Оксана Робски, родоначальница литературного гламура

Оксана Робски, родоначальница литературного гламура
Оксана Робски стала известна благодаря своему первому роману «Casual», действие которого разворачивается на фоне современной московской жизни с ее модными ресторанами, клубами и гламурными вечеринками.

Можно сказать, что это роман о «скромном обаянии» современной буржуазии. Мы встретились с Оксаной, когда она была гостем программы Александра Шаталова «Библиотека «Огонька», выходящая каждое субботнее утро на канале «Домашний».

«Век»: Оксана, есть ли книги, которые произвели на Вас в детстве сильное впечатление?

— Одна из самых любимых — «От двух до пяти» Чуковского. Ее мне читала мама, а моя старшая дочь даже завела тетрадку и записывает в нее истории про своего младшего брата, которому всего пять лет. Он часто видит мои портреты в журналах и я объяснила ему, что это происходит потому, что я писательница. Когда умерла наша собака, Беня, мы ему сказали, что Беня уехал и живет у своей подружки. И тут в магазине видим журнал, на обложке которого фотография точно такой же собаки, что была у нас. «Смотри, мама, это наш Беня!», — говорит сын. «Да, это он, наверное, в доме своей подружки», — отвечаю я, на что сын меня спрашивает: «А что, Беня тоже писатель?» Уверена, что такие истории есть в каждой семье. Потом они, к сожалению, забываются.

Реклама на веке
Как разместить

«Век»: Вы бы хотели написать книжку для детей?

— У меня с детства есть две любимые книги — «Три толстяка» и «Карлсон». Они близки позитивным и ироничным отношением к жизни. Один герой слишком толстый, второй — с пропеллером и тоже, кстати, не худой. Недавно я со своим ребенком пошла в кино. Я несколько раз переспросила в кассах — можно ли смотреть фильм пятилетнему мальчику? Говорят, да, это фильм как раз для семейного просмотра. Заходим в кинотеатр — чудесная лента, мальчик и девочка влюбляются друг в друга, фантазируют, придумывают свой мир. Сын смотрит с широко раскрытыми глазами. И вот буквально за 20 минут до конца фильма девочка умирает! Я, естественно, тут же кричу, что у меня болит живот, хватаю сына и мы уходим, а он меня всю дорогу спрашивает — умерла девочка или нет… Теперь ты понимаешь, чем мне нравится «Карлсон» и «Три толстяка»? Свою детскую книгу я еще надеюсь написать.

«Век»: Когда вышел роман «Casual», ВАС сравнивали с Франсуазой Саган.

— Я читала ее, когда мне было семнадцать. Свой первый роман она тоже написала в семнадцать лет. Читая Саган, я впервые задумалась о том, чтобы начать писать… Мне нравятся авторы, которые создают собственный мир. Ведь у Саган абсолютно четкий и ясный, только ей присущий мир романов, повторить который невозможно.

«Век»: Это чувственный мир девочки, которая открывает себе любовь и одиночество…

— …открывает для себя пространство. Саган не выходит за его рамки, а остается в нем. В 17 лет мы все открываем мир, он становится шире, не важно — взрослее, темнее, светлее, каким угодно, но мы никогда в нем не остаемся. Я думаю, литература — это один из способов закрепится в этом мире, придумывать себе героев, делать мир совершеннее.

«Век»: Почему же вы решили поступить на факультет журналистики?

— Я уже тогда пробовала писать, например, написала продолжение «Трех мушкетеров». Мама теперь жалеет, что выкинула мои бумаги. Она всегда очень скептически относилось к моему творчеству. А вообще, я много куда поступала и много где училась. Например, работала в суде архивариусом. Мне было интересно разбираться в архиве, читать ту информацию, которая была ранее не доступна. Помню себя сидящей на огромной стремянке, под потолком, листающей старые дела…

«Век»: Какие книги вы сейчас читаете?

— Недавно мне свою новую книгу подарил Аркадий Инин. Еще перечитывают «Антологию американского юмора», Вебера, Тома Вулфа, книгу Лари Кинга… У меня есть свое маленькое издательство и мне интересно изучать бестселлеры, стараться разобраться, почему та или иная книга стала бестселлером. И я в очередной раз пришла к одному и тому же выводу - то, что продается там, вовсе не обязательно будет хорошо продаваться здесь.

«Век»: Как вы относитесь к тому, что стали олицетворением отечественного гламура?

— Если вы говорите о духах «Замуж за миллионера», на обложке которых я и Ксения Собчак, то они лишь наглядный пример коммерчески удачного проекта. Я не считаю, что художник должен быть голодным. Придуман неплохой бренд. Будет очень смешная, очень позитивная книга под таким же названием, сейчас мы работаем над настольной игрой «Замуж за миллионера».

«Век»: Вы действительно считаете, что девушки должны выходить замуж за миллионера или может быть они сами могут зарабатывать себе на жизнь?

— Я считаю, что девушки просто должны выходить замуж и что они должны влюбляться, но понимаешь, в чем дело… «Замуж за миллионера» — это идет из детства, как в любой сказке героиня всегда влюбляется в принца.

«Век»: У вас нет принцев.

— Но у нас есть миллионеры, это те же самые принцы, которые были всегда. Другое дело, что не нужно внушать девушке, что она должна влюбиться только в миллионера. Если правильно ее воспитывают родители и девушка мечтает о любви, а не о миллионере, то ей никак не навредят ни наши духи, ни наша книга.

«Век»: Ваши размышления о том, что на Рублевке живут не все дегенераты, очень свежие.

— Свежие, да. Причем, я вас поправлю, я не сказала «не все дегенераты», я сказала лучше — «необязательно дегенераты».

Реклама на веке
Как разместить
Елена Дмитриева, телеведущая и юрист. Мы не играем на низменных чувствах зрителей Михаил Эйдельман, гендиректор ЗАО М-Пул+
Нецензурные и противоречащие законодательству РФ комментарии удаляются