18+
  1. Елена Дмитриева, телеведущая и юрист. Мы не играем на низменных чувствах зрителей

Елена Дмитриева, телеведущая и юрист. Мы не играем на низменных чувствах зрителей

Елена Дмитриева, телеведущая и юрист. Мы не играем на низменных чувствах зрителей
Бракоразводные процессы, вопросы, связанные с брачными контрактами, с местом жительства детей после развода их родителей, с разделом имущества, с наследством весь этот интереснейший юридический материал находится в компетенции судьи Елены Дмитриевой.

В проекте «Дела семейные» разбираются дела, которые касаются взаимоотношений между родственниками. Бракоразводные процессы, вопросы, связанные с брачными контрактами, с местом жительства детей после развода их родителей, с разделом имущества, с наследством весь этот интереснейший юридический материал находится в компетенции судьи Елены Дмитриевой. Женщина в черной мантии, обличенная властью и вершащая правосудие внушает доверие, она распутает самые запутанные узелки. Не без волнения обозреватель газеты «Век» Александр Герасимов ожидал встречи с судьей, ведущей программы «Дела семейные» (телеканал «Домашний») Еленой Дмитриевой. Но уже издалека она улыбнулась. Поверьте, человеку с такой открытой улыбкой можно доверять.

«Век»: Елена Викторовна, совсем недавно программа «Дела семейные» перешла с канала РЕН ТВ на «Домашний». В каком «обрамлении» вам комфортней? И в концепцию какого канала программа вписывается органичней?

— Мы не жалеем об этом переходе. Я очень тепло и с интересом отношусь к каналу «Домашний» с момента его создания. Меня пригласили на конференцию, посвященную двухлетию канала. На ней выступал генеральный директор телеканала «Домашний» Александр Роднянский. Он сказал, что канал уютный, заботливый и с любовью относящийся к своему телезрителю. Как телезритель я разделяю эту точку зрения. У канала нет системы навязывания, что мне кажется очень важным. Многие каналы вошли в ту стадию развития своего телевизионного эфира и производства, когда, идя на поводу у зрителя, подстраиваясь под его вкусы, стали опускаться ниже дозволенного уровня и играть на низменных чувствах. Это только подниматься в гору тяжело, а опускаться можно легко до бесконечности. Они, эти каналы, стали навязывать сериалы, криминал и программы подобные «Аншлагу» и «Кривому зеркалу». Уже трудно понять, какой канал смотришь. К тому же в вещании прослеживается в большей или меньшей степени агрессивность. У «Домашнего» этого нет. Он предлагает себя рассмотреть, как некую возможность организации досуга, отдыха, опыта.

«Век»: Ваш образ на экране очень не домашний, а для тех, кто хотя бы раз бывал в суде, устрашающий…

— Это образ, это работа. Мне самой сложно про себя говорить, но я представляю себя очень положительной (смеется). Я стараюсь быть терпимой к своим домашним, ведь это одно из самых важных качеств в женщине, на мой взгляд. Слава богу, у меня много родственников: сын, муж, родители мои и мужа, близкие друзья, ставшие родными. Хотя иногда я думаю, что в жизни у меня характер хуже. Я вообще человек достаточно эмоциональный и все-таки вспыльчивый. По работе приходится сталкиваться с очень разными проблемами, и не всегда, легко оставаться спокойной. С другой стороны я отходчивая.

«Век»: А собственно, зачем нужна эта программа?

- Сейчас законодательство меняется крайне быстро, и необходимо постоянно разъяснять новые позиции. Очень много всего произошло с жилищным кодексом. Практикующие юристы, судьи отмечают, что «Жилищный кодекс» очень тяжелый с точки зрения его применения и затрагивает огромное количество людей. Гораздо меньше людей сталкиваются с «Уголовным кодексом». Именно поэтому в каждой программе обязательно дело, в котором затрагивается та или иная статья, касающаяся «ЖК». Мы настаиваем на том, чтобы в программе звучали номера статей и точные формулировки. Применяющееся законодательство требует, чтобы телевидение поспевало за ним, хотя бы в таком формате, как телешоу. Даже если решение принимается не в пользу кого-то, нам надо попытаться разъяснить телезрителям, как можно к данной проблеме подойти с другой стороны, что надо было сделать, в чем была ошибка, что мы можем посоветовать. В реальном суде, в реальном зале суда вы с этим не столкнетесь. Даже если судья хочет об этом сказать, он не сможет, он ограничен рамками. Но в познавательной, пропагандисткой, образовательной телепрограмме у нас есть возможность подсказать.

Нам надо соблюсти баланс между ведущими, мной и Павлом Алексеевичем Астаховым «Час суда» (РЕН ТВ), и теми людьми, кто занимается производством программы. Для телевизионщиков главная задача – всевозможными способами и приемами сделать программу интересной, предать ей элементы шоу. Конечно, задача у профессиональных юристов в этой программе не то, чтобы снизить элементы шоу, иначе оно будет не интересным, но внести некий образовательный и просветительский смысл.

«Век»: Где вы выискиваете истории? Ведь в каждой программе 3 истории, в месяце около 22 программ, путем несложных арифметических действий можно сосчитать, что на каждый месяц надо порядка 66 историй…

— Истории, ситуации сами к нам приходят. В письмах. И я могу гарантировать, что ни одно из дел не придумано.

«Век»: В студии реальные люди?

- Приглашать реальных людей, которые написали письма не всегда возможно: человек приходит со своей болью, со своими эмоциями. У нас короткий формат, в него надо уложиться. Проводится определенный кастинг, и выбираются люди наименее эмоциональные, те, кто может уложиться во время и не растеряться. Но это вовсе не означает, что мы не рассматриваем другие истории.

«Век»: Когда-нибудь вы ловили себя на мысли: «Этого не может быть?!»

- Иногда я хватаюсь за голову: «Как! За что на одного человека навешивается, наваливается столько проблем!?». Бывают ТАКИЕ удивительные хитросплетения! Однако, то, что изначально кажется сценарием для фильма, потом оказывается жизненной историей. Причем совершенно реальной.

«Век»: Программа «Дела семейные» выходят на канале «Домашний». А вы сами смотрите этот канал?

- Да! Мне очень нравится программа Ирины Петровской. Я уважаю ее и как профессионала, и как человека. Она правильно позиционирует себя по отношению к человеку, которого приглашает к беседе. Это не значит, что она на втором плане. Она сообщник своего гостя. Мне еще очень нравится Таша Строгая. Мне кажется она очень красивая и правильная телеведущая. Это человек, которой держит себя с достоинством, а значит уважает и зрителей. Мне очень нравятся кулинарные программы. Безусловно и давно люблю Николая Николаевича Дроздова. Очень хорошо, что на «Домашний» перешел Павел Евгеньевич Любимцев, потому что его программы ориентированы именно на аудиторию нашего, думаю, теперь я имею права называть его своим, канала. Я с удовольствием смотрю старые фильмы.

«Век»: Вы смотрите кулинарные программы. Логичен вопрос: любите готовить?

— Нет – нет — нет! Я придерживаюсь той точки зрения, что мужчины лучшие повара!

«Век»: Как к этому относиться ваш муж?

— Отлично! Он согласен. У нас есть в семье традиция: в субботу мы собираемся всей большой семьей у нас дома за городом. Я обязательно готовлю суп, а за мужем – приготовление горячего, которое ему удается.

«Век»: Вы живете за городом. Разводите сад — огород?

- Мы посадили деревья, разбили газоны и клумбы, и нам кажется, что они очень красивые. Мы их очень любим! А что касается огорода… Был у нас в этом году опыт. Муж решил, что надо обязательно выращивать зелень. Мы ее посадили, но потом поняли, что немного не рассчитали. Кинза, лук, укроп взошли в таком количестве, что употребить все было просто нереально. Мы пытались уговорить кого-то из своих пойти продавать на рынок, но никто так и не поддался на уговоры. А сейчас у нас на окнах цветочная рассада.

«Век»: Как вы проводите отпускное время?

— Раньше мы все вместе обязательно уезжали из Москвы. Нашему сыну уже 22 года, и сейчас он проводит отпускное время самостоятельно. А мы с мужем стараемся хотя бы 2 недели проводить вместе.

«Век»: А где?

— Зимой уезжаем на горнолыжные курорты, но в этом году зима в Европе подкачала, мы пропустили лыжный сезон. А летом стараемся уехать на море. У нас с мужем есть несколько городов, в оценке которых мы сходимся. В последнее время часто ездим в Рим.