18+
  1. Радиационный «щит» Москвы трещит по швам

Радиационный «щит» Москвы трещит по швам

Радиационный «щит» Москвы трещит по швам
С момента Чернобыльской трагедии, случившейся почти 30 лет назад, тема радиации и связанных с ней проблем в России успела уйти на задний план. Сегодня даже в Москве, где всегда в полном объеме выполнялись все требования по радиационной безопасности, федеральные власти планируют значительно сократить расходы в этой сфере.

ЦитатаИз-за бюрократических несостыковок источники опасного излучения в столице могут остаться безо всякого контроляКонец цитаты Однако, как показывает недавний трагический опыт японской Фукусимы, угроза радиации — или «белой смерти», как ее называют специалисты, - сегодня никуда не исчезла.

Корреспондент «МК» побеседовал с Михаилом ИВЛИЕВЫМ, директором по радиоэкологии ФГУП «Радон», и выяснил, почему Москве грозит перспектива через несколько лет оказаться без защиты от опасного излучения.

Где найти деньги на безопасность?

- Самое «проблемное» место в Москве в плане радиации — это печально известный Коломенский склон в Южном округе, - говорит Михаил Ивлиев, - в 50-е годы на его вершине вовсю работал завод полиметаллов, где в рамках программы «Ядерный щит» под руководством самого Берии разрабатывалось новое оружие — ториевые бомбы. Отходы от такого производства попросту сбрасывались со склона вниз — к Москва-реке, и закапывали в землю. От такого мусора до сих пор исходит мощнейшее радиоактивное излучение, и он, ко всему прочему, постоянно оказывается на поверхности земли — его вымывает дождями или выкапывают сборщики металлолома. Чтобы решить проблему полностью, требуется около 40 миллиардов рублей — но найти такие деньги довольно проблематично.

Правда, в 2010 году столичное правительство разработало проект постановления «О городской целевой программе «Обеспечение ядерной и радиационной безопасности города Москвы на 2011-2013 годы». Согласно этому документу, к концу нынешнего года Южный округ столицы должен был стать зоной, полностью свободной от радиации — однако этого не случилось. Более того, в 2014 году все мероприятия по охране города от опасного излучения могут быть и вовсе заморожены.

- Наша организация — ФГУП «Радон» - долгие годы играла роль радиационного «щита» Москвы, - говорит Михаил Ивлиев, - однако в последнее время мы испытываем значительные трудности с финансированием. Все дело в том, что в столице есть множество федеральных объектов, обеспечение радиационной безопасности которых осуществляется из городского бюджета. Было бы вполне логично, чтобы федеральные власти взяли на себя эти расходы — однако они не соглашаются на этот шаг. Ситуация зашла в тупик уже до такой степени, что у нас до сих пор не заключен контракт с Москвой на обеспечение ее радиационной безопасности в новом году. А без финансирования наша организация, конечно, еще продержится «на плаву» некоторое время — но это продлится недолго, и вскоре город вполне может лишиться своего радиационного «щита».

Московская миссия борцов с радиацией

Сегодня в Москве работают 134 точки режимной сети ФГУП «Радон», где постоянно отбираются пробы грунта, воды и растительности. Также в городе действуют 65 специальных пунктов контроля, замеряющих радиационный фон окружающей среды и раз в 10 минут передающие данные в единый контрольный центр (последние из них не так давно появились на МКАДе — они сканируют содержимое проезжающих там грузовиков). Наконец, 6 столичных постов радиационного контроля не только замеряют радиационный фон, но и анализируют воздух на предмет наличия в нем опасных радионуклидов.

- Само собой, мы занимаемся не только мониторингом, - говорит Михаил Ивлиев, - скажем, мы регулярно замеряем радиационный фон в столичных школах и детских садах. В некоторых из них — особенно старых — вообще нет подвалов, они стоят непосредственно на земле. А в ней, в свою очередь, бывают небольшие разломы с выходом к поверхности радиоактивного газа — радона, и уровень излучения в помещениях и школ, и детских садов над такими местами, естественно, завышен. Такая же история бывает и в некоторых подвалах московских жилых домов, где по идее ничего быть не должно, но открываются и магазины, и офисы. Мы выявляем такие места, и даем рекомендации, как сделать нахождение в них людей безопасным — причем далеко не первый год.

Сотрудники ФГУП «Радон» занимаются не только радиационными, но и экологическими исследованиями. Только в этом году в медицинских кабинетах и кабинетах физики московских школ было выявлено 14 случаев превышения предельно допустимых концентраций паров ртути.

- Еще одну угрозу подарили нам «лихие» 90-е годы, - сетует Михаил Ивлиев, - именно после них МАГАТЭ (Международное агентство по атомной энергии — прим. автора) ввело такое понятие, как «бесхозный источник». В Москве действует Государственная система учета радиоактивных веществ и отходов — это значит, что любая организация, которой для работы необходимы радиоактивные источники (медицинские учреждения, некоторые заводы и т.д.), должна получить соответствующую лицензию, а сами источники будут внесены в специальные базы данных, и их судьба будет строго отслеживаться. Однако в 90-е годы происходила бесконечная трансформация всевозможных компаний, и источники — предметы с опаснейшим излучением — просто исчезали бесследно, чего раньше никогда не было в мировой истории. Один из них мы недавно нашли под Ногинском — прямо на обочине дороги: его «засек» дозиметр в машине крупного чиновника из ФСБ, и сотрудники ведомства вызвали нас. Как он там оказался — до сих пор никто не знает, хотя прокуратура и начала проверку.

Старые проблемы Новой Москвы

Работы в Москве у сотрудников ФГУП «Радон» хватало всегда — а в 2012 году с присоединением Троицкого и Новомосковского округов ее стало в разы больше. Правда, бюджет учреждения вначале остался прежним, а потом и вовсе стал стремительно меняться в сторону сокращения.

- С Троицким и Новомосковским округами у Москвы вышла довольно странная история, - сетует Михаил Ивлиев, - сначала «силами» столицы там образовалось множество несанкционированных свалок и полигонов с бытовыми отходами, а потом эти территории стали частью загрязнившего их города. Причем часть отходов в Новой Москве закопаны под землей — их еще только предстоит обнаружить в процессе строительных работ. А по опыту именно среди мусора чаще всего обнаруживаются источники радиации.

Сейчас радиационный контроль в Новой Москве осуществляется по временной схеме — в 26 населенных пунктах идет постоянный забор проб почвы, воды и растительности. Кроме того, на территории ТиНАО работают две автомобильных лаборатории, постоянно анализирующие воздух. Правда, стационарных постов наблюдения там до сих пор нет — и скорее всего не будет из-за отсутствия финансирования.

- Кроме Москвы с ее новыми территориями сотрудникам ФГУП «Радон» иногда приходится работать и в Подмосковье, - говорит Михаил Ивлиев, - там во многих городах попросту нет специалистов по радиации. В августе нынешнего года мы занимались ликвидацией последствий чрезвычайной ситуации в Электростали, где из-за халатности руководства одного из заводов источник радиации попал в плавильную печь, и все это полетело в воздух. Причем администрация предприятия даже ничего не заметила — тревогу тогда забили местные жители, своими бытовыми дозиметрами обнаружившие резко «подскочивший» радиационный фон. Мы выполнили в Электростали все необходимые работы по дезактивации, хотя это и не входило в наши обязанности, и установили там датчики, чтобы отслеживать обстановку. Однако вскоре устройства пришлось снять — власти города отказались платить как за выполненные работы по дезактивации, так и за обслуживание приборов.

Такое решение городской администрации, с одной стороны, можно понять — они стремятся экономить на том, что на первый взгляд кажется не таким уж обязательным, - на радиационной безопасности. Однако чиновники вряд ли догадываются о том, что при выбросе на заводе в Электростали в воздух попали раскаленные радиоактивные элементы — так называемые «горячие частицы». Обычный человек никогда не заметит их невооруженным глазом, более того — даже если поднести к ним дозиметр на расстояние около одного сантиметра, то прибор не укажет на какую-либо радиационную активность. Самое опасное происходит тогда, когда эти элементы человек вдыхает вместе с воздухом.

- По сути, в этом случае возникает прямой контакт, - говорит Михаил Ивлиев, - «горячая частица» проникает в человеческий организм, и в том кубическом сантиметре тканей, где она оказывается, риск возникновения раковых опухолей моментально возрастает в огромное количество раз. Такого негативного эффекта никогда не будет, если источник радиоактивного излучения находится «снаружи» человека. «Горячие частицы», само собой, необходимо тщательно отслеживать — но, как видно на примере Электростали, местные власти далеко не всегда готовы тратить на это деньги.

В том случае, если финансирование работ по радиационному мониторингу в столичном регионе прекратится, то некоторое время он еще будет осуществляться «по инерции». Однако, сотрудники ФГУП «Радон» уверены – «протянуть» долго в таком режиме их организации вряд ли удастся.

…За официальным комментарием относительно будущего московского радиационного «щита» «МК» обратился в столичный Департамент ЖКХ и благоустройства — именно с этой организацией ФГУП «Радон» раньше заключал ежегодный контракт. В Департаменте пояснили, что на основании действующего законодательства все работы по обеспечению радиационной безопасности населения Москвы осуществляются на основании торговых процедур. По словам чиновников, в данный момент все документы для проведения конкурса по защите столицы от радиации в 2014 году уже подготовлены и находятся в стадии согласования. Как только она завершится, на сайте Госзакупок сразу же появится соответствующий открытый конкурс Но в любом случае до завершения контракта с «Радоном» это сделать не удастся..

Алексей Стейнерт