18+
  1. В. Кантор «прокручивает» госбюджет?

В. Кантор «прокручивает» госбюджет?

В. Кантор «прокручивает» госбюджет?
После того, как холдинг «Акрон» Вячеслава Кантора привлек в качестве инвестора для разработки Талицкого участка Верхнекамского калийного месторождения Внешэкономбанк, на рынке появились слухи, что «Акрон» собирается банально «прокрутить» бюджетные деньги. Но получит ли тогда государство хоть что-нибудь от этой сделки?

Возможно, что нет… Ведь в обещания, которые дает «Акрон», верить как-то особо не приходится из-за многочисленных финансовых скандалов и корпоративных войн, в которых отметился холдинг Вячеслава Кантора. Видимо, именно по этой причине «Акрон» целых три года не мог привлечь инвестора для разработки Талицкого участка Верхнекамского калийного месторождения. И вот наконец-то он нашел инвестора в виде государственного Внешэкономбанка (ВЭБ).

Причем, «Акрон» привлек ВЭБ для своего проекта на весьма для себя выгодных условиях.

Во-первых, Внешэкономбанк в 2012 году войдет в капитал Верхнекамской калийной компании, купив через допэмиссию 20% минус 1 акцию за 6,7 млрд руб. ($211 млн). Остальные 29% плюс 1 акция «Акрон» должен продать другим российским или иностранным инвесторам за $327 млн с последующим выкупом до 2020 года.

А, во-вторых, ВЭБ выделит «Акрону» кредит на $1,12 млрд на шесть лет по ставке 3M Libor+6,5% годовых, что, безусловно, является довольно выгодным предложением для холдинга господина Кантора.

Любопытно, но, по условию контракта, не позднее 31 января 2025 года ВЭБ выйдет из Верхнекамской калийной компании и продаст акции «Акрону» по заранее оговоренной цене, исходя из доходности всего в 8% годовых, что так же крайне выгодно для Вячеслава Владимировича.

Однако, безусловно, что те «барыши», которые получает «Акрон» в этом проекте гораздо больше прибыли ВЭБа. Так почему же Внешэкономбанк пошел на союз с «Акроном», если, в сущности, он не сулит Внешэкономбанку ни какой особой прибыли? В то время, как Вячеслав Кантор всего лишь поиспользует этот госбанк некоторое время, а затем и вовсе «выкинет» его из проекта.

Вероятно, что «Акрон» сумел «раскрутить» ВЭБ на подобную сделку, используя исключительно политические связи своего владельца Вячеслава Кантора, который является председателем Европейского еврейского конгресса.

Кроме того, в свое время Кантор основал Национальный институт корпоративной реформы, в попечительский совет которого вошли такие влиятельные деятели бизнеса и политики, как Михаил Прусак, президент Альфа-Банка Петр Авен, Анатолий Чубайс, вице-президент Российской академии наук Некипелов и еще 200 человек, попавших в сферу влияния «корпоративной политики» холдинга «Акрон». Собственно говоря, именно эти связи позволили Кантору стать главой Российского Еврейского конгресса, а затем – Европейского Еврейского Конгресса.

И вот теперь, когда Россия оказалась перед натиском второй волны мирового финансового кризиса (который, кстати, отразится и на продажах минеральных удобрений), Вячеслав Кантор продолжает открыто использовать государственные финансы для поддержки своего бизнеса.

Кстати, господин (а, может быть, уже мистер) Кантор проживает не в России с ее суровым уголовным законодательством, а в Швейцарии – в самом центре либеральной Европы.

Впрочем, оно и понятно, ведь в РФ к Вячеславу Владимировичу может возникнуть много претензий, с учетом слухов о возможном пересмотре итогов приватизации и национализации крупных промышленных объектов из-за вступления России в ВТО. Эти претензии связаны, в основном, с тем, как Кантор в «лихих 90-х» консолидировал структуры, ныне входящие в «Акрон».

Ведь тогда, в 1993 году, Вячеслав Владимирович завладел одним из наиболее эффективных предприятий химической промышленности СССР – «Азотом» (ныне переименованным в «Акрон»), купив его по крайне заниженной цене. Так за 35% акций одного из мощнейших предприятий советской химической промышленности господин Кантор заплатил около 350 млн. рублей или $200 тыс. В то время, как на рынке стоимость тонны продукции «Азота» составляла $140 за тонну, а мощность предприятия составляла 4 млн. тонн в год.

Позже по подобной «грабительской схеме» Вячеслав Владимирович «подмял под себя» ряд других важнейших объектов химической промышленности, таких как ОАО «Дорогобуж», ЗАО «Акронит», ЗАО «Новпромгаз».

А так же он приобрел 8% акций «Сильвинита», основного поставщика калийного сырья на «Акрон», 20% акций ОАО «Росхимтерминал», которое строило химический терминал в порту Усть-Луга, и даже 7,73% акций мурманского «Апатита».

Собственно говоря, похоже, что при возможном пересмотре итогов приватизации, Вячеславу Владимировичу есть чего бояться.

Хотя Кантор старается не подавать виду и дальше продолжает использовать бюджетные деньги в своих интересах. Последняя сделка с ВЭБом лишь доказывает, как Кантор смог «прокрутить» финансы Внешэкономбанка для разработки Талицкого участка Верхнекамского калийного месторождения.

Многие участники рынка отмечают, что тем самым «Акрон» банально «кинул» государство. Впрочем, партнеры Кантора по бизнесу, а так же прочие крупные игроки на агрохимическом рынке уже привыкли к подобным «кидаловам» со стороны «Акрона». Ведь именно этот холдинг является одним из основных разжигателей «корпоративных войн» в агрохимическом секторе.

Для того, чтобы это понять, достаточно вспомнить, как «Акрон» воевал с «Фосагро» Андрея Гурьева, «Уралхимом» Дмитрия Мазепина и даже с норвежской корпорацией Yara.

Так, когда с декабря 2007 г. цена на апатитовый концентрат на бирже выросла более чем в пять раз — до 11 925 руб. за 1 т., одного из крупнейших потребителей концентрата, «Акрон», это не устроило, хотя весь процесс повышения цены шел сугубо по законам рынка. Тогда его предприятие «Дорогобуж» пожаловалось в ФАС. Конкретно «Акрон» был недоволен позицией ОАО «Апатит», входящего в холдинг «Фосагро».

Однако, тогда у Вячеслава Кантора не получилось атаковать структуры Андрея Гурьева, и «нападение» «Акрона» на «Фосагро» окончилось, едва начавшись.

В ответ на это «Фосагро» тоже пожаловалась на «Акрон» в ФАС. Из письма следует, что «Акрон», воспользовавшись правом «традиционного потребителя», намерен скупить концентрат на «Юмексе» по низкой цене в количестве, превышающем его производственную программу.

В общем, холдинг господина Кантора попробовал обмануть других участников рынка, но из этого ничего не вышло.

Далее «Акрон» стал «атаковать» другие агрохимические холдинги. К примеру, все помнят войну «Акрона» и норвежской корпорации Yara, которая началась после того, как Yara на совершенно законных основаниях хотела вернуть 10,3% голосующих акций «Апатита» из «Нордик рус холдинга» (СП Yara с «Акроном») или истребовать с партнера деньги.

Тогда господин Кантор использовал против Yara все свои ресурсы – начиная от информационных и заканчивая финансовыми и политическими. Война между «Акроном» и Yara была довольно продолжительной и затратной для обеих сторон, но в итоге Вячеслав Владимирович потерпел в ней сокрушительное положение.

Так «Акрон» сдался и решил выплатить норвежской Yara по закону причитающиеся ей деньги. По данным RTS Board, 10,3% голосующих акций «Апатита» стоят $231,3 млн.

Так что Yara смогла вернуть свои финансы, а «Акрон» в очередной паз потерпел поражение в «корпоративных баталиях».

Еще одним безусловным проигрышем Кантора была попытка поглощения «Уралхима» Дмитрия Мазепина. Сколько тогда топ-менеджеры «Акрона» говорили о приобретении акций «Уралхима», а все напрасно.

Ведь не отдал свой Дмитрий Мазепин свой холдинг Вячеславу Кантору, как тот не старался…

Так же захлебнулись планы «Акрона» по поглощению «Сибур-Минудобрений», «Минудобрений» (Россош) и «Метахима» (Ленинградская область).

Так контроль над «Сибур-Минудобрениями» вскоре, как ожидается, перейдет к группе «Агропродмир», которая, по слухам, хочет перепродать его холдингу «Фосагро». Так же холдинг Андрея Гурьева уже взял под свой контроль «Метахим». А, по, словам губернатора Ленинградской области Валерия Сердюкова, ОАО «Фосагро» купило не только волховское предприятие «Метахим», но и «Пикалевскую соду».

А вот 80% акций «Минудобрений» (Россош) приобрел Аркадий Ротенберг.

Так что «наполеоновским планам» Вячеслава Кантора не суждено было сбыться, а те агрохимические активы, на которые претендовал «Акрон», за последнее время перекупили другие холдинги.

Похоже, потерпев сокрушительное поражение в корпоративных войнах на агрохимическом рынке, Вячеславу Кантору ничего не остается, кроме, как и дальше «доить» государство. Это, кстати, подтверждает и последняя сделка «Акрона» с Внешэкономбанком по совместной разработке Талицкого участка Верхнекамского калийного месторождения.

Последние новости