детских книг в Советском Союзе. На левой панели представлены традиционные персонажи из русских сказок и фольклора – короли, царевны, жар-птица, ведьма, Баба Яга и многими любимый крокодил в элегантном колпаке и халате. «Долой мистику и фантастику из детских книг!!!» - написано на плакате.

В то же время на правой панели, как и полагается считать, товарищи художники должны были проиллюстрировать улучшение первого поколения маленьких советских граждан. Под благотворным глазом Ленина продемонстрированы образы молодых пионеров в красных галстуках, которые работают в колхозах, изображения кавалерийских войск Красной Армии, движущихся в бой, а также фабрики и самолеты. Антропоморфные крокодилы, по-видимому, не были достаточно революционными.

«Даешь новую детскую книгу», - гласит надпись на втором плакате. «Труд, борьба, техника, природа – новый детский быт».

Этот призыв революционизировать детскую иллюстрацию был частью политической борьбы социализма. «В огромном арсенале, которым буржуазия боролась против социализма, детские книги играли заметную роль», - написал некто под псевдонимом Кормчий в большевистской газете «Правда» в 1918 году. «Буржуазия, прекрасно понимая силу детских книг, воспользовалась ими для укрепления своей власти».

«Идея заключалась в упразднении фантазий в литературе и иллюстрациях, потому что буржуа считали их бесполезными для революции», - говорит Оливия Ахмад, куратор «Нового детства: иллюстрированные книги из Советской России». Представьте себе, если бы Гарри Поттера или Джулию Дональдсон и Акселя Шеффлера с «Комнатой на метле» признали недопустимыми для контрреволюции.

В одной из назидательных историй под названием «Мороженое» писателя Сергея Маршака и иллюстратора Владимира Лебедева буржуазные капиталисты едят слишком много мороженого и замерзают до смерти. В стихотворении Николая Асеева «Красношейка» пионер отказывается снять свой красный галстук в тот момент, когда на него нападает бешеный бык, тем самым демонстрируя доблестную приверженность революционным идеям даже перед лицом смертельной опасности.

Советская детская литература была вполне забавной в 1920-х и начале 30-х годов, даже когда в ней пропагандировался социализм, который помогал советским детям делать то, что многие из их родителей не могли, а именно: читать. Вместе с электрификацией Советского Союза и развитием промышленности дети революции должны были быстро получить образование, чтобы потом активно выживать на своей родине, которую в тот момент окружал враждебный мир. Ранние советские иллюстрированные книги печатались литографическим путем на дешевой бумаге, а затем сшивались в 10-и или 15-страничную книжку в мягкой обложке.

В экспериментах по иллюстрированию также принимал участие театральный дизайнер и скульптор кубо-футурис Натан Альтмант, рисуя весьма загадочные линии и угловатые абстрактные формы.

Великий русский художник Эл Лисицкий пошел дальше. В «Супрематическом сказе про два квадрата» он проиллюстрировал эксперимент русского авангарда, позаимствовав у Казимира Малевича один из квадратов. В рассказе черный квадрат соединяется с красным, которые вместе представляют собой коммунизм и обезглавленное диалектическое путешествие по космосу. Две пустые формы падают на Землю, вызывая разрушение в трех измерениях - своего рода абстрактное изображение большевистской революции - из которого выходит новая Земля, построенная в духе красного коммунизма.

А вот книга Алексея Лаптева «Пятилетний план» иллюстрирует состояние сельского хозяйства, производства угля и железа в 1927 году. Но наиболее примечательное в ней то, что каждая страница символизирует планируемые расширения в каждом секторе по 1932 год.

Такие работы могли вступать в идеологическую борьбу с более ранними иллюстрированными детскими книгами, как, например, с роскошными дореволюционными иллюстрациями Александра Бенуа для своего «Алфавита в картинках» 1904 года. На одной странице изображена буква и много изящных кукол. Вы можете даже ощутить ту привилегированную атмосферу и услышать, как няня ходит по ковру в детской. Другая буква сопровождается джентльменами в напудренных париках, которые смотрят на звезды через собственные телескопы со своих террас в Санкт-Петербурге. Это были те самые обаятельные образы, которые большевизм старался устранить.

Однако «Алфавит» Владимира Лебедева в 1925 году проиллюстрирован черными, односложно выраженными рисунками, но яркими фигурами животных. Это азбука новой эры - для детей революции.

Одним из героев выставки является русский пионер супрематизма и конструктивизма художник Вера Ермолаева. В 1918 году она основала первое советское детское книжное издательство «Сегодня». Вместе с коллегами-художницами она рисовала плоские перспективы и искаженные пропорции, связывая дореволюционный авангард и старую живопись русского фольклора с соблюдением новых революционных требований. Одной из ее знаменитых работ является плакат для стихотворения «Петушок» - пародия на иллюстрацию к стихотворению Уолта Уитмена «О, пионеры!»

Однако в 1934 году Ермолаеву арестовали за «антисоветскую деятельность» и отправили в трудовой лагерь в Казахстане, где ее застрелили спустя три года. Её образ повлиял и на нынешних женщин, включая солисток группы «Pussy Riot», которые основали «Фонд современного феминистского искусства Веры Ермолаевой» для поддержки женщин-художников.

На Всесоюзном съезде советских писателей в 1934 году социалистический реализм был утвержден как единственно терпимый эстетический стиль. Все же остальные «измы», такие как нон-объективизм, сюрреализм, супрематизм, конструктивизм и примитивизм были признаны враждебными советскому государству.

К тому времени цензура и усиление государственного контроля над издательством становятся все более интенсивными.

Строгая цензура изгнала многих авангардных художников, которые делали революцию в детской иллюстрации в течение первых советских десятилетий. Российские эмигранты, как например, Наталия Парайн и Феодор Рояновский, отправились во Францию, где они создали знаменитую серию Пьера Кастора для иллюстрированных детских книг. Другие мастера, такие как Маршак и Лебедев, в соответствии с новым сталинским заказом остались работать в Советском Союзе.

Эксперименты в детской литературе первых послереволюционных лет существенно повлияли на дальнейшую жизнь. В Англии советские книги вдохновили на создание «Картинок Пуффина» в 1940 году, и теперь эта выставка в Великобритании считается первой в своем роде, которые напоминают нам о том утопическом периоде, когда детские книги стали полем для авангардного эксперимента и революционной политической борьбы.