18+
  1. Архив НКВД останется государственной тайной

Архив НКВД останется государственной тайной

Архив НКВД останется государственной тайной
Межведомственная комиссия по защите государственной тайны ответила отказом на петицию с призывом открыть доступ к архивам ВЧК-НКВД-КГБ. Об этом сообщил адвокат Иван Павлов.

Павлов, известный активным участием в движении, которое добивается открытого доступа к сведениям о работе государственных инстанций, в своем аккаунте в Facebook разместил краткое содержание ответа комиссии на петицию, в которой речь шла о рассекречивании архивов Всероссийской чрезвычайной комиссии, Народного комиссариата внутренних дел и Комитета государственной безопасности СССР. В поддержку документа высказалось 60 тысяч россиян.

Однако в комиссии сочли нецелесообразным отменять ранее принятое решение, согласно которому для большинства документов этих органов статус секретных будет сохранен до 2044 года. Мотивируя свое решение, члены комиссии заявили, что информация о работе органов государственной безопасности в 1917-1991 годах остается актуальной, и ее разглашение может причинить ущерб безопасности РФ.

В ответе за подписью секретаря комиссии Дергачева говорится, что запрошенная активистами информация содержит сведения о контрразведке, противодействии терроризму, разведке и оперативно-розыскной работе, разглашение которых недопустимо в интересах национальной безопасности. Павлов критически прокомментировал этот аргумент, отметив, что он, вероятно, войдет в учебники истории.

В то же время, сообщили в комиссии, пролонгация статуса секретных не распространяется на документы, в которых речь идет о массовых репрессиях. Они были преданы гласности еще указом президента Бориса Ельцина от 23 июня 1992 года. Сегодня все материалы, касающиеся репрессий и нарушений прав человека, находятся в открытом доступе, отмечают в комиссии.

Петиция Павлова стала не первым ходатайством о рассекречивании архивов НКВД, получившим отказ. В феврале прошлого года Верховный Суд РФ согласился с доводами ФСБ, которая отказалась рассекречивать письмо руководителя НКВД Николая Ежова, в котором речь шла о «деле харбинцев». Снятия грифа «секретно» с письма добивался историк Сергей Прудовский, который полагает, что письмо Ежова должно быть предано гласности согласно ельцинскому указу, поскольку в нем фактические дается старт репрессиям бывших работников Китайско-Восточной железной дороги.