18+
  1. «Тольяттиазот» как зеркало российской приватизации

«Тольяттиазот» как зеркало российской приватизации

«Тольяттиазот» как зеркало российской приватизации
Гигантское предприятие, лидер советского и мирового химпрома, формировавшее глобальный рынок удобрений, за 30 лет без модернизации превратилось в источник повышенной опасности для людей и природы, но по-прежнему остаётся источником сверхприбылей для хозяев завода.

«Тольяттиазот» (ТоАЗ) – крупнейший в России производитель аммиака и одно из наиболее крупных и прибыльных химических производств мира. Официальный сайт компании с гордостью сообщает, что ОАО «Тольяттиазот» – «единственное в мире химическое предприятие, способное производить ежегодно около 3-х миллионов тонн аммиака. Завод экспортирует свою продукцию более чем в 120 стран мира. Доля экспорта – 85% от общего объёма производимой продукции». Семь агрегатов аммиака, два агрегата карбамида – производственные мощности этой компании можно считать самыми масштабными в стране. К тому же у ТоАЗа есть еще одно преимущество – уникальный, единственный в России аммиакопровод Тольятти-Одесса. Этот гигантский трубопровод протяженностью почти 2400 км, исторически строившийся как единый комплекс с «Тольяттиазотом», обеспечивает компании практически самые низкие транспортные издержки среди всех производителей азотных удобрений. Кстати, чтобы оценить масштаб завода, достаточно сказать, что для выкупа всей российской части уникального трубопровода ТоАЗу пришлось отдать лишь около 6% своих акций.

Завод строился уже на излете СССР, совместно с американцами и для американского рынка. Деньги на этот проект знаменитого Арманда Хаммера выделял синдикат во главе с Bank of America. ТоАЗ, Всесоюзная ударная стройка, создавался по договору с фирмой «Оксидентал Петролеум» («Oxidental Petroleum», США) на компенсационной основе: с СССР был подписан контракт на 20 лет о поставке 1 млн. тонн аммиака ежегодно – это треть всего производства завода.

С запуском Тольяттиазота мировой рынок аммиака увеличился почти на 15%. А «Oxdental Petroleum» получала контроль над рынком минеральных удобрений США и мировым рынком аммиака.

Срок контракта истекал 31 декабря 1997 года. Советского Союза, чьим детищем был ТоАЗ, уже не было. Завод же остался и продолжал работать – но уже в качестве частной собственности его директора.

Владимир Махлай возглавил ТоАЗ по направлению ЦК КПСС и правительства в 1985 году, как раз когда начиналась перестройка. Становление российского рынка со всеми его сложностями ничуть не смутило «красного директора» - Махлай удивительно быстро нашел свое место в новой реальности и с успехом развил свои коммерческие таланты.

Он немедленно нашел новых заграничных партнеров помимо «родной» «Оксидентал Петролеум», а в дополнение к ним принялся создавать дочерние компании – модные тогда «совместные предприятия» с участием ТоАЗа и во главе со своими ближайшими родственниками. Возможно, тут ему пригодились советы близкого друга – Евгения Седыкина, местного авторитетного предпринимателя, создателя одного из первых в городе кооперативов.

К началу 1990-х гг. Владимир Махлай уже освоился с новыми правилами игры. И начал выигрывать.

«Тольяттиазот» стал одним из первых предприятий, где началась приватизация. Однако проведена она была кулуарно, с грубыми нарушениями закона.

Тогдашний глава Госкомимущества РФ Анатолий Чубайс подписал распоряжение о разрешении «Тольяттиазоту» в порядке исключения приватизироваться по 3-му, упрощенному варианту приватизации. (Российская газета, 26.02.1999). Однако под условия 3-го варианта «Тольяттиазот» совершенно не подходил по всем формальным признакам: эта схема приватизации предполагала небольшой коллектив - менее 200 человек - и активы менее 50 млн рублей. То есть небольшое и бедное предприятие. «Тольяттиазот» был и большим, и далеко не бедным: уставный капитал после оценки имущества составил 445,4 млн рублей. Но зато 3-й вариант давал интересные возможности руководству предприятия.

Если по первому или второму варианту трудовой коллектив получал контрольный пакет акций, то по третьему деление предприятия происходило по-другому. Половина акций, так же, как в первых двух вариантах, передавалась Госкомимуществу для продажи на аукционах, а вторая половина разделялась на две части: одна распределялась по закрытой подписке среди членов трудового коллектива, а другая продавалась по номинальной стоимости группе работников, заключивших договор по выполнению плана работы предприятия и недопущению банкротства, то есть руководству предприятия.

Кстати, уговорить работников проголосовать за 3-й вариант Владимиру Махлаю удалось с большим трудом.

В результате 20% акций предприятия удалось закрепить за Владимиром Махлаем и горсткой других руководителей завода. Начало было положено. Дальше – дело техники. СП, контролируемые Махлаем, успешно скупали акции Тольяттиазота на денежных аукционах и инвестиционных торгах.

Так махлаевцы постепенно и тихо завладели контрольным пакетом акций ТоАЗа.

Тем временем, как ни старалась «Оксидентал Петролеум», но возобновить прежний контракт с ТоАЗом ей не удалось. Экспортные потоки были переориентированы на фирмы, подконтрольные непосредственно Махлаю. Все, кто был рядом с Махлаем, покуда он «прибирал к рукам» ТоАЗ, – все они, будь то заграничные участники совместных предприятий или личный приятель Седыкин, оказались теперь махлаевскими врагами, «рейдерами» и «захватчиками». Их имена были попросту вычеркнуты из реестра акционеров, и теперь суды восстанавливают права миноритариев на их собственность ценой в несколько миллионов долларов. Зато Тольяттиазот практически целиком принадлежит династии Махлаев. Как отметил в январе 2012 г. «Эксперт Онлайн», «Красный директор» Владимир Махлай и его семья по-прежнему контролируют более 76% тольяттинского аммиачного гиганта». «По-прежнему» - значит, с конца 1990-х.

За это время «эффективный менеджер» Владимир Махлай занимался чем угодно, но не модернизацией предприятия. Собственно, это и понятно. Еще с прошлого века топ-менеджеры ТоАЗа то и дело «ходят под статьей»: им предъявляются и административные, и даже уголовные обвинения, так что им приходилось и скрываться за границей. Тяжбы с мелкими акционерами тянутся уже последние лет десять, причем только потому, что на ТоАЗе предпочитают решения суда игнорировать, а миноритариев называть рейдерами и бороться с ними как со злобными агрессорами. А между тем оборудование выработало по два с лишним срока – его давно пора менять, а денег нет даже на текущий ремонт. Датчики, сигнализирующие об опасности, либо уже вышли из строя, либо попросту отключены. Список предписаний Ростехнадзора превышает полтысячи пунктов, претензии экологов просто невозможно перечесть.

Проблема защиты окружающей среды обсуждалась даже в ходе рабочей поездки президента России Дмитрия Медведева в Самарскую область. Об этом подробно писала «Российская газета» 16.03.12: «Три самарских предприятия вообще входят в топ-100 самых грязных по версии экологической организации «Зеленый патруль». На одном из них – «Тольяттиазоте» – не раз выявлялись нарушения и Росприроднадзором, и Ростехнадзором, что, впрочем, не мешает заводу продолжать свое «грязное дело», не признавая, что эти нарушения влияют на безопасность и здоровье людей».

При этом Тольяттиазот с удивительным упорством отчитывается о крайне низком объеме производства (это при самых больших в стране производственных мощностях) и о скудных экспортных доходах. Дело в том, что завод по неизвестной причине поставляет свою продукцию по ценам существенно ниже рыночных, а от приведения цен на его продукцию к среднемировому уровню наотрез отказывается. Оно и понятно: поставки по реальным ценам в этой ситуации означали бы повышение отчислений в казну и рост дивидендов по акциям – а ведь это прямая потеря денег нынешними владельцами завода – Владимиром Махлаем с сыновьями, генеральным директором Евгением Королевым и основным распределителем денежных потоков через офшоры – Андреасом Циви.

А главное, прозрачность финансовой деятельности показала бы, что на модернизацию производства, экологические мероприятия и социальные программы средства есть уже сейчас. Вот только направляются они по совсем другим адресам.

Не пора ли государству задуматься о возврате акций ОАО «Тольяттиазот» в федеральную собственность? По мнению экспертов, правовые механизмы для этого имеются. Ведь новая прозрачная и законная процедура приватизации могла бы помочь обрести многострадальному предприятию нового, поистине эффективного хозяина, заботящегося о производстве и трудовом коллективе. А федеральный бюджет пополнился бы на несколько миллиардов долларов, так необходимых стране в наше посткризисное время!