18+
  1. Российская игра в "Американку"

Российская игра в "Американку"

Российская игра в "Американку"
28 февраля 2016 года Росимущество опубликовало на своем сайте неожиданное заявление. В нем говорилось, что, «исходя из общих принципов гуманности», ведомство обеспокоено... здоровьем «живых водных млекопитающих», изъятых у браконьеров в акватории Тихого океана.

ЦитатаРуководитель Росимущества Ольга Дергунова избавляется от собственников исторических объектовКонец цитаты Пресс-служба ведомства, что называется, ударила в набат: «Продажа конфискованных моржей, тюленей и прочих морских млекопитающих на открытом рынке, наравне с иными конфискованными товарами и бывшими в употреблении вещами, не обеспечивает защиту их жизни и здоровья после приобретения лицами, далекими от природоохранной деятельности». Примечательно, что такую замечательную инициативу, не относящуюся к ее сфере деятельности, проявила структура, отнюдь не запятнанная гуманизмом на рынке имущественных отношений, где благодаря решениям ведомства одни игроки беднеют, а другие обогащаются так, как ни одному моржу не приснится!

С лета 2012 года Федеральное агентство по управлению государственным имуществом, то бишь, Росимущество, возглавила Ольга Дергунова, получившая в придачу и должность заместителя Министра экономического развития Российской Федерации. «Новая плётка по-новому гонит», - говорили на Руси, и действительно, с появлением нового главы ведомства СМИ отметили множество конфликтов вокруг приватизации активов, возникших при Дергуновой, за жесткость действий к оппонентам прозванной на сайтах «укротительницей монстров».

17 января 2016 года Ольга Константиновна дала программное интервью «Российской газете», где пообещала сделать 2016 год «переломным», и к 2018 году полностью ликвидировать ФГУПы министерств. В подтексте речь идет о дележе их имущества и средств, а значит, впереди - новые войны.

Некоторые эксперты злословят, что методы избиения браконьерами тюленей «отдыхают» на фоне тех методов, которыми понуждают чиновники несговорчивых руководителей госпредприятий, включая крупные штрафы, организацию проверок Счетной палаты, других контролирующих структур. Сама руководительница федерального агентства в интервью лишь сожалела о том, что новая редакции КоАП не предусмотрела такую эффективную, на ее взгляд, меру, как дисквалификацию за нарушение руководителем предприятия сроков подготовки к акционированию.

Коснулась Ольга Дергунова и исторических зданий, которые, судя по всему, являются резервом для Росимущества с целью последующих выгодных перепродаж: «Центральные улицы крупных городов и райцентров на треть состоят из таких объектов культурного наследия. Их активные продажи начнутся в этом году», - заявила Ольга Константиновна.

Однако у экспертов появились подозрения, что и в отношении объектов культурного наследия будет применен всё тот же «метод плётки».

Битвы во флигелях, или выметайся вон, собственник!

Идея передать объекты культурного наследия новым рачительным хозяевам, с одной стороны, позитивна: бюджет освобождается от трат на содержание старинных усадеб и исторических зданий, возлагая их реставрацию на новых собственника. «Наша прямая задача на этот год - увеличивать количество участников торгов, конкурирующих за такие активы», - заявила руководитель Росимущества Ольга Дергунова в уже упомянутом интервью, заманивая «пряником» возможной приватизации административных зданий-особняков с табличками «здесь жил, работал, трудился».

Но многие подозревают, что в конечном итоге подобная приватизация может вылиться в традиционную схему, когда новому владельцу, к примеру, передают историческое место под торговый павильон, а спустя какое-то время признают прежнее решение «неправильным» и гонят его взашей, чтобы перепродать такое же разрешение новому владельцу.

Подобные подозрения отнюдь не беспочвенны: в последние время со стороны Росимущества появилось большое количество спорных, а то, по мнению юристов, и довольно сомнительных исковых заявлений к владельцам недвижимости о якобы незаконном приобретении ими в свое время исторических зданий. Создается впечатление открытия со стороны ведомства незримого фронта войны за перепродажу флигелей и городских усадеб минувших веков, на которые когда-то были выданы свидетельства о праве собственности.

За примерами далеко ходить не надо, и для начала расскажем о тех случаях, когда эта цель со стороны ведомства Ольги Дергуновой не была достигнута.

Так, Территориальное управление Росимущества по г. Москве подало иск об истребовании и передачи ему «в освобожденном виде» объекта культурного наследия «Городская усадьба – Флигель, XVII-XIX вв.» по адресу: г. Москва, Нижний Кисловский пер., д. 6, стр. 2. Переводя протокольный язык на русский: Росимущество захотело отобрать флигель у его нынешнего владельца. В иске истец заявил, что в свое время у города Москвы отсутствовали полномочия по продаже этого спорного объекта приобретателю – ЗАО «Компания «Старый дом», а прежние договора купли-продажи на здание якобы являются ничтожными.

И это при том, что право собственности ответчика на здание площадью более 2 тыс. кв. м. было зарегистрировано в 2005, 2008 годах, и ответчик находился в указанных помещениях с даты заключения договоров купли-продажи.

Судя по таким гражданским делам, любой нынешний чиновник может с легким сердцем оспаривать то, с чем соглашался ранее его предшественник, и делать вид, что собственник незаконно находится в приглянувшемся чиновнику старом здании.

Вступившее в законную силу решение Арбитражного суда города Москвы от 03.06.2015 года по этому делу № А40-5312/15, отказавшего в иске чиновникам, доказывает надуманность подобных исков. Под соусом, что федеральная структура радеет о возвращении в собственность государству памятников федерального значения, по сути, скрываются намерения нового руководства ведомства по-своему переделать существующий рынок недвижимости.

Ни одного доказательства, что спорное здание в Нижнем Кисловском переулке является федеральным памятником, истец не смог представить. Не говоря уже о том, что давно уже истек срок давности по подобному иску. Суд справедливо указал: «Истец должен был знать о нахождении во владении ответчика и регистрации права собственности ответчика на спорные помещения».

Та же «песня» в другом судебном деле: в 2015 году ТУ Росимущества по г. Москве аналогичным образом пыталось «истребовать из чужого незаконного владения», а проще говоря, отнять у ООО «Дом отдыха «Братцево», принадлежащего Союзу театральных деятелей РФ, объект культурного значения – «Усадьбу П.С. Щербатова XVII–XIX вв.: Главный дом XVIII в.». Это тоже лакомые для чиновников 1686 кв. метров недвижимости в Светлогорском проезде Москвы, на которые у ответчика имелись не только документы о праве собственности, но и охранное обязательство по обеспечению сохранности этого культурного наследия, заключенное в 2012 году с Департаментом культурного наследия г. Москвы.

Как и в предыдущем случае, сроки давности для подобного иска давно прошли: Дом отдыха «Братцево» 56 лет назад (!) был передан от государства профсоюзам, а затем право собственности на объект перешло к Союзу театральных деятелей РСФСР. Отказывая Территориальному управлению Росимущества в городе Москве в удовлетворении иска, Арбитражный суд города Москвы в решении от 16 ноября 2015 года по делу № А40-152344/15 отметил: «Спорные объекты выбыли из собственности государства в 1960 г. на основании Постановления Совмина СССР от 10.03.1960 г. № 335. Истец обратился с иском 17.08.2015 г.»

Однако нынешние руководители Росимущества, похоже, нашли способ, как бороться с трехлетним сроком исковой давности, предусмотренным ст. 196 ГК РФ, но так мешающим изъятию у собственников зданий. В конце 2015 года она выиграла судебную войну в первой инстанции, «отжав» у одной из компаний находящееся в столице историческое здание, на который право собственности было зарегистрировано еще в 2010 году. Казалось бы, как и в предыдущих случаях, срок исковой давности истек. Но представитель Территориального управления Росимущества в Москве заявил в суде, что о нарушении его «права» на исторический объект истец узнал лишь 24 декабря 2014 г. при получении выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (ЕГРП). А до этого, мол, не знал-не ведал, как ущемлялись исконные права ТУ Росимущеста на оспариваемый объект…

В результате подобной «корректировки» с применением ст. 200 ГПК (по ней «истечение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права» -Ред.) чиновники «оттяпали» вожделенный «Флигель Городской усадьбы» у фирмы, пять лет имевшей на объект зарегистрированное право собственности…

Согласитесь, с таким ловким ходом, когда чиновники Ольги Дергуновой вдруг «обнаруживают» права Росимущества на исторические здания, можно творить какие угодно чудеса и взламывать переуступки собственности хоть 100-летней давности! Получается, судья арбитражного суда пошла на очень опасный прецедент. Заложниками его, по сути, стали практически все сегодняшние владельцы исторических зданий столицы. Старые здания, за которые Росимущество сегодня разжигает судебные споры с их собственниками, как правило, расположены в престижном месте, и их перепродажа должна быть крайне выгодна «чиновникам с короткой памятью». Впрочем, причем здесь память, если на виду у всех может твориться незаконный и «беспредельный» передел рынка недвижимости под маской возвращения исторических зданий в лоно государства?!

По заветам Билла Гейтса

Руководитель Федерального агентства по управлению государственным имуществом Ольга Дергунова, которая контролирует подобную практику собственных подразделений на рынке исторической недвижимости, если судить по ее многочисленным интервью, человек не просто грамотный, а прямо-таки выпестованный в традициях западной, и, прежде всего, американской деловой этики. «Люблю Калифорнию — там правильный дух», - рассказывает она в одном из очерков о себе. Что ж, за короткий срок нынешняя руководительница ведомства действительно освоила технологии современной мировой бюрократии, которым обучают по программам MBA. Возможно, в том числе за упомянутые проамериканские взгляды Ольге Константиновне и удалось сделать карьеру в московском подразделении корпорации Microsoft, поднявшись в ней до кресла президента этой структуры в России и СНГ. Она даже удостоилась встречи в США с самим Биллом Гейтсом, от которого пришла в восторг и, по ее словам, «нашла точки прикосновения».

В 2002 году издающаяся в Нью-Йорке газета The Wall Street Journal включила Ольгу Дергунову в число 25 наиболее успешных и влиятельных деловых женщин Европы. В 2006 году Дергунова получила награду Американской торговой палаты «Бизнесмен года». Не случайна и такая самооценка Ольги Дергуновой: «Меня сложно назвать типичным россиянином после 15 лет работы в американской компании, - призналась она журналистам. Как управленец я выросла и состоялась в англосаксонской корпоративной культуре».

Удивительно, что Ольга Дергунова с такой американской школой не унаследовала священного на Западе отношения к собственности. Судя по стремлению ее подчиненных под любыми предлогами перекроить рынок недвижимости, она не считается с владельцами исторических зданий, и англосаксонскую корпоративную этику почему-то не распространяет на Россию – это же не Бруклин! А в России, получается, всё можно? Как отмечали обозреватели, конфликтные ситуации вокруг Федерального агентства по управлению государственным имуществом происходили «главным образом из-за имущества, которое Дергунова хотела перевести под полный контроль своего ведомства».

Невольно в этой ситуации вспомнишь эпизод культового фильма «Брат», в котором главный герой спрашивает у своего заокеанского визави: «Вот скажи мне, американец, в чем сила? Разве в деньгах?»

Между тем, подрыв уверенности у нынешних российских владельцев объектов исторического наследия, что добросовестно приобретенную собственность завтра у них не отберут по мановению руки чиновника, это по сути мина под стабильность государства. Сложившаяся сейчас практика перекроя рынка недвижимости вконец подрывает все заявленные Дергуновой в «Российской газете» планы о привлечении заинтересованных граждан и компаний к покупке на торгах исторических зданий. Ибо собственность, не гарантированная и не оберегаемая государством, лишь головная боль, а не вклад в будущее.

Это доказала, к примеру, ситуация с уже упомянутым объектом, который чиновники Росимущества сумели заполучить в 2012 году. С помощью инициированного суда было «частично признано недействительным» постановление Правительства города Москвы от 27.03.2001 № 299-П «О регистрации в государственной собственности города Москвы недвижимых памятников истории и культуры, находящихся в оперативном управлении Главного управления охраны памятников города Москвы» (далее: Постановление). То есть спустя 11 лет крючкотворными исками юристы «отменили» московскую принадлежность здания, что было первым шагом для фактического отъема у прежнего владельца здания по статусу объекта федерального значения. Но ведь, наверное, компания, приобретая в то время историческое помещение, вкладывая немалые деньги в его ремонт, не предвидела, что через десятилетие официальное Постановление Правительства города Москвы «подправят», чтобы посчитать недействительной сделку по приобретению недвижимости.

Вот так юридическими закавыками решает руководство Росимущества дела на рынке исторической недвижимости!

Еще раз хочется подчеркнуть, что именно сейчас стабильность в вопросах владения имуществом начинает играть для граждан страны решающую роль. А когда чиновники плюют и на сроки давности, и на прежние постановления, на основании которых проводились продажи зданий, то выходит, что для государства и его слуг нет ничего неприкосновенного, прямо, как в песне Высоцкого: «И ни церковь, ни кабак, ничего не свято…»

Не пойман, не вор…

Вряд ли кто мог подумать, когда успешную ученицу американских бизнес-гуру Ольгу Дергунову ставили навести порядок в сфере государственного имущества РФ, что результатом ее назначения будет создание коррупционной ситуации, от которого Билл Гейтс пришел бы в ужас? Между тем, как говорят специалисты, период руководства Дергуновой Росимуществом стал как раз одним из самых «коррупционноёмких» в истории ведомства. Даже сайт ведомства признает, что типичными преступлениями сотрудников федерального агентства и его территориальных управлений стали взятки в особо крупных размерах, покушения на взятку, мошенничество в особо крупных размерах, превышение должностных полномочий.

При этом сама Ольга Константиновна «горела» только на мелочах. В мае 2014 года она получила выговор от председателя Совета Федерации Валентины Матвиенко «за дезинформацию верхней палаты», когда попыталась скрыть факты незаконной торговли в памятнике федерального значения - колоннаде Кисловодского парка. Но ее ни разу, что называется, не схватили за руку, хотя, как писали СМИ, «люди, заподозренные в коррупции чиновники при Ольге Дергуновой возглавляют практически все территориальные ведомства Росимущества».

За короткий период руководства Агентством Дергуновой уголовные дела были возбуждены против бывших руководителей территориальных управлений Росимущества в Новгородской области (В. Митра), г Москве (А. Шестерюка), Московской области (И. Ильинского), Камчатского края (А. Фоменко), в 2013 году в Дагестане арестовали экс-главу местного Росимущества Магомеда Курамагомедова. И это лишь малая часть малая часть коррупционных скандалов, произошедшая с подчиненными Ольге Дергуновой руководителями.

Исходя из повторявшихся почти во всех структурах Росимущества «типовых» ситуаций, СМИ не раз высказывали предположения, что «в Федеральном агентстве по управлению государственным имуществом имеется так называемая «вертикально интегрированная система коррупции» (ВИСК), когда взятки с «нижнего уровня» по средствам «откатов» идут прямиком в федеральное руководство». Конечно, по русской пословице, не пойман, не вор, но критическая масса коррупционных преступлений заставила экспертов задуматься именно о создавшейся системе «откатов» и коррупционных доходов. Возможно, контролируемой кем-то выше нынешнего руководителя федерального агентства…

«Известия» отмечали, что в Росимуществе Ольга Дергунова «полностью самостоятельной фигурой так и не стала». Известно также ее собственное высказывание: «Я не являюсь человеком высокого полета в одиночном зачёте». Как мы приводили пример с «Микрософтом», Ольга Константиновна всегда считала себя профессиональным наёмным работником, умеющим в интересах работодателя выстроить «командную игру». Как сообщали СМИ, в ВТБ не слишком известного управленца, обласканного рейтингами The Wall Street Journal, в свое время протолкнул из «Микрософта» в ВТБ неровно дышащий к западным либеральным моделям Алексей Кудрин.

Несмотря на мусолящиеся слухи о скорой отставке Ольги Дергуновой, она продолжает сидеть в этом кресле - возможно, как раз за умение быть «командным игроком», умеющем держать язык за зубами. За такое качество ныне могут простить любую коррупцию.

Конечно, нынешняя глава Росимущества не чувствует себя уверенно, особенно после прошлогоднего выговора от премьер-министра Дмитрия Медведева за невыполненное поручение правительства и скандальных выступлений СМИ про выпестованную в Росимуществе «вертикально интегрированную систему коррупции».

Во спасение подмоченной репутации ведомства на его сайте недавно было помещено сообщение о заседании, приуроченном к проведению Международного дня борьбы с коррупцией. На нем Ольга Дергунова заявила, что в ее ведомстве кардинально изменилось отношение к борьбе с коррупцией, созданы Управление внутреннего контроля и советы, которые содействуют, взаимодействуют и т.п.

Любопытно, что в канун женского праздника 8-го Марта руководство Росимущества уведомило работников центрального аппарата Агентства и его территориальных управлений о запрете дарить и получать подарки в связи с выполнением должностных обязанностей от физических и юридических лиц.

Словом, заместитель министра экономического развития-руководитель Федерального агентства по управлению государственным имуществом сейчас всеми силами старается отмежеваться, на мой личный взгляд, от пойманных на взятках и мошеннических действиях подчиненных и отгородиться от славы ведомства- «рассадника коррупции». Только вот помогут ли подобные пиар-методы этой высокопоставленной чиновнице, воспитанной в англосаксонской корпоративной культуре?